Чтение онлайн

Бедненький! — пожалела его, — совсем некому позаботится. Куда крела Мати смотрит?

Как раз в этот момент кто-то постучал в дверь. Дайрон поднял невидящий взгляд, что-то резко ответил. Потом схватил пустую чашку и с силой запустил в стену. Бессильно откинувшись на спинку кресла, сжал пальцами виски. На миг лицо изменилось. На коже проступили льдисто-синие роговые пластины, превращая человека в страшного демона.

Не сдержав сорвавшегося с губ крика, проснулась. Тело бил озноб. Виной тому сползшее на пол одеяло. Замерзла. Не Дайрона ведь испугалась? Он демон, и мне об этом известно. Как и то, что у него есть боевая форма. О ней же говорил Ирс? Или Рес? Неважно.

Закутавшись в одеяло, встала с кровати. Рядом, на тумбочке, стояла вода. Но мне нужно кое-что покрепче. В гостиной разыскала графин с ликером. Прихватив его с собой, вернулась в постель. Первый бокал выпила, даже не почувствовав вкуса. Второй уже смаковала по глоточку. Внутренняя дрожь ушла. Теперь я могла вздохнуть спокойно.

Он тоже скучает! — я погладила животик, — ему также одиноко и плохо без нас. Но мы ведь найдем способ, правда? Папочка еще не знает, что у него есть ты, малыш. Обещаю, я сделаю все, чтобы мы были вместе. Ты заметил? Его взгляд? Он смотрел прямо на нас. За секунду до того как я проснулась. Быть может, у нас получится поговорить с ним, как с Тарой? Тогда я тоже спала. Не знаю. Но обязательно попробую.

Мысленный диалог с малышом принес удовлетворение. Отчего-то казалось, что он (или она) понимает меня. Во всяком случае, допив содержимое бокала, я легла на подушку и легко заснула, глупо улыбаясь непонятно чему.

Утро началось со странного стука и какой-то возни во дворе. Накинув халат, вышла на террасу. Несколько мужчин в рабочих робах монтировали кованые решетки на окна первого этажа. Еще двое в спецовках устанавливали спутниковую тарелку.

К чему нам еще одна? Да еще такая здоровая?

В распахнутые ворота как раз въезжал фургон с эмблемой фирмы по грузоперевозкам. Сэма нигде не было видно. Только десяток вооруженных людей в форме охранников. Обилие оружия вызвало тревогу.

Это дом за городом? Или форт Нокс? Что здесь происходит?

Поспешила умыться, переоделась в удобные льняные брючки с просторной туникой и спустилась.

— Дианушка! — встретила Марта, — доброе утро! Разбудили тебя, ироды! Давай-ка, садись, — указала на широкий кухонный стол, — раз уж спустилась, тут и поешь. Там, на террасе сейчас тоже решетку буду устанавливать.

Послушно усевшись на диванчик, уставилась голодным взглядом на женщину. Любопытство любопытством, а нам с малышом прежде поесть нужно.

— Что тут творится-то, расскажешь? — спросила, щедро намазав на блинчик горчички и отправив лакомство в рот.

— Страсть, какой ужас! — всплеснув руками, ответила Марта, — Эдюшка с утра в город собрался. Время-то раннее было, не рассвело еще. Я ему яишенки, да тостов сделала. Не тяжело ведь. И проводила за ворота. Назад и шагу ступить не успела, слышу — хлопки! Один, другой, а потом как зачастят. Кирушка с Пашей бегут. Пистолеты достали, стреляют. Жуть! Думала, помру со страху-то!

— Что? — надкушенный блинчик застрял в горле, — здесь была перестрелка? А Сэм? Он жив? Ранен? Что с ним? — подскочив к Марте, вцепилась в ее руку, — почему меня не разбудили?

— В порядке Эдюшка. Полиция заявилась быстро. Он с ними-то и укатил. А потом эти, — кивнула в сторону маячившего в окне рабочего, — понаехали. Гремят, стучат, мусорят, дом уродуют. Ну, к чему эти железяки?

— Что ж за дела творятся, если средь бела дня, то есть утра, убивать решились? — тревога разрасталась с каждой минутой. Теперь из дому свободно не выйдешь, и внутри покоя не будет. И еще каждый раз переживать, когда Седой куда-то уезжает. Тут ведь на пороге едва не застрелили. А в городе? Там же масса возможностей!

Приехавшего только к обеду Сэма готова была растерзать.

— Где ты был? Что так долго? Почему телефон не отвечает? — накинулась на него с порога.

— У следователя. Ди, ты чего? — Сэм подошел к разрыдавшейся мне, — переволновалась? Все ж хорошо! Что ты!

— Представляешь, сколько ужасов я передумала, пока тебя не было? Что происходит? Можешь объяснить нормально? Кто хочет тебя убить? Зачем? Кому ты перешел дорогу?

— Вижу, понимаешь, каково это беспокоиться о близких, — Сэм обнял и крепко прижал к себе. — Это не минутный разговор. Давай сначала закончим с делами. Мне работу принять нужно, рассчитаться. Пообедать, опять же. А вечерком и поговорим.

— Я до вечера с ума сойду от любопытства! Или от скуки сдохну!

— О! Скучать не придется. Я тут полный отчет по фирме привез. За последние три года. Его проверить бы!

— Кхм. Да тут же одним днем не обойдешься! Месяца не хватит, если все досконально проверять! — навскидку прикинула объем работы.

— Я и не тороплю. Ты пока просмотри бумаги, с чего в первую очередь начать, а что на потом отложить. Завтра как раз всю оргтехнику привезут и установят. Я что мог важное из кабинета забрал. Решил тут поработать какое-то время. А руководить и по телефону можно. Или скайпу.

— С чего вдруг ты проверку затеял? Или есть повод подозревать кого-то?

— Ди! Все вечером! — отмахнулся от вопросов Сэм. Однако по мелькнувшему на лице раздражению, поняла, что в делах последнее время не все так благополучно, как он хочет показать.

С бумагами, сложенными в три больших коробки, я могла просидеть очень долго, просто сортируя по видам и назначению документов. Кто-то очень не хотел, чтобы данные попали в чьи-то руки, поэтому бессовестно смешал папки, предварительно изъяв описи и классификаторы. Для того чтобы разобраться, следовало просмотреть и переложить каждый листик. Чем я и занялась, совершенно выпав из времени до тех пор, пока в кабинет не заглянула Марта, чтобы позвать на ужин.

Атмосфера за столом была напряженной. Марта дулась на Эдюшку, что он наводнил дом рабочими и вояками. Первые затоптали клумбу во дворе и жутко намусорили. А последние так и норовили сунуть свой нос во все дела. На кухне женщина справедливо считала себя полноправной хозяйкой, и любое поползновение воспринимала в штыки. Удивляюсь, как она смогла найти общий язык с Анной. Возможно, смирилась с фактом, что самой везде не успеть. Да и отдать должное, Анна тихая женщина, не скандальная и трудолюбивая. Марта жалела ее. А как иначе? Несчастной и так досталось. Дочка ее, восемнадцати лет, была неизлечимо больна. Синдром Дауна. Видела ее мельком, крупная некрасивая девица. Единственным украшением служила длинная русая коса, да искренняя улыбка на круглом лице. Не будь этой болезни, кто знает, как бы она выглядела. Судя по матери, была бы весьма симпатичной девушкой.