Шрифт:
Нодар Владимирович ДУМБАДЗЕ
ЗАКОН ВЕЧНОСТИ
Роман
Перевод З. Ахвледиани
================================================================
А н н о т а ц и я р е д а к ц и и: В настоящий сборник Нодара
Думбадзе, грузинского писателя, хорошо известного читателю,
вошли произведения, снискавшие широкую популярность автору:
романы "Белые флаги", "Закон вечности", повесть "Кукарача" и
наиболее значительные рассказы.
================================================================
1
Боль возникла в правом плече. Затем она поползла к груди и застряла где-то под левым соском. Потом будто чья-то мозолистая рука проникла в грудь, схватила сердце и стала выжимать его, словно виноградную гроздь. Выжимала медленно, старательно: раз-два, два-три, три-четыре... Наконец, когда в выжатом сердце не осталось ни кровинки, та же рука равнодушно отшвырнула его. Сердце остановилось. Нет, сперва оно упало вниз, как падает налетевший на оконное стекло воробушек, забилось, затрепетало, а потом уже затихло. Но остановившееся сердце - это еще не смерть, это широко раскрытые от неимоверного ужаса глаза и мучительное ожидание забьется вновь или нет проклятое сердце?!
– Сердце нельзя проклинать, батоно! Его нужно лелеять, дуть на него осторожненько, как на закипающее молоко...
– проговорила фельдшерица.
– Уважаемая, не до художественной литературы мне! Помогите!
– Надя, анальгин!.. Сейчас боль утихнет!
– Да он выпивши, доктор!
– Кардиограмму!
Чьи-то руки обхватили больного.
– Ну как?
– спросил врач.
– Очень глубоко... Не знаю, что тут можно сделать...
– Болит?
– Доктор, уймите боль... или уж убейте меня!
– Промедол!
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Спустя пять минут:
– Ну как, полегчало?
Больной попытался открыть глаза, чтобы взглянуть на человека, задавшего этот наивный вопрос, но не смог: веки его были словно прижаты тяжелыми холодными свинцовыми пластинками.
– Морфий!
– распорядился обескураженный врач и взял телефонную трубку.
– Это я, Антелава. Освободите монитор и подготовьте дефибриллятор. Быстро!
– У-ух, убейте меня!
– взмолился больной.
– Азот!
– приказал врач.
Больной почувствовал легкое прикосновение к лицу влажного куска марли. Потом тело его осторожно подняли, уложили в лодку и...
...Лодка чуть покачивалась, плывя по спокойной морской глади. Вдруг лодочник схватил огромный ржавый гвоздь, приставил к груди больного и сильным ударом кулака прибил его к скамье.
– Что ты делаешь, изверг!
– простонал больной.
– Иначе свалишься в воду!
– ответил лодочник.
Затем он такими же ржавыми гвоздями прибил руки и ноги больного, а сам бросился в воду.
– Не уходи, не покидай меня, дорогой, - взмолился больной.
– Кто же выдернет гвозди?!
– Выдернут там, на другом берегу!
– донесся издали голос лодочника. Больной слышал и другие глухие голоса с берега, но он не мог понять, что это было - прощальные напутствия, предостерегающие крики, слова утешения или вопли оплакивавших его людей.
...Потом голоса смолкли, растаяли, пропали. Остались лишь тупая боль, томительное ожидание, безбрежное море и он сам, пригвожденный к лодке, всеми забытый.
– Боже мой, боже мой, зачем ты покинул меня!
– прошептал больной, но тут же понял, что слова эти произнес не он и поэтому бог не услышит их.
А лодка все так же мерно покачивалась на легких волнах голубого моря...
Минула тысяча лет, и вдруг больной ощутил толчок. И тут же острая боль, вызванная этим толчком, пронзила его. Лодка пристала к берегу.
Огромная толпа окружила лодку.
– Боже мой, как его пригвоздило, несчастного!
– пожалел кто-то больного, вытаскивая лодку на берег.
– Выньте гвозди, я не в силах больше терпеть!
– взмолился больной.
– Где Яшвили?
– спросил один из встречавших.
– Я здесь!
– Выдерни!
– Глубоко очень...
– Тогда давайте все вместе! Ну... Раз, два взя-а-а-ли!..
"Господи, неужели не выдернут?" - подумал больной, приподнимая руку.
– Не двигаться!
– предупредил его кто-то и тут же обратился к своим: - А ну еще раз, взя-а-а-ли!
Прошла еще тысяча лет. Люди зубами тянули гвозди из тела больного.
– Как?
– спросил старший.
– Поднимается!
– ответили подчиненные.
– Сколько?
– Шестьдесят!
– Ладно, погодите с давлением, займитесь теперь сердцем!
– Пульс пятьдесят!
– Кажись, выкарабкался!
– сказал стоявший у монитора.
– Скатилось!
– вздохнул больной.
– Что скатилось?
– переспросил удивленный врач.
– Колесо скатилось!
– повторил больной.
– Какое колесо? Откуда?
– Голос у врача задрожал.
– Отсюда, вот отсюда, батоно!
– больной приложил руку к сердцу и улыбнулся.
Врач, облегченно вздохнув, вытер со лба больного холодный пот.
– Спасли как будто!
– проговорил он.
– Гм, инфаркт в его годы... Не рановато ли?
– спросил кто-то, доставая дрожащими пальцами сигарету из коробки.
Больной еще раз попытался открыть глаза, чтобы взглянуть на задавшего этот наивный вопрос, но не смог: холодные свинцовые пластинки на его веках стали еще тяжелее...
...А потом наступило удивительное исцеляющее опьянение - теплое, легкое, розовое. Боль исчезла. Наступило исцеляющее опьянение, и больной вновь отправился в путь, но на сей раз не по морю, а по нескончаемой крутой лестнице. Удивляло одно: он спускался по лестнице вниз, а казалось, что поднимается все выше и выше...