Шрифт:
Тиана али Дер, принцесса Империи Солнца
Я медленно ступала по вымощенной белым камнем улице, которая упиралась в причал. Горизонт едва алел, и город Карнак, самый крупный порт на многие мили вокруг, только просыпался.
Где-то слышались редкие крики самых ранних птичек, из некоторых труб одноэтажных и двухэтажных домов начинал струиться дымок от зажжённого очага. Постепенно на благоустроенные улицы города выезжали повозки: лошади и люди спешили на работу.
Признаюсь честно: я ненавидела этот город! Расположенный на самом юге империи, внешне идеальный, за своими стенами он хранил много пороков.
В наших сказочных землях, щедро залитых солнцем, процветали магия и чары, месть и отвага, а честь вела путеводной звездой к свершениям. Но зевать здесь не стоило, ибо коварна жизнь юга, сулящая погибель.
А самое ненавистное место города находилось недалеко от главного причала – невольничий рынок.
Именно туда я и направлялась. Подавляя в себе брезгливость, я вновь мысленно настраивалась быть второй наследницей Империи Солнца.
– Госпожа, – тихо обратилась ко мне моя телохранительница и лучшая подруга, – сегодня будет много приобретений?
Я взглянула в глаза черноволосой женщины с темными глазами, которые уже многое повидали, – Еси Расии. На ладной высокой фигуре, укрытой плащом, таилось немало оружия, а движения телохранителя были быстры и смертоносны, как вихри пустыни.
– Еще не знаю. Посмотрим, есть ли кто достойный.
Все наследники долго спорили с отцом относительно этого крупнейшего невольничьего рынка. Мы были за то, чтобы его закрыть, но папа оставался непреклонен.
Его ответ нам был прост – рабовладельцы были и будут, и продолжат захватывать людей со слабых или малоизвестных территорий. Этот процесс надо держать под контролем и присмотром, владея местом, где они могут торговать. Вот только наблюдать и следить за соблюдением законов выпало мне.
Естественно у меня были помощники, но на самые крупные торги, три раза в год, когда сюда съезжались известные и маститые торговцы и проводились самые грандиозные распродажи, я всегда контролировала сама.
– Али? – окликнула я.
Ко мне тут же подошел мой советник, молодой юноша, который казалось на первый взгляд совсем не пригоден для того, чтобы что-либо подсказать или помочь: не те знания, не тот возраст… Однако никто больше Али не знал о слухах, сплетнях и тайнах как империи, так и людей в ней проживающих – у него везде глаза и уши.
– Да, госпожа?
– Есть сегодня что-то интересное?
– В городе поговаривают, что у трех торговцев будут рабы не из дикарей и не с дальних территорий.
– Откуда? – нахмурилась я.
– Никто понятия не имеет. Мне кажется, дельцы и сами этого не знают. Похоже, перекупили, и не один раз. Боюсь, концов не найти.
– Что ж, пойдемте посмотрим. Настанет ли тот момент, когда мне не нужно будет нести эту ношу? – вздохнула я.
– Скорее всего, когда вы выйдете замуж, – подал голос Али.
Я лишь тяжело на него посмотрела, и слуга склонился в поклоне.
Невольничий рынок, единственный на всю империю, только начинал свой рабочий день, но всех рабов уже вывели и поставили на помосты, распределили по железным клеткам, вдоль которых располагались два уровня наблюдения. Высокий, как раз напротив плененных, – для привилегированных покупателей, и низкий на земле – для всех остальных.
На огромной прямоугольной территории, едва моя нога ступила на рынок, раздался голос главного смотрителя за торгами:
– Принцесса Империи Солнца!
И все немногочисленные люди на площади опустились на колени. Рабов это заставили сделать надсмотрщики ударами кнутов. На несколько секунд наступила тишина, ровно до моего кивка, разрешающего всем подняться.
В Карнаке, как и во всей империи, строго соблюдалась иерархия власти и общественного положения. А неповиновение или оскорбление императорской семьи вообще каралось смертью. У моего народа горячая кровь, и управлять им можно только твердой рукой, я бы сказала – железной.
На рынке никто не видел моего лица: мне на голову был наброшен капюшон, под которым клубился туман, закрывая обзор всякому, кто захочет бросить косой взгляд на принцессу. Меня скрывала моя магия, и она же была моей силой и проклятием.
Сначала я обошла рынок по кругу, рассматривая невольников. Самые разные люди, с самыми разными историями. Кто-то совсем дикий, кто-то вполне образованный. Были те, что хотели бороться, а были и те, что уже смирились.
Я же заранее искала обреченных и проверяла условия содержания рабов. Мне ненужно ходить и допытываться: я заглядывала внутрь каждого, кто тут был, и могла видеть его пороки, страхи, надежды, тайные желания. Я не читала мысли или эмоции, я видела людскую суть.
– Госпожа, ну что? – спросил Али, заканчивая осмотр.
– Все как обычно. Анжар, снова строг к своим рабам, но после хорошего штрафа в прошлом году, до жестокостей не доходил.
В очередной раз окинула пристальным взором рынок.
– Все хорошо. – И, чуть повернув голову в сторону телохранителя, добавила: – Ты всегда излишне осторожна.
– Осторожность не может быть излишней, госпожа, – тихо ответила женщина.
А я взглянула по сторонам, на смотровые башни города, на стражу, наблюдавшую за мной неподалеку, на охрану рынка, которая стояла по периметру. Я никогда не бывала одна: войны и исполнители моей воли повсюду.
Повернувшись к Али, попросила:
– Веди к интересным рабам. Солнце взошло, скоро здесь будет не протолкнуться.
И поднявшись, мы направились в сторону одного из самых отдаленных помостов, на котором стояло четыре клетки, но забитые рабами до основания. Владелец и три надсмотрщика покрикивали на них, стегая по решеткам кнутом.
Из-за слишком большего количества людей на квадратный метр замкнутого пространства и тесноты по спинам рабов неизменно попадали плетьми, заставляя тех вскрикивать. Увернуться было невозможно.