Чтение онлайн

– Сколько ты там проработала? – спросил он, и Ленка хрипло ответила:

– Почти полгода.

– Часто она так вела себя?

– Каждый день. Когда я только пришла, было потише, но потом она, видимо, привыкла ко мне.

– Так, хорошо. Смотри на меня, постарайся не закрывать глаза.

Михаил Петрович обеими руками обхватил ее голову и тихо заговорил. Слова показались Денису непонятными, он смог разобрать только: «Не мучайте вы род человеческий, не ломайте кости, не расшибайте разум и чувства, не щемите сердца, не вдавайтесь в тоску». Но тут Кошмар больно толкнул его локтем в бок, и Денису пришлось отвернуться.

– Не пялься, – посоветовал Кошмар, а Чалый добавил:

– Ничего с ней не случится. Хуже точно не будет. Куда ехать?

Денис назвал адрес дома родителей и больше не оборачивался назад, но прислушивался, стараясь услышать еще хоть что-нибудь. Шум двигателя заглушал все слова, доносились только обрывки: «…пойдите в бездну нечистую, в землю пустую… там и живите отныне и довеку». Чтобы отвлечься, Денис спросил Чалого:

– А чем это он ее грохнул? – имея в виду непонятного вида предмет, которым Михаил Петрович успокоил бесноватую.

– Электрошокером. Говорит, что так надежнее. Хотя я в этом не уверен.

– Хорошая штука, «Март» называется, – поддержал беседу Кошмар, сидевший в обнимку с Хортом. – Но мне он тоже как-то не очень. С пистолетом чувствуешь себя гораздо увереннее.

– Ну да, возможно. Но только пистолетом-то вы его не убили, а от электрошокера… – И Денис осекся – оба рекса уставились на него во все глаза.

– Если ты немедленно не скажешь, в чем дело, то я попрошу у Петровича «Март» и сам гарантированно разделаюсь с тобой, – пообещал Денису Чалый. И, внимательно глядя на дорогу, добавил: – Давай колись уже, что ты там такое видишь. Или…

Он не договорил – Михаил Петрович крикнул из салона:

– Александр, пожалуйста, остановитесь где-нибудь, надо кофе купить!

Чалый, Денис и Кошмар дружно завертели головами, высматривая, нет ли где поблизости приличной кафешки.

– Там встань, – посоветовал Кошмар, показывая на яркую вывеску чуть в стороне от дороги. – Я помню, это вроде нормальное местечко было.

Чалый свернул в указанном направлении и остановился, не доехав до входа в кафе. Кошмар пихнул задремавшего Хорта на колени Денису и выскочил из машины. Потом открыл заднюю дверь, переговорил о чем-то с Михаилом Петровичем и, видимо, получив вводную, вразвалочку направился к кафе.

Денис крутил головой, пытаясь рассмотреть, что происходит в салоне, но безуспешно. Недовольно ворчал побеспокоенный Хорт, топтался, укладываясь на новом лежбище.

– Не волнуйся, Денис, с ней все нормально. Сейчас кофе попьем и поедем, – раздался сзади голос Михаила Петровича, и Ленка тоже прошелестела что-то вроде «Да, все в порядке». Но такого голоса Денис у нее еще никогда не слышал – без эмоций, оттенков и интонаций – так могла говорить кукла.

Вернулся Кошмар – притащил пять закрытых пластиковых стаканчиков и бумажный пакет. В салоне сразу запахло кофе, зашуршали фольгой от шоколадки, и Хорт у Дениса на коленях вскочил на все четыре лапы. Пес принюхивался и поскуливал, чувствуя: что-то очень вкусное проходит мимо него.

– Сядь, потом получишь.

Кошмар хлопнул пса по спине, и тот немедленно сел, потом лег с оскорбленным видом и отвернулся от вероломных хозяев. Денис, поглядывая на притихшего пса, открыл свой стакан.

– Ну, что, готов ли ты поведать нам всю правду? – поинтересовался Кошмар, одним глотком отпив почти половину стакана. – И, не услышав ответа, удивился: – Чалый, ты что, его до сих пор не расколол?

– Да больно надо его колоть. Путь поживет пока, погуляет. А потом нарвется еще раз на подобную тварь, тогда и поговорим. – И Чалый не то улыбнулся, не то оскалился.

– Да поймите вы, я не уверен, может, мне показалось… – отбивался Денис, но Кошмар не дал ему договорить:

– Знаешь, есть одна пословица. Она очень популярна у… Но это сейчас не важно. Так вот, она гласит, что лучше испачкаться в грязи, чем в крови. Это я к тому, что, уверен ты или не уверен, – говори. А показалось тебе или нет, мы сами решим. Я тебя внимательно слушаю. – И бросил пустой стакан в пакет.

Отступать было некуда – повторяясь и запинаясь, Денис рассказал рексам все, что видел оба раза после того, как тварь была повержена. Вопреки ожиданиям Дениса, они слушали его очень внимательно, не улыбались снисходительно, не делали вид, что слушают его лепет только из вежливости. Нет, они очень серьезно отнеслись к его словам, ни разу не перебили во время рассказа. И только когда он замолчал, переглянулись, и Чалый спросил:

– Ну и какого ты раньше нам об этом не сказал, а? – И разразился возмущенной тирадой: – Мы тут что, по-твоему, в игрушки играем? Нам любая информация важна, любая мелочь. Петрович всю голову сломал, пытаясь узнать, что за тварь среди людей в городе завелась, а ты молчишь как рыба об лед.

– Ну и что ты сделаешь? Информацию ты получил, но как использовать ее будешь? – это встрял Кошмар. – Ты-то все равно ничего не видишь, их только Хорт чует да этот вот. – Кошмар посмотрел на Дениса так, словно тот был чем-то вроде диковинного насекомого.

– Мое дело – информацию добыть и передать, а дальше пусть там, – Чалый показал себе за спину, в темноту салона, – решают, как ее использовать. Чего ты ко мне привязался? Иди лучше Хорта выгуляй.

– Пойдем, мой хороший, пойдем на травку, – ласково заворковал Кошмар и взял пса за ошейник.

Хорт с энтузиазмом откликнулся на призыв, одним прыжком выскочил в приоткрытую дверь и буквально выволок за собой Кошмара.

– Иди и ты, покури, все равно стоим пока. – Чалый открыл окно и глубоко вдохнул холодный весенний воздух.

– Я не курю. – Денис снова оглянулся, но увидел только, что Ленка пьет уже второй стакан кофе, а Михаил Петрович распечатывает следующую шоколадку.

– Да ладно, – не поверил Чалый. – Бросил что ли?

– Да, бросил. Мы тогда с Димкой в магазин за сигаретами шли. Я с того дня как про курево вспомню, сразу тошнит, – поделился Денис с Чалым.

– А, понятно. Ну, сиди тогда или пойди погуляй, – откликнулся тот и сам выпрыгнул из кабины размяться.

Но Денис никуда не пошел, в кабине наконец хватило места, чтобы развернуться, и он не преминул этим воспользоваться.