Загадай меня
Шрифт:
– Сейчас, девочки, – успокаивающе произносит мастер. – Посушим ноготочки, намажем ручки кремиком, маслица капнем на кутикулу и… все! Можете бежать покорять наших суровых уральских парней. – Снисходительно улыбается она, я же сижу с видом особы, объевшейся лимонов.
– Я попросила Федьку прийти позже. Маникюры… и прочие дела не для его глаз.
Малинина нетерпеливо ерзает на диванчике в холле, пока я «сушу ноготочки». Довольно перебираю малиновыми пальчиками перед лицом Малининой и расплачиваюсь честно заработанными деньгами за ночную смену в баре. Опять ты, Варюха ввязалась в черт-те что! А ведь хотела подарки родным купить. Маме свитерок модный или платье, а папе набор инструментов.
– Не унывай, Поленкина! – толкает меня в бок Майя. – У меня отличная новость, между прочим. Для нас есть вариант подзаработать. Работа нелегкая, но… Деньги хорошие.
– Я согласна! – пылко отвечаю я. Мы торопливо перешагиваем ступеньки эскалатора, монотонно, как сытая гусеница, тянущего покупателей наверх. К слову, люди, увешанные с ног до головы пакетами, смахивают на хомяков, делающих запасы.
– Даже не спросишь, что за работа? А, может, я тебе сниматься в порно предлагаю?
– Фу, Малинина! Скажешь тоже! – отмахиваюсь я. – Говори, что там у тебя?
– Уборка после ремонта. Знаешь, что неделю назад закончилось строительство нового корпуса универа? Требуются рабочие.
– Ты чудо, Малинина! Я согласна. Работы я не боюсь, деньги, сама знаешь, нужны. Глянь, вон Федька с Ликой! – машу рукой «сладкой» парочке, стоящей напротив входа в масс-маркет.
Лика выглядит смущенно-счастливой, чего не скажешь о Федоре. Его лицо изображает крайнее удивление, а сжатые в тонкую линию губы и напряженная складка, прорезавшая лоб, сигнализируют о недовольстве. Федька волнуется обо мне, такие вот дела!
– Поленкина, ты платье мерить будешь? Нам тебе еще макияж делать надо, забыла? – скрывая неловкость, вызванную появлением Феди, лепечет Лика. Поправляет слегка разметавшийся «бубон» и опускает взгляд. Теребит поясок габардинового платья, прикрывающего колени. Тьфу на них! Шли бы уже куда-нибудь, в кино, например!
– Буду. Федь, ты извини, что я тебя дернула. Вы идите с Ликой… посидите в кафе или кино. Мы сами справимся. – Встречаюсь с благодарным, торжествующим взглядом Беккер.
– Варя, можно тебя на минутку? – Федя бесцеремонно хватает меня за ладонь и тянет к лестнице. Подталкивает к безлюдной лестничной площадке и нависает, придав лицу грозный вид. Батюшки, как страшно! Умру сейчас от страха!
– Федька, давай не сейчас? Обойдемся без нотаций. – Складываю руки на груди и вскидываю подбородок. Федька высокий, и чтобы смотреть ему в глаза приходится задирать голову. Ну… или ему склоняться ко мне.
– Что ты опять придумала, Варь? В твоем-то положении? Ты с ума сошла? Зачем тебе все эти… наряды и прически? Послушай, если тебе нужна помощь, ты только скажи…
Черт, черт! Я забыла, что не сказала Феде правду о беременности! Если я действительно хочу проучить Андрея, то придется молчать. Недолго. После новогодних праздников я во всем признаюсь…
– Долгая история. Мне нужен липовый жених, и я обратилась в агентство. Ничего особенного. – Мямлю, как нерадивая студентка.
– Ничего особенного? – в голубых, чистых, как Байкал, глазах Федора загораются искорки гнева. Он запускает пятерню в волнистую длинную челку и обреченно вздыхает. – А если он обидит тебя? Начнет домогаться или стебаться? Вот как он сыграет роль жениха, ты подумала? Он же ничего не знает о тебе…
– Я все расскажу ему, – парирую я. – Привычки, увлечения, особенности…
– Позволь помочь тебе деньгами, – Федор запускает ладонь в задний карман джинсов и достает портмоне. – Я все-таки больше тебя зарабатываю, могу себе позволить… поддержать подругу. – Пальцы парня дрожат, когда он протягивает мне несколько пятитысячных купюр.
– Нет, Горностай! Я не возьму. Тебе самому деньги нужны для папы и бабули… Ты хороший, Федька. Интересно, кому ты достанешься? – хлопаю его по плечу.
– Не знаю, Варька.
– А я знаю! Нужно быть слепцом, чтобы не видеть того, как ты нравишься Анжелике!
– Значит, я слепец, Варь. И ты тоже…
– Нет, я самая зоркая девушка на курсе. Пошли, Федька, нас девчонки заждались!
Федор.
Как девчонки называли книгу, способную перевернуть жизнь с ног на голову? Позабыл название, но шум от этой книжонки стоял на всю общагу. Бестселлер, говорите? Обязательно свяжусь с автором и предложу написать продолжение: «Как перестать быть идиотом?»
«Самая зоркая девушка на свете» отправила меня в кино с Ликой, до которой мне нет никакого дела. Скромная и симпатичная Анжелика отчего-то решила, что я подходящая партия для нее. А, может, ну ее… эту гребаную любовь? Варя не замечает меня. В упор не видит. Кажется, спроси ее, какие у меня глаза или волосы, она с трудом вспомнит, как я выгляжу?
– Какие ты любишь фильмы? – легонько коснувшись моего плеча, пропевает Лика. У нее красивый голос, высокий, поставленный, как у дикторов, но он почему-то не трогает меня… Не заставляет сердце биться чаще, а кровь стремительно бежать по венам. Не будоражит, не заводит, оставляет равнодушным и спящим. Мне хочется однажды понять, для чего же нужна безответная любовь? Что она есть? Поломка жизненного устройства, недоработка бытия, адская головоломка, созданная только лишь для страданий? Или великая задумка, призванная делать тебя лучше, тренировать сердце, готовить его для чего-то настоящего? Взаимного.
– Драмы, комедии, детективы. Выбирай кино на свой вкус, – не глядя на девушку, бормочу я. Что за платье выбрала Варька? И кто эта модель, для которой она так наряжается? Красится, делает маникюр, спускает накопления? – А ты не знаешь, для чего Варя меня позвала? Она же вроде хотела совета по поводу наряда, а сама…
– Да брось, Федь, – Лика снисходительно всплескивает руками и сразу же осекается, поправляя прическу. – Мы выбрали ей строгое, в меру нарядное платье. Девчонки, как обычно, преувеличили масштаб операции.