Чтение онлайн

Ханлар-бек прекрасно знал, что красные комиссары настолько ограничили Теке-хана в правах, что его можно было только жалеть. Жалость и презрение к текинскому хану питал и сам Ораз Сердар. Отправляя на Красноводск карателей, он передал записку для Теке-хана, в которой упрекал почтенного аксакала в его слабодушии перед Советской властью и призывал поднять голову и отплатить красным сполна за все унижения.

На подъезде к аулу карательный отряд был встречен ханскими нукерами.

– Большевики у вас есть?
– спросил Ханлар-бек.

– Есть, яшули!
– с готовностью подтвердил Поллад.
– Бяшим-пальван - член комитета бедноты.

– Он у себя в кибитке?

– Да, почтенный яшули.

– Арестуйте его и приведите во двор к Теке-хану - там мы поговорим с ним.
– Ханлар-бек повел карателей к большому, обнесенному дувалом двору.

Войдя во двор, гости потянулись к тахте и арыку, присели, умылись слегка. Теке-хан, знакомясь с англичанином, подал ему руку, пригласил в просторную гостиную. Когда сели, подложив под локти атласные подушки, и Ханлар-бек во всех подробностях рассказал о встрече англичан в Асхабаде и о делах на фронте, Теке-хан спросил, что требуется от него.

– Вот тут все сказано, аксакал.
– Ханлар-бек подал записку Ораз Сердара.
– В первую очередь надо собрать и отправить людей на войну, во вторую очередь помочь господину Элису Пиксону в покупке ковров и чистокровных ахалтекинских коней. Того и другого как можно больше.

На лице Теке-хана не дрогнул ни один мускул, только сузились глаза. Неторопливо он принялся читать послание Ораз Сердара, и скептическая усмешка то и дело набегала на его морщинистое лицо. Неожиданно дверь распахнулась.

– Хан-ага, привели Бяшима!
– доложил Поллад.

– Зачем привели?
– не понял Теке-хан.

– Господин Ханлар-бек приказал.

– Зачем вам понадобился мой батрак?
– спросил Теке-хан, ощупывая недовольным взглядом бека.

– Он - большевик, член комитета бедноты, так нам сказали, - отозвался Ханлар-бек,

– Кто вам мог сказать такую глупость?
– еще больше посуровел Теке-хан.

– Ваш нукер Поллад, - усмехнулся Ханлар-бек.- Наша миссия с господином Пиксоном расстреливать всех, кто имел дело с комиссарами.

Теке-хан подумал, посмотрел на стоявшего в дверях Бяшима, за плечами которого злорадно посмеивались нукеры, строго сказал:

– Бяшим - самый преданный мой слуга, отпустите его... В отряд Ораз Сердара возьмите Поллада.

– Хан-ага, как же так?!
– испуганно воскликнул Поллад.
– Вчера же Бяшим кричал на вас, обзывал помещиком, а сегодня вы ему прощаете!

– Замолчи, негодяй!
– повысил голос хан.
– Поедешь на войну - по тебе давно сабля плачет. Вон от меня!
– Теке-хан махнул рукой и, когда затворились двери, заговорил с англичанином о конях и коврах, сознавая, что придется во всем идти на уступки, выполнять все требования...

Провожая гостей со двора, Теке-хан увидел - английские солдаты ведут инженера Лесовского. Хан знал, что Лесовский и еще несколько красногвардейцев спаслись от расправы, бежали в горы и скрылись в каком-то селении. «Но почему Лесов-хан оказался здесь? Наверное, он приехал к Бяшиму, чтобы раздобыть хлеба, и попался?»

– Ханлар-бек, почему вы задержали моего инженера?!
– возмутился Теке-хан.
– Немедленно отпустите его!

– Разве тебе не известно, что он совнаркомовец?
– Ханлар-бек скептически усмехнулся.
– Ты думаешь, если мы прятались, то ничего не замечали вокруг? Мы знаем, что этот человек приезжал сюда с Житниковым, а потом и с Тузиным. Может быть, и Тузин у тебя прячется - его нигде не могут найти?

– Ханлар-бек, ты знаешь, этот человек строил мой кяриз, принес много пользы мне и моему роду! Освободи его, я в долгу перед тобой не останусь. Скажи, чем тебя отблагодарить?

Ханлар-бек насупился.

– Яшули, ты меня знаешь хорошо. От золота твоего я никогда бы не отказался. Но шкура для меня еще дороже. Всякого задержанного русского большевика я должен везти к господину Фунтикову. Если нарушу приказ - не пришлось бы получить пулю от Ораз Сердара. Один выход могу предложить. Есть приказ, если мы задержали русского большевика около Красноводска, то сдаем его в руки правителю Куну.

– Пусть приведут сюда инженера, - сказал Теке-хан.

Лесовского, подталкивая прикладами, подвели к стоявшим в окружении джигитов Ханлар-беку и Теке-хану. Гимнастерка на нем была изодрана, лицо в синяках, руки за спиной связаны. Николай Иваныч сразу понял, что текинский хан на его стороне, и с надеждой посмотрел на него.

– Скажите им, что я ни в чем не виноват, - попросил он.
– Я простой земский инженер, политикой не занимаюсь.

– Мы знаем - кто ты!
– со злостью выговорил Ханлар-бек.
– Я сам бы с удовольствием расстрелял тебя или отдал в руки Фунтикова, но Теке-хан просит этого не делать. Молись ему, негодяй... Мы отвезем тебя в Красноводск. Давай шагай.

Нукеры, подталкивая прикладами, повели Лесовского на дорогу, ведущую к станции.

На другой день поезд с арестантами остановился на станции Уфра, близ Красноводска. Было утро. В решетчатом оконце вагона синело небо, доносился рокот морских волн. Арестованные, в их числе и Лесовский, поочередно поднимались к оконцу - осматривали местность, пытаясь понять, почему поезд застрял на какой-то безвестной станции. Лесовский окликнул конвоира, который ходил вдоль эшелона, но тот сделал вид, что не слышит.

Прошел день, наступила ночь, и вновь в оконце вагона забрезжил рассвет, но поезд по-прежнему стоял на станции, и не было никаких признаков, что он двинется в Красноводск. Арестованные стали проявлять нетерпение, - принялись стучать в двери вагонов и требовать к себе внимания. Вечером к поезду подошли человек сто горожан с лопатами, сели в соседние вагоны.

– Кто такие? Почему с лопатами?
– Ни Лесовский, ни кто другой из арестованных не могли догадаться.

Ночью запыхтел паровоз, залязгали буфера вагонов... Прошел еще час, другой, и эшелон двинулся в сторону Асхабада.