Чтение онлайн

— Юная леди, успокойтесь, — Его Величество поднял руку, в целях лечебной пощечины, но отпрянул, посмотрев в мои полубезумные не человеческие глаза.

В его огромных зрачках я увидела свое лицо — белая маска, искаженная мировой болью и страданием. Я увидела себя. Ту, что после долгих мучений, боли, и угрызений совести, даже в день, когда проклятье беспамятства больше не имело силы, отреклась от себя, от своего имени и своего прошлого. Я сама прокляла себя. Я ненавидела себя.

— Сэлла, прошу тебя, — взывал ко мне Лур, обнимая за плечи, — Ты сама сказала, что заклятье было создано гением, но использовано жаждущими власти людьми. И раз это заклятье создала ты, нет твоей вины, что его использует Гильдия.

— Вина. Это моя вина, — хрипло шептала я, царапая ногтями мраморный пол и оставляя на нем рваные борозды.

— Я знаю тебя не так долго, — теребил драконид, — хотя сердце твердит обратное. Но я скажу тебе, что не встречал никого, кто бы так чувствовал чужую боль и страдания. Не знаю, зачем ты создала Мирное Иссушение, но я уверен ты бы никогда и никому не причинила вреда. Это все маги. Это их надо винить в том, что гибнут люди. А ты должна собраться. Людям Орсака нужна твоя помощь. Сэлла ты нужна им!

— Прошу вас, Сэлла, — присоединился король, — Я не виню вас ни в чем. Что бы ни заставило вас создать заклятье, я верю, что у вас были благие намерения. Маг, сказал, что "только она знала как". Прошу вас, вы наша единственная надежда. Я больше не могу так жить. Мой народ и я… наши судьбы в ваших руках.

Боль ушла, оставляя в душе сосущую пустоту. Зисс, оказался прав. Легче забыться, чем проглотить эту горькую пилюлю. Он не был уверен, что я справлюсь. И я тоже теперь не уверена. Но я не собираюсь больше прятаться. Это моя ошибка. И за нее не должны расплачиваться невинные.

Я смотрела на Орсака, не сдерживая слез, не вырываясь из объятий драконида, который все еще шептал, что-то утешительное.

Вот и мои призраки полезли из всех щелей. Уродливые фантомы прошлых ошибок, которые не соизволила исправить. Сколько же лет я праздновала труса?! Десять, двадцать, пятьдесят…. Сколько? Пора что-то предпринять. Я не хочу быть похоронена под собственными страхами. Я нужна этим заблудшим душам. Кроме меня никто не спасет их из плена мертвых тел. Я обязана перетерпеть это унижение, и попробовать исправить все, что еще возможно исправить. Я почувствовала себя, как гусеница только что переродившаяся в облике бабочки.

— Я знаю, как, — осипшим от слез голосом сказала я.

— Не томите.

Ощутила, как по спине пробежала струйка холодного пота. Молчание не ответ, но оно порой говорит гораздо красноречивее. Никакой лжи. Сейчас она не помощник. Он не был ни алчным, ни жестоким, ни деспотичным, он только хотел счастья для своего народа, и я не имею права подгонять или оттягивать момент истины. Орсак должен все решить сам.

Его Величество все понял, и в светлых глазах, я увидела зарождающийся свет облегчение.

— Делайте, что должно, — кивнул он, присаживаясь на свое законное место во главе стола, — Я счастлив, упокоиться от вашей руки.

— Сэлла? — удивился драконид, с трудом веря, что нет иного выхода, как убить короля.

— Да, Лур, — успокаивающе погладила драконида по предплечью, — когда "сердце зла" остановится, клетка, что окружает замок, распадется, и Зисс заберет души мертвых.

— Я готов, — расправил плечи король.

— Лур, дай мне меч. Самый лучший меч, который у тебя только есть, — попросила я драконида.

Лур отыскал в недрах сумки короткий клинок эльфийской работы с глубокой трещиной у основания. С виду обычный меч, без вензелей и драгоценных камней, но на рукояти изображен герб лесных эльфов, обведенный тремя кругами, в которые вписаны заклинания на древнеэльфийском языке. Это изображение, что-то напомнило мне, но не было времени вспоминать, что именно.

— Этот лучший, — заявил Лур, — я по дешевке купил его на Базаре. Торговец не знал цены этому клинку. Он подойдет?

— Превосходное оружие, — коротко кивнула я.

В моей ладони клинок ожил. Его окутало зеленоватое сияние, и шум листвы заполнил замок, трещина затягивалась, как человеческая рана, под пальцами целителя, и я словно услышала его голос: "Нашел тебя!". Рукоять грела ладонь, и растревоженное сердце, покрытое коркой льда и паутиной шрамов, таяло, открываясь навстречу теплу.

— Этому миру будет не хватать вас, — обратилась к Орсаку, успокаивая себя словами, но мои руки все равно едва заметно дрожали, — Мне жаль, что мое малодушие привело к таким последствиям. Но я клянусь, что отомщу за вас.

— Пусть боги сопутствуют вам в пути, — улыбнулся король.

— Селефина, — улыбнулась я, целясь сияющим клинком ему в грудь, — Меня зовут, Селефина.

— Селефина, — последнее, что прошептал великий правитель маленького королевства Орсак.

Лезвие вошло легко, прямо в сердце. Мои ладони ощутили, как затухает в нем жизнь. Взгляд Орсака остекленел, но я не посмела отвести глаз. Его Величество Оримир Броссе Орсак II, умер.

А вместе с ним умерли и жители замка Орсак. Их души взмыли в небо, как дым, что поднимаясь все выше и выше, растворяется в ночной мгле. Едва слышимый вздох облегчения сорвался с моих губ. Все закончилось.

Мираж рассеялся, и нашему взору предстали одинокие руины, некогда бывшие великолепными сооружениями, где жили люди, смеялись дети, бегали собаки, цокали копытами чистопородные кони. Но все, что мы лицезрели сейчас — это груда камней, поросшая осокой и хвощем.

— Лур, дай платье, — поежилась я, прикрывая ладонями, самое интимное, — Холодно, гхар!

Навязчивая мысль, что возможно не переживу сегодняшнюю луну, преследовала всю дорогу до поместья Андарвиля. Мы взяли лошадей, двух смирных кобылок, и по расчетам, как раз до вечера будем у Светящихся Озер. Не стала рисковать создавая портал, магия могла бы выдать нас с головой. А так, хоть медленно, зато надежно и относительно безопасно. Всю дорогу Найв молчал, и по его лицу ничего нельзя было прочитать, нервничает ли он, или рад, но одно могу сказать точно, к этому делу он неравнодушен.