Запад
Шрифт:
— Чего? — недружелюбно поинтересовался подросток.
— Иди сюда! — подманил его Книжник. — Как тебя звать?
Мальчишка недружелюбно, исподлобья посмотрел на чужака.
— Стив, — нехотя выдавил он.
Я заметил, что ты шустрый малый, — сказал Книжник. — И все рвешься в бой. Хотел предложить тебе довольно опасное задание. Справишься?
Паренек продолжал смотреть недоверчиво, но во взгляде появилась заинтересованность.
— В общем, мне больше некому поручить это, — продолжал Книжник. — Видишь — здесь одни женщины и дети, юноши вроде тебя, да и все, пожалуй. А там, за этими стенами, — мощная, хорошо вооруженная, натасканная в боях армия. Мы и пикнуть не успеем, как окажемся на вертелах над пылающими углями. Кому повезет — попадет в рабство.
— Повезет… — хмуро хмыкнул Стив.
— Я вижу, ты меня понял, — кивнул Книжник. — Кто-то должен незаметно выбраться с этого двора…
— …и перебить охрану! — кровожадно подхватил мальчишка. Даже за кинжал свой схватился. Все юные весты теперь по праву носили оружие отцов.
Книжник неопределенно крякнул:
— М-да… Только этого не хватало. В лагере мутов не должны даже догадываться, что прямо у них под боком — такая добыча. А то всем твоим родичам здесь придет крышка. Уяснил?
— Понял, — мрачно отозвался мальчишка. — Что же тогда делать?
— Все что от тебя требуется — это добраться до Кремля и попросить подмоги…
Глаза мальчишки полезли на лоб. Похоже, они коснулись табуированной темы. Делать нечего — самое время срывать стереотипы.
— Ты что же, боишься? — поинтересовался Книжник. — Я могу предложить кому-то из твоих друзей. Кому-то надо становиться спасителем народа вестов…
Прием был грубоватый, но действенный. Особенно — для мальчишки с остро развитой героической стрункой.
— Я ничего не боюсь! — сердито бросил Стив. — Я пойду.
— Я и не сомневался в тебе, — серьезно кивнул Книжник. — Значит, слушай меня внимательно. Доспехи свои сними — тяжелы, а бежать надо быстро. Да и яркие они — привлекут внимание всякой нечисти. Оружие — тоже, возьми — что полегче. Запомни: главное твое оружие — скорость. Бегаешь быстро?
— Быстрее всех в Бункере! — презрительно бросил Стив.
— Вот и прекрасно. Карты, схемы читать умеешь?
— Разберусь! — буркнул мальчишка, поправляя ремень, на котором болтались, волочась по земле, не по росту длинные ножны.
Книжник протянул ему вырванные из блокнота берестяные листки, ткнул пальцем в схему:
— Я отмечал весь путь, указывал возможные опасности. Мы здесь, видишь? Здесь и здесь у нео засады. Вот это — самый безопасный путь. А это — Кремль. Один удар в колокола у Боровицких ворот — увидишь, там веревка болтается. Откроют не сразу, будь терпелив.
— А дальше что?
— Вот дальше, что бы там ни было — требуй говорить только лично с князем или отцом Филаретом.
— Больше ни с кем?
— Ни с кем! Так как то, что я тебе сейчас скажу, могут знать только они. Да еще — мы с тобой.
Мальчишка шустро перемахнул через мусорную кучу и исчез по ту сторону переулка, ведущего в сторону Арбата. Книжник бережно сжал в руках берестяные записи. Собственно, это все, что у него осталось: в темноте подземелья он умудрился распороть суму. Так он потерял самое, пожалуй, ценное.
Кодовый блокнот. Хорошо, что память кое-что сохранила из бесчисленных столбцов цифр. Так что он не соврал юному гонцу: он все еще владеет «заговорным словом». Правда, в довольно ограниченном объеме.
Оставалось только ждать и надеяться на то, что князь не изменит своего решения и не откажет вестам в помощи. Впрочем, он и не обещал посылать дружину на территорию мутов. Так что надеяться все же следовало только на себя.
Книжник подозвал Хельгу, которая теперь всегда была в поле зрения, не отходя от него ни на шаг, сказал тихо и жестко:
— Все, у кого есть оружие, — ко мне!
— Так у нас у всех оружие, — спокойно сказала она и вдруг с тихим щелчком отстегнула пояс.
Книжник с изумлением наблюдал, как из жестких кольцевых ножен девушка извлекла удивительно гибкий, но притом достаточно широкий и длинный клинок. Лезвие запело — и вмиг стало прямым, твёрдым, как и полагается оружию. «Металл с памятью», — подумал Книжник. Пара уверенных движений клинком — и стало ясно, что совсем уж безобидной эту девчонку никак не назовешь.
— С ума сойти, — признал парень. — И что же — это у всех женщин имеется?..
Хельга кивнула:
— И все с малолетства умеют с ним обращаться. Я же тебе рассказывала…
— Прекрасно, — пробормотал Книжник. — Только в моих планах нет героической гибели всех женщин вестов. Или весталок? Тьфу, какая разница! В общем, займите круговую оборону, но на рожон не лезьте. И это — пусть мамаши с детьми разберутся, чтобы потише как-то было. В общем, остаешься за старшую…
— А ты? — Хельга с надеждой посмотрела на него.
— А мне разведать надо, что в округе творится. Ну все, иди!
Хельга ушла в сторону располагавшихся на отдых беженцев, и вскоре все пришло в тихое движение. Бесформенная толпа стала быстро складываться во что-то похожее на военный лагерь. Книжник в который раз подивился организованности вестов и тому, какое активное участие приняли во всем этом бывшие бунтари-подростки.
Сам же занялся ревизией собственного оружия. С оружием было туго: арбалетных болтов в зарядном бункере осталось немного, захваченный в рюкзаке запас тоже был исчерпан — сказался большой расход при веерной стрельбе. Невесело усмехнувшись, Книжник огляделся, вздохнул — и направился к самой большой мусорной куче, наваленной в той же стороне, где высилась крепость Ззаргов.
Это помойное «восхождение» было не из приятных. Под ногами хлюпала зловонная жижа, хрустели гнилые кости и прочая дрянь. Но все, что было нужно, — добраться до верха, туда, где эта гигантская куча дерьма перехлестывала через крышу. Оказавшись на вершине, он упал на прогнившую кровлю и какое-то время лежал неподвижно, пытаясь восстановить дыхание. Все-таки в Семинарии готовили к совсем другой жизни, так что наверстывать упущенное приходилось на ходу. Отдышавшись, Книжник собрался с силами — и пополз. Добравшись до противоположного края, получил, наконец, долгожданный обзор.