За горизонтом сна
Шрифт:
— Механик Кертис, — раздельно проговорил в трубку передатчика Александр Нортон, — выходите. Вы ведете себя бессмысленно. В вашем положении…
— Дайте сюда, командир, — попросил врач Коста Димич. У него на поясе висел точно такой же передатчик, но медик, видимо, забыл об этом. — Брэд! Ты же кровью истечешь, дурила. А ты мне должен пять сотен в покер, помнишь?
— Мерзавец, — процедил сквозь зубы связист Олег Ланский. — Лучше бы ему и вправду не выходить…
Они все были здесь — те, чьи имена Джерри знал наизусть. Герои Первой Дальней… Двенадцать человек, которые действительно были готовы пожертвовать жизнью ради будущего человечