Чтение онлайн

Лапа Рикраарте уперлась в грудь Кияшова. Старпом задохнулся от возмущения и собирался уже сказать ретлианскому лидеру какую-нибудь резкость, но принцесса опередила его, сообщив во всеуслышание:

– В этом нет никакой необходимости. Этот представитель инопланетной цивилизации – мой друг!

– Вот… вот… – От волнения Кияшов даже стал задыхаться. – Вот это правильно. Я – твой друг, има Галут. – Он схватил мохнатую лапу принцессы и поднес ее к губам.

– Ох-ох-ох, – не выдержал Химель, – извините меня, я… я к такому совсем не готов.

Яловегаа расхохотался и затянул:

Песня древнего коллектива в исполнении Яловеги звучала так мерзко, что отвращение почувствовали даже ретлианцы, вовсе не имеющие органов слуха. Они внимательно следили за богатой мимикой механика, который пытался изобразить сумасшедшего, и не двигались. Яловега дрыгал руками и ногами, орал слова песни и подпрыгивал до потолка. Он отчаянно гримасничал и хлопал себя по ляжкам и по животу. Такое бурное проявление безумия вскоре изрядно его утомило. Механик рухнул на койку и уставился в потолок взглядом, который, по его мнению, мог быть только у сумасшедшего.

– Одним словом, има Галут, я прошу вас подняться наверх и объяснить нам, как пользоваться аурелианской яхтой, – объявил интенданте. – Мы не собираемся летать на ней – нам нужно скопировать ускоритель. Но меры предосторожности никогда не бывают лишними. Ваш отец мог прислать бомбу с замедленным действием. Так что первой в яхту войдете вы…

Принцесса задумчиво помахивала хвостом.

– Яхта пришла своим ходом?

– На автопилоте. По заданным мной координатам. Вы надеетесь, что следом за яхтой прибудет ваш десант?

Има Галут не удостоила ретлианца ответом. Только оглянулась в задумчивости на Евграфа Кондратьевича.

– Напрасно надеетесь, – сообщил Рикраарте. – На нашей базе имеются отличные системы распознавания. Ваших посудин нет ни на этой милой планете, которая скоро будет нашей, ни в ближнем космосе. После того как были сбиты две орбитальные станции, наши силы в космосе уравнялись! А на планете мы давно вас превосходим. Война скоро завершится. Грядет великая победа ретлианской цивилизации! Планета будет нашей. И тогда мы, наконец, сможем разобраться с двумя другими вашими планетами.

– Если бы вы еще дали мне поговорить с отцом, – проговорила принцесса. – Скорее всего, он не может поверить, что я жива.

Интенданте свел три лапы и задумался. Потом шишка замигала, и прибор-переводчик снова возвестил:

– Мы не настолько глупы. Думаете, я не понимаю, что вы попросите отца атаковать базу всеми имеющимися средствами, невзирая на ваше присутствие здесь? Я регулярно передаю ему стереозаписи, сделанные в вашей камере, с независимым сигналом времени. Так что он знает, что вы живы. И не ударит по базе. Идем наверх?..

Пол под ногами вдруг ощутимо вздрогнул. На обычное качание на волнах происшедшее походило мало. Явно произошло что-то неожиданное.

Шишка на лбу интенданте замигала гораздо интенсивнее, чем раньше.

Делакорнов вспомнил, что Рикраарте имеет встроенную в голову систему оповещения – по крайней мере, Яловега, успевший познакомиться с ретлианцами лучше всех, что-то говорил об этом.

– Нас атакуют! – запричитал Сумароков. – И здесь покоя нет!

– Все наверх! – проверещал прибор Рикраарте. Дверь захлопнулась, пленники опять остались одни.

– Ваши сородичи и правда предприняли атаку? – светясь от счастья, поинтересовался Кияшов.

– Маловероятно, – вздохнула принцесса. – Мы не привыкли действовать так импульсивно… К тому же системы слежения ретлианцев весьма совершенны. Они легко могут опознать наши корабли. Есть и ещё одно обстоятельство. Мой отец, зная, что я нахожусь на базе в плену, никогда не подставит меня под удар…

Делакорнов вынул из-под койки отнятый у Яловеги нож.

– Не знаю, возьмет ли он металл. Но другого случая у нас не будет. Сейчас за нами не следят. Попробуем выбраться! Терять нам все равно нечего!

– Я боюсь! – проскулил Коля. – Нас накажут.

– Если боишься, можешь остаться, – сказал Кияшов. – Вместе с паучьим любимцем. Кстати, Яловега: пикнешь – придушу. Помни об этом.

Яловега в ответ проворчал какое-то ругательство.

Антон с аурелианским хирургическим ножом подошел к двери. Има Галут опередила молодого человека.

– Этот нож не возьмет металл, – сообщила она. – Более того, луч может отразиться и поранить тебя. Но, думаю, кое-что можно предпринять.

– Что именно?! – Антон навалился плечом на тяжелую металлическую дверь, ударил кулаком по приваренному к ней магнитному замку. Замок автоматически активировался, когда створка закрывалась.

– Режь заклепки. Видишь, замок прикреплен заклепками? Они из пластика. Хирургический нож наверняка сможет с ними справиться. Только будь осторожен! Старайся не задевать металл!

Антон несколько раз активировал режущий луч ножа и срезал темные выступы заклепок. Но замок все еще прочно сидел на своем месте! Осмотрев конструкцию, Делакорнов обнаружил еще одну заклепку – точно посредине, в углублении. Направил клинок на нее, нажал кнопку активации. Заклепка оказалась не пластиковой, а сделанной из какого-то металла. Она никак не желала поддаваться. Делакорнов проявил упорство, продолжая нажимать на нож. Рукоятка раскалилась в руке, и Антон с криком выронил хирургический инструмент. Но и заклепка частично расплавилась и вытекла серебристой каплей.