Чтение онлайн

Снова Дарси кольнула мысль: «Что, если моим безумно печатающим пальцам было суждено отстучать один-единственный роман?»

– Конечно, самой первой книгой стала «Пиромантка», – продолжала Имоджен. – Увы, мой издатель невзлюбил название для второй книги.

– Разве его можно винить? – воскликнула Кирали. – «Айлуромант»!

– А что это означает? – удивилась Дарси.

– Кошки, – расхохоталась Кирали. – Способности женщины-кошки!

– Купи нам выпить, – Имоджен вытащила из заднего кармана брюк потертый кожаный бумажник и вытянула из отделения две двадцатки. Кирали их выдернула и направилась к бару, а Имоджен обратилась к Дарси: – Оно означает ясновидение при помощи кошек. Вроде чтения будущего по куриным потрохам.

Дарси округлила глаза.

– Твой герой разделывает кошек?

– Фу, нет. Айлуромания толкует будущее исходя из движений кошек и даже обращает внимание на изгибы их хвостов. – Имоджен грациозно описала в воздухе дугу, будто погладила спину спящего представителя семейства кошачьих. – Мой герой умеет слушать их урчание и узнавать всякие штуки, примерно так ты порой слышишь в разбивающихся о берег волнах отдельные слова.

Дарси проследила глазами за рукой Имоджен. На ее пальцах теснились серебряные кольца, а мизинец украшал череп с костями.

– Впечатляет.

– С магией проблем нет, но в «Парадоксе» никому не понравилось название «Айлуромант». Они хотят назвать книгу «Котомант».

– Это хуже, чем «Айлуромант», – запинаясь, произнесла Дарси – три «Гиннесса» давали о себе знать. – Но что поделаешь, у нас один и тот же издатель.

– Кто твой редактор?

– Нэн Элиот.

– И у меня тоже!

Дарси нахмурилась.

– Но как кошки стыкуются с пироманией? Домашние любимцы – не психическое расстройство.

– Ты шутишь? Мать моего героя – законченная кошатница. Он растет в доме, полном экскрементов. Его одежда пропахла мочой, с ним никто не разговаривает в школе, ими того и гляди займется социальная служба…

Дарси закивала.

– И вот тут у него и появляются удивительные способности?

– Предвидение и не только: чувство равновесия, способность пролезть куда угодно, слух. Начав с магазинных краж, он становится настоящим домушником.

– Но у котов нет вкусовых рецепторов для сладкого!

– Правда? Круто. – Имоджен выудила телефон и принялась печатать. – А еще кошки – жуткие сони, зато у них не нарушаются биоритмы во время перелета.

– А в моей книге герои видят призраков!

Имоджен склонила голову набок.

– Не думаю, что в моем мире существуют привидения. Но почему бы и нет? На этой неделе я приступаю к правке.

– Я тоже, – ответила Дарси, чувствуя, что на ее лице блуждает улыбка. Неужели ей удалось повлиять на роман Имоджен лишь тем, что она немного знала о кошках?

А вдруг тем самым она искупила вину за то, что ограбила родительскую религию в угоду озабоченным подросткам? Дарси вздохнула, задвигая эту мысль подальше.

– Но мне надо предложить мантию для третьей книги, – Имоджен пару раз скользнула пальцем по экрану телефона и зачитала вслух: «Их существуют сотни: остромантия, сферомантия, нефеломантия». [28] Единственная загвоздка в том, что все они паршивые, но, пожалуй, без затруднений не так весело.

Дарси погрузилась в размышления. Для нее подобные «затруднения» означали некие сложности, но отнюдь не веселье. Если бы она знала, как будет мучиться с персонажем, вынужденным на протяжении четырех долгих и унылых глав переваривать нападение террористов и ужасы резни в аэропорту, то придумала бы для Лиззи более спокойный путь в загробный мир.

Издательству очень понравилась первая глава, но именно поэтому последующий текст превратился в головоломку.

Вернулась Кирали с тройкой зажатых меж ладоней напитков.

– Я немного покрутилась возле бара и, кажется, решила твою задачу с манией!

– Великолепно. И ты туда же, – Имоджен высвободила два бокала из захвата Кирали и вручила Дарси четвертый «Гиннесс». – Выкладывай, а мы послушаем.

– Почему бы не сделать третью книгу о флатуманте?

Все на мгновение смолкли.

– Этот термин означает то, что я думаю? – спросила Дарси.

– От латинского «флатус» – пукать! – В глазах Кирали прыгали чертики. – Это лицензия на печатание денег!

– Ты мне предлагаешь, – осторожно начала Имоджен, – написать заключительную часть моей, основанной на расстройстве побуждений, дарк-фэнтези [29] трилогии о персонаже с магическим пуканьем?

– Ну, самому пуканью не обязательно быть волшебным. Но разве нельзя управлять магическими способностями, испуская газы? Это же, в конце концов, волевой акт. И он требует определенной чистоты души.

– Я тебя ненавижу, – произнесла Имоджен.

Кирали повернулась к Дарси.

– Какое имя лучше: Фиона-флатумантка или Фредди-флатумант?

Дарси, которая пыталась не расхохотаться, ответить не смогла.

– Думаю, они оба одинаково хороши, – резюмировала Имоджен, – тут хорошего имени быть не может.

– Но подождите, – выдавила Дарси. – Для чего используется флатумантия? В смысле, помимо очевидного?

– Я не проработала магическую систему в деталях, – ответила, слегка взмахнув выпивкой, Кирали, – но названия заклинаний будут с намеком: непоседливый газовальщик, выстрел из пукалки, коричневый зефир и, разумеется, вонючий министр внутренних дел!

Теперь рассмеялась даже Имоджен.

– Похоже, заклинания предназначены для одного и того же процесса!

– Только потому, что я еще не упомянула о пламенном диве!

– Ах ты, корова-плагиаторша! – завопила Имоджен. – Пламенное диво однозначно из пиромантии!

– Да, пиро-флатумантия, – не моргнув глазом сказала Кирали. – Но давайте не будем придираться.

– Нет, не будем, – поддакнула Дарси, и все трое чокнулись и выпили.

Мероприятие продолжалось в том же духе и являло собой смесь серьезных разговоров, полнейшей чуши, саморекламы и свойственной вечеринкам легкомысленной расслабленности. Казалось, прошла целая ночь, но, когда Дарси огляделась и поняла, что «Пьянка подростковых авторов» подходит к концу, еще не было и десяти. В баре стало людно, но теперь его переполняли случайные посетители, которые могли пригодиться разве что для ксеномантии, [30] но не для окололитературных диалогов. Она узнала всего горстку гостей.