Чтение онлайн

Виткалова недовольно вздохнула, но подчинилась:

– Если покороче, то армию Крива разбили из-за предательства одного из ратишей, что захотел породниться с его побратимом, но получил публичный отказ.

– Я знаю эту историю...

– Многие знают, - не позволила ей развить мысль чародейка, прекрасно понимая, насколько может затянуться подобная лекция.
– Я видела примерный текст этого проклятья. Основная идея сводится к тому, что носитель проклятья будет добиваться небывалых успехов во всём, за что бы ни взялся, получит всё, но только в одной конкретной области...

– Меня бы кто так проклял, - убитым голосом проговорили с другой стороны болтуна.

– Не перебивай!
– грозно прикрикнула на неё чародейка и снова перевернула листок.
– Стоит проклятому достичь своего пика, или просто так совпадает, но в день, когда его старшему сыну исполняется семь лет, проклятье начинает действовать. Всё, чего достиг проклятый, всё, что было ему дорого и к чему он стремился, разрушается в одночасье прямо у него на глазах. Погибают его близкие друзья и родственники, чаще всего жёны и дети, рушатся дома и тому подобное. В итоге остаётся только он и его семилетний сын, являющийся уже носителем проклятья, при этом ребёнок, вне зависимости от воспитания и характера, будет люто ненавидеть выжившего родителя, ведь ему доходчиво будет объяснено, благодаря чему и кому он оказался в таком жалком состоянии. Как такая перспективка?

– Мрачновато. Создаёт замечательные условия для рождения социопатов и маньяков, - безрадостно отозвалась невидимая собеседница после небольшого раздумья, казалось, она была погружена в собственные мысли и мысли эти не были приятными.
– И что ж никто из этих проклятых, с детства зная о нависшей над ними угрозе, ничего не предпринимал?

– Все предпринимали, не многие верили, но отчаянно пытались. Видимо, проклятье как-то давит на сознание, - глаза несостоявшейся тёмной чародейки мечтательно прикрылись.
– Я вчера переписывала метрику одного рода, поэтому и вспомнила о твоих проклятьях. В этом роду выдающихся людей, как собак не резанных, но все они идут в строгом хронологическом порядке. Тут тебе и богачи, и поэты, и изобретатели, и преступники, даже один император затесался во времена Великого Вождя. Все закончили плохо, очень плохо.

– Думаешь, никто из них не смог вычленить способ преодоления проклятья?
– усомнилась собеседница.
– Странно. Ведь, владея точными условиями, можно провернуть все, кроме летальных.

Нэлии очередная попытка прервать её разоблачительную речь категорически не понравилась. Если бы девушка обладала большими талантами к проклятьям, не в меру болтливой одногруппнице уже бы не поздоровилось, но сколь таких данных у чародейки не было, то Нэл просто проигнорировала неуместный комментарий:

– Так вот, не многие располагают сведениями, каким именно было проклятье, да и не многие смогут его оценить по достоинству. Заклятье передаётся по крови от отца к старшему сыну, не ослабевая с поколениями, ну, для сильнейшего некроманта это и не удивительно. Удивительно то, что, судя по всему, оно всё ещё действует. Не поручусь за другие, но этот носитель проклятья определённо всё ещё шляется по княжеству, а может уже успел передать его своему сыну. Только представь! Действующее проклятье такой давности! Да оно же должно усилиться в десятки раз!!! Это же круто!

– Э-э-э полагаю.

– Конечно здорово! Я читала, что один из представителей проклятого рода даже практиковал убивать всех своих сыновей после рождения, чтобы не лишиться военной мощи, только умудрился просмотреть какую-то проститутку. Представляю, какой был скандал, когда наследником рода признали такого вот бастарда. Кстати, этот бастард боролся с проклятьем жёстким целибатом и молитвами, пока на него не польстилась одна заезжая колдунья с пузырьком приворотного зелья. Не знаю, с этим ли связанны разрушения сразу нескольких монастырей в Заболотье, но по датам вроде совпадает.

– Это же род Сосновских, верно? Тех, что раньше имели земли близ Смиргорода, - на всякий случай уточнила говорившая с Виткаловой чародейка, хотя по голосу было понятно, что она очень надеется на отрицательный ответ.

– Ровнюхо!
– поддержала её коронной фразой своего брата Нэлия.
– Вот только услышишь о ком-нибудь фантастически великом в своём деле, можешь не сомневаться, что это Сосновский. Но даже не это круто. Проклятье, то было необычное. Как я поняла, его делал лично Крив на крови своего побратима Ворожея. Того самого, что создал заклятье Маррового поветрия, выкашивающего сразу несколько деревень! Его теперь ещё моровым называть стали, дилетанты.

– Получается, что одним из возможных способов снять заклятье, является убийство наследников Ворожея и Крива, - медленно и как-то забито прохрипел болтун голосом чародейки.

Создавалось впечатление, что на другом конце артефакта собеседница юной чародейки вот-вот собирается хлопнуться в обморок, но из последних сил держится по эту сторону сознания.

– Да где же он их найдёт?
– искренне удивилась Нэл.
– Согласно официальным хроникам ещё старший Сосновский, тот самый, что схлопотал проклятье первым, озаботился изничтожением всех наследников обоих князей и подошёл к этому вопросу со всем упорством. Разве что ту самую дочь Ворожея мог оставить в живых, а она родила ребёнка от кого-то неизвестного, ведь рожай она от Сосновского, то дитя несло бы проклятье. Хотя, определённый резон в твоей версии есть, если где-то живут наследники Ворожея, то и Сосновским не удастся скинуть с себя проклятье.

– О да, - слабенько поддержала её собеседница.
– Это представляло бы перед Сосновскими определённую сложность.

– Как страшно жить, - поддержал её тонкий, дребезжащий голос заглядывающего в окно трупа из розовой клумбы.

От неожиданности брюнетка тоненько взвизгнула и влезла на комод, позабыв, что является духовником и потенциальной тёмной чародейкой. Карабкающаяся в человеческое жилище тварь не напоминала обычного умруна или зомби, но от этого была не менее пугающе для молоденькой девушки, видавшей опасную нежить только в клетках на занятиях нежитеводства. Чародейка по первому порыву вообще едва не зашвырнула в уродливую полуистлевшую рожу неизвестного трупа стеклянным шаром с зачарованными пауками, но в последний момент вспомнила о наличии у себя персональной нежити, оформленной по документам, как охранный образец, и во всё горло заорала:

– Масянтрий, взять!!!

День первый.

Угрюмое, затянутое сухим туманом поле выглядывало своими каменистыми краями из-за оврага, словно большой хищный скрюд, наблюдающий за легкомысленной добычей. Редкие шальные искры болотных огоньков, поднимающихся над цветущей лунницей, носились за порывами ветра, устраивая демонские пляски и заводя холодящие душу хороводы в безмолвии ночи. Казалось, что сквозь сероватый налёт извечной туманной мути проглядывает не старый дряхлеющий лес, а напрямик другое измерение, кишащее демонами да тварями, настолько страшными, что нет возможности дать им имя.