Чтение онлайн

А на рабочем месте все думают, что он отправился спать.

Нет! Он отправился в Мадельеру! И вот как последний карманный воришка присел в испуге, как только разглядел несущуюся в его сторону городскую стражу.

Но поднялся на дрожащих ногах и только чуть отошел к стеночке. Стражники не обращая внимания на странное поведение хорошо одетого горожанина, промчались мимо, а им вслед понеслись выкрики из толпы зевак. Аль-Лаберьер расслышал много скверных слов и неожиданно одно хорошее: "упустили", следом опять пара непристойных выражений, потом приличное: "мага упустили". Аль-Лаберьер вспотел разом и понял, что ноги его не держат. Он и сел на мостовую, вырвал из нагрудного кармана платок. Вытер мокрый лоб и шею.

– Может у Кремара много магов сидит под землей! Почему сразу мой сын? Но..., - глянул вслед унесшейся городской страже и вскочил на ноги.
– Я последую за вами, ребята.

Стража прибежала на мост, а там уже камню негде упасть, чтобы не попасть на ногу! Все смотрели на воду и горланили все разом.

Аль-Лаберьер протиснулся к самому парапету и минутой спустя, по направленным к воде рукам, разглядел голову собственного сына.

Родное дитя девятнадцати лет от роду отчаянно барахталось в воде, стремясь уплыть как можно дальше от перекинувшегося через реку каменного моста.

– Светлые! Все разом! Как же помочь?!

Аль-Лаберьер вцепился пальцами в ограждение моста, вопрос слетел с губ, не заметил, как побелели и проступили от напряжения костяшки пальцев. Не обратил внимание, что он один стоит и молча смотрит, выпучив глаза на воду.

Кругом все орали! Орали его сыну, чтобы плыл чуток правее, левее, быстрее..., или плыл прямо к ним. Его, мол, тут ждут с распростертыми объятиями.

Неожиданно на его сомкнутую кисть легла чужая. Аль-Лаберьер дернулся и отвел взгляд от воды.

– Вас можно разглядеть..., не нервничайте так!
– Проговорили прямо в ухо.
– Давайте отойдем!

Рука, лежавшая мгновение назад на его пальцах убралась, и Аль-Лаберьер обернулся на голос. Разглядел только неспешно удаляющуюся спину.

Глянул вновь на воду. Сын приблизился к мосту, полетели первые болты в воду. Серьезно еще не доставали, далековато. Но парой минут спустя, они вполне могут...

Внезапно Аль-Лаберьер разжал пальцы и стремительно пошел в направлении, куда шел обратившийся к нему человек.

Выбрался из толпы, огляделся и заметил стоявшего у стены первого дома незнакомца в темном плаще до задников сапог.

– Там вы ему не поможете.

– Его убьют на моих глазах... сейчас убьют..., - голос сорвался, Аль-Лаберьер неожиданно всхлипнул и задрал подбородок к ночному небу.

– Ночь не ваше время!

– Да! Все верно! Ночь не наше время.
– Аль-Лаберьер посмотрел пристально в глаза незнакомцу. Что-то в них углядел, и разом отпрянул. Попытался отойти.

– Не стоит, право, не стоит! Скажите! Каменная баба все еще у вас?

Аль-Лаберьер отвернулся не в силах смотреть в мерцающие глаза незнакомца. Он вообще был не в силах смотреть куда-то еще. Крики на мосту стали еще громче. Развязка близка.

– На моих глазах убьют моего сына!

– Ну! Не стоит так драматизировать, уважаемый! И не на ваших глазах! Мы отошли, и вы не увидите отсюда ничего. Но я бы хотел услышать ответ на свой вопрос? Баба все еще у вас?

– Да!

Незнакомец стремительно приблизился.

– Так отдайте ее мне! В обмен на жизнь вашего сына!

Аль-Лаберьер с отчаяньем и непониманием во взгляде обернулся к мосту и чуть повел рукой в его направлении:

– Но как?! Я не понимаю! Кремар...

– Кремар не получит ничего! Ни вашего сына, ни бабу.
– Глянул на изумленного такими словами Аль-Лаберьера.
– Так что? Вы мне отдадите бабу?

– Отдам. Спасите сына!

Незнакомец усмехнулся, в свете взошедшего куска луны блеснули, как лезвия кинжалов, белые клыки.

– Не вопрос! Стойте тут и не ходите смотреть на мост...

Незнакомец, проговорив это, быстро растворился в ночи, в буквальном смысле растворился. Был только что рядом и в миг не стало.

"Чинуша!- В испуге подумал Аль-Лаберьер.
– Чинуша! Ночь - их время. Сила в ночи!
– Их девиз. Обещание, данное чинуше, нельзя отозвать обратно. Бабу на сына. Лишь бы успел!"

Аль-Лаберьер оглянулся на мост. Крики внезапно смолкли. И тут сначала один, потом второй произнес еле различимо: утонул маг.

Расслышав слова, Аль-Лаберьер ухватился за стену дома, а после и вовсе уселся на землю.

Рядом что-то шевельнулось. Аль-Лаберьер напряг слабое в ночное время зрение и разглядел мокрую облезлую собаку с поджатым под брюхо хвостом. Животное покрутилось у стены соседнего дома и полезло под покосившуюся изгородь, прочь от всех.

Глава о том, как трудно быть на вид одним, а думать по-другому.

Я вернулась в город. Бежала долго, переплыла два небольших грязных ручейка. Устала. Не вспотела - собаки не умеют потеть. Они высовывают язык из пасти и таким способом охлаждают свое тело от перегрева.

Прибежала сначала к мосту. Хотела я перейти по мосту на другую сторону. Мне чудилось, что Колька в той части города, которая на другой стороне реки. Но не смогла. На мосту было очень тесно от столпившихся на нем людей с оружием в руках. Я побоялась, что мне оттопчут лапы.

Рассмотрела странные приспособления для убийства, и немного поразмыслив, опознала их как древние арбалеты. А еще там были длинные пики со странными окончаниями - как раздвинутые вилы.

Покрутилась рядом и увидела, как из толпы вышел сначала один странный донельзя тип, от которого мою мокрую шкурку пробрала дрожь, потом следом вышел второй.