Чтение онлайн

Ира пришла сама, по объявлению: требовались артисты на первую рекламу, да так и осталась – устроилась гримершей, иногда снималась в роликах. Оказалось, что у нее замечательные художественные способности. И потребности. Потому что девушка жила в прислугах у родной тетки. Тетушка владела фирмой «Отдыхай», имела приличное состояние, однако держала племянницу в черном теле. Тетя была твердо убеждена, что состояние человек должен наживать сам! А потому, чтобы сильно не баловать юную родственницу, тетушка даже себе отказывала в роскоши. Ирочка была вынуждена кормить не только себя, но и подкармливать скупердяйку. Она хваталась за любую работу и стала весьма ценным приобретением для Вазонова.

А сама Леночка – она только что закончила институт, где училась бухгалтерскому делу, и брать новенькую работницу никто не торопился. Находились, конечно, места, где можно было пристроиться, но там платили сущие гроши. Кроме того, хотелось перспективы! А где еще так светла и близка перспектива, как не в рекламном бизнесе! Мама Леночке так и сказала – пока там денег не платят, беги и устраивайся! Во-первых, бесплатно тебе самой работать легче будет. Во-вторых, всегда можешь начальнику сказать «да я на вас тут за спасибо горбачусь». В-третьих, он поймет, что таких дур больше не найдется, и будет сквозь пальцы смотреть на твои ошибки. А в-четвертых, и в самых важных, – потом, когда эта фирма разовьется, ты туда уже не протиснешься. А прокормить мы тебя с отцом прокормим. И мамочка оказалась права – работать было интересно. Леночка быстренько нашла свою нишу и даже умело покрикивала на Вазонова. Деньги очень скоро стали платить, но и сама Леночка с усердием и удовольствием занималась бумагами и ошибок старалась не допускать. Вазонов был ею доволен и прощал многое. Единственное, что иногда портило настроение, так это то, что разнорабочие просили надбавки. Им все время казалось, что недоплачивают, а с деньгами по-прежнему было туго. Зато радовали артисты! С ними вопрос решался и вовсе просто – их выбирали из простого народа, и, как говорила Танечка, работали они «заради лица во весь экран». А потому и платили им сущие копейки. Да к тому же их не всегда проводили через документацию, чтобы налоги платить меньше.

– Вот я и… я поэтому и сбежала от милиции-то, – зарделась Леночка. – Подумала – начнут спрашивать, кто у нас когда работал, а у меня не на всех документы оформлены, а так же нельзя. Ну и… Думаю – станут копаться, неприятностей не оберешься, а только-только все стало налаживаться… Все уже так хорошо покатилось…

– Ну ясно, – кивнула Василиса. – Все уже так хорошо покатилось, и трупы вовсе не помеха, одна беда – не все бумажки подколоты… Ну и что там с ребятами, моя подруга интересуется?

Подруга гневно зыркнула на Василису и даже яростно зашевелила губами, но Леночка этого не замечала – она послушно вспоминала каждую мелочь. Антон с Эдиком были устроены по всем правилам. Пришли они практически одновременно. Вернее, сначала появился Антон, а через день и Эдик заглянул по объявлению. Парни оказались одного возраста, чем-то даже походили друг на друга, интересовались одними и теми же машинами. Машин у обоих еще не завелось, но разговоры парни вели исключительно о «Бугатти» и «Ламборджини», правда, согласились бы и на «Феррари». Обоих тянуло к телефонам одной марки и к одинаковым девушкам. В общем, ничего удивительного, что очень скоро ребята сдружились. Неизвестно – встречались ли они помимо работы, но на съемочной площадке держались неразлучно. Вазонов им даже рекламы специальные придумывал, чтобы участвовали оба. И так была крепка их дружба, что, когда месяц назад они утром не подошли друг к другу, это заметили все.

– А чего наши мальчики не поделили? – сразу же спросила Леночка, когда увидела, что на обеде Антон и Эдик едят китайскую лапшу в разных углах павильона.

– Бабу, наверное, чего ж еще… – фыркнул Коля-оператор.

Его Вазонов переманил с какой-то пригородной телеточки, и Коля считал себя почти премьер-министром.

