Чтение онлайн

Одна из них мне нравилась особенно. Ее рассказал учитель ради развлечения в небольшом перерыве между занятиями.

Давным-давно, когда боги развлекали себя играми со смертными и не считали их жизни ценными, в разных уголках планеты жили мужчина и женщина. Женщина была прекраснейшей из всех, что видел этот мир. Ее волосы были мягкими и светлыми, как блик луны, кожа белая, как первый выпавший снег, а уста, как алая кровь. Она любила всех и каждого, намереваясь сделать этот мир таким же светлым, как ее помыслы, таким же чистым, как ее красота. Когда она шла по лугам, ее приветствовала каждая травинка, каждый цветочек, и она смело отдавала им свою заботу, бережно ступая по зеленому покрову, приветливо улыбаясь. Ее любили люди, любили звери, слава о красоте девушки обошла весь мир в песнях и стихах. И дошла до другого конца мира, где жил жестокий правитель, убивающий всех неугодных его взору. Он казнил за смех, за радость и за счастье. Он был так злобен, что это не могло не отпечататься на некогда прекрасном лице - глубокие трещины покрывали его кожу каменной маской, губы навечно изогнулись уголками вниз, а глаза едва открывались, чтобы видеть солнечный свет. И он, разозленный одним существованием девушки, собрал огромнейшую армию и под черными флагами своего государства пошел войной на не знавший бед город. Его воины вырезали целые деревни, пытая людей вопросом, где скрывается девушка. И вот нога мужчины ступила в город, где она ждала его. По лицу красавицы текли кровавые слезы убитых людей, руки были опущены, распущены косы. Она бросилась ему на шею и горько заплакала. Но ни слова упрека не сорвалось с ее прекрасных губ, она осыпала поцелуями безжалостного убийцу, не обращая внимания на безобразное лицо.

– Почему ты целуешь меня? Я убил всех, кого ты любила.

– Я буду любить их вечно, смерть не помеха.

– Почему ты целуешь меня? Мое лицо уродливо.

– Твое лицо другое. Другое - не значит уродливое.

– Почему ты целуешь меня? Я пришел убить тебя.

– Убей меня, если это исцелит твою душу.

Мужчина отбросил девушку, выхватил меч и пронзил свое сердце острым лезвием. Два крика наполнили воздух - на белом платье девушки быстро ползло кровавое пятно, черный плащ мужчины отяжелел под весом смерти и, падая, он схватился за ее руку.

– Как я мог убить тебя?

– Ты убил себя, а без тебя я не могу жить.

Две половины одного целого, по шутке богов разделенные на две категоричные части, не могут существовать друг без друга, ибо когда нет зла - нет и добра, когда нет добра не бывает и зла.

Много позже легенду отдали двум созвездиям, странно изогнувшимся на ночном небе, будто тянувшимся друг к другу, но так и не достигнувшим. Знали ли звезды, что их замарали кровью невинных людей?

Каин думал о своем, не отвлекая меня от созерцания ночных светил.

– Рамка телепорта, - воспоминания, натужно скрипя, возвращались в гудящую голову.- Как Вы смогли ее сделать в одиночку?

Я точно помнила, как Вайно уверял меня в безуспешности данного предприятия группой менее трех волшебников. Потому как при телепортации были задействованы вектора времени и пространства, которые было необходимо сочетать в строгой пропорции.

– Чем короче расстояние, тем проще.- Ему не хотелось говорить, но сидеть в молчании и ждать было выше моих сил.

– То есть из Старного Вы бы не смогли сотворить телепорт в Альсию?

– Из Старного - нет. Для дальних расстояний существуют телепортационные башни, - без особого желания коротко объяснял он.

– Но она была сломана, - припомнила я разговор в кабинете Шарля. И осеклась.

– Ты не могла об этом знать, - он в задумчивости поймал мой взгляд и не отпускал, проникая глубже. Голова отзывалась шумом.
– Ты подслушала наш разговор с Шарлем. Я был увлечен и не заметил. Надо же.

– Вы мне расскажите?
– ухватилась за спасительную соломинку.

– Не думаю, что могу рассказать что-то полезное для тебя сейчас. Позже.

– Почему?

– Не поймешь ничего, из того, что я скажу.
– Каин говорил ровно и спокойно, ничуть не разозлившись.- Предварительно должны произойти некоторые изменения в тебе и в обстановке. Зачем давать ребенку уравнение с несколькими неизвестными, ели он еще даже алфавит не выучил. Всему свое время, будь терпелива.

Я обдумывала сказанное. Как просто он все понял или прочел в голове? Или сопоставил факты? Не суть важно. Он знает, что мне известна некоторая часть беседы, но все равно уходит от ответов.

– На самом деле, - осторожно перевела тему разговора в другое русло, не менее озадачившее меня.
– Я не знаю, что за заклинание выпустила тогда. И про кровь тоже ничего не знала. Само собой выходит. Почему так? Это не странно? Словно меня кто-то направляет...

Каин безучастно искал ответы на свои вопросы, если таковые имелись, в трещавших ветках и летающих искрах, тени от света играли на его лице странную симфонию.

– Нет.

Дракон, не обозначив эмоций на лице, продолжал смотреть в огонь.

Ясно, решил действовать по старинке - игнорировать. Тяжелый вздох вырвался из груди. Я подобрала колени к подбородку и закрыла глаза, слушая треск деревьев.

Как выбить из него правду? Как можно заставить сказать хоть что-то того, кто не хочет говорить. Истерики, уговоры, шантаж - не наши методы. Я не смогу правильно расставить акценты, и не уверена, что Каин купится на маневры.

– У вас есть причина, по которой Вы не хотите объяснять? Я имею право знать. Мне не нравятся такие игры!

Он не повернул головы, только чуть улыбнулся. Грустно так, чуть прикрыв глаза на секунду.

– Не придумывай себе сказки, девочка. Никаких игр нет, - спокойно сказал Каин, поднимаясь с веток.
– Пора. За нами прилетели.

– Ч-что?
– переход был столь внезапным, что я поначалу не поняла, о чем идет речь, и замолчала.

Каин смотрел в небо.

Черная точка быстро росла, приближаясь к земле. Немного недолетев, песчаного цвета дракон с длинной черной полосой на правом боку, сменил ипостась и подошел к нам уже в образе человека, пригибая колено и прикладывая правую руку к сердцу.

Я с сомнением смотрела на молодого дракона, облаченного в черную тунику ниже колен с разрезами по бедрам и брюки, по швам одежд шла тонкая золотая вязь ручной вышивки.

– Mave Arre`tete, - покорно произнес молодой человек, поднимаясь с колена.

– Mavri, essent ro dos`sta. Hommer is gois.- Ответил ему дядя.

– Oller, mave Arre`tete.

Я стала свидетелем странной сцены. Мужчины говорили меж собой на незнакомом мне языке, вероятно, на драконьем. И почему он преклонил колено?