– Да лапшу и не поделили, – усмехнулась Ира. – На их век баб хватит.

Парни и вовсе сделали вид, что разговор ведут не про них. Через какое-то время они снова стали общаться, но прежней дружбы между ними уже не замечалось – парни переговаривались исключительно по делу. Эдик даже хотел уйти из агентства.

– Лена, – перебила рассказ девушки Люся. – Вот подруга Василиса интересуется, а почему у вас всех артистов принимали на разовые съемки, а Антон и Эдик задержались?

– Тут понимаете как… – старательно объясняла Лена. – У них ведь очень внешность яркая была. Василиса Олеговна, ну вы же помните? И Вазонов очень не хотел, чтобы парни куда-нибудь делись. Их ведь запросто могли переманить, заплатить хорошие деньги, ну и… А они у нас по всем документам проходили, да к тому же Антон за водителя у Вазонова был. Сам он машины не имел, но водил хорошо, вот Вазонов и… А Эдик, тот в музыке разбирался. Нет, он на инструменте не играл, но нам ведь это и не надо. Он подбирал озвучку, и очень неплохо. У нас все задействованы на нескольких должностях. Вот поэтому Вазонов и держал их при себе. Кстати, вас, Василиса Олеговна, Вазонов тоже не собирался отпускать. Он хотел, чтоб вы у нас костюмером подрабатывали, очень уж у вас наряды вычурные…

Василиса смущенно закраснелась.

– Вазонов всегда говорил – если она нам свои лохмотья одалживать станет, мы и на жалость давить сможем. И еще хотел попросить вас техничкой подработать.

– А сам он не желал веничком помахать? – не удержалась Василиса. – И вообще – мои эксклюзивные вещи… я сама в них на жалость давлю! Тем и живем!

– Я все же интересуюсь, – напомнила о себе Люся. – Как случилось, что ваш спаянный коллектив не знал, что у Эдика… простите, как его по фамилии?

– Серовский. Эдуард Аркадьевич Серовский, – быстренько проговорила Леночка.

– Да. Так вот, как так получилось, что Серовский Эдуард Аркадьевич ни разу не рассказал вам о своей жене. И в документах, как я поняла, у него это не значится. И потом – вы что же, не догадывались, что парень женат? И у него должен был вот-вот родиться ребенок?

– Да что вы! – охнула Леночка, вытаращив глаза. – Ребенок! У Эдьки!! А можно я быстренько Таньке позвоню – она с ума сойдет, когда узнает!.. Нет, погодите… ну какая жена? У него в паспорте никакой жены не значилось…

– Сейчас вовсе не обязательно, чтобы жена значилась в паспорте. Достаточно того, чтобы она вместе с ним жила, – напомнила Василиса.

Леночка было рванула к телефону, но страшным усилием воли усадила себя обратно.

– Нет, вы что-то путаете… вы меня разыгрываете, да? Ха-ха, весело, – перекривилась она, но, увидев суровые лица гостей, снова посерьезнела. – Говорю вам совершенно искренне – вы путаете. Не мог Эдик быть женатым. Потому что… Да когда бы он ребенка завел, если он все время на работе околачивался? И потом – у нас же там всякие вечеринки были, корпоративы. Он аккуратно ухлестывал и за мной, и за Ирочкой, и за Татьяной. А потом – Вазонов ему не раз звонил домой, и трубку всякий раз брала мать или он сам. Никакой другой женщины… И Антон говорил, что Эдик с матерью живет, а уж Антон-то знал! Нет, такого быть не может…

– Ну хорошо, а что вы нам про Антона расскажете? – спросила Люся.

– Да я вам уже все рассказала! И про Антона, и про Эдика. Больше и сказать нечего, – пожала плечиками Лена.

– А про Татьяну? – вспомнила вдруг Василиса.

– А что про Татьяну? – вздрогнула Леночка. – Нормальная Татьяна… Чего про нее…

И тут по ноге у Василисы совершенно отчетливо кто-то пополз.

– Ой, мамочки!! – басом вскрикнула почтенная дама, поддернула ноги к подбородку, начисто сметая маленький столик на красивый светлый ковер. – Лена!! Помогите! Меня кто-то по ноге гладит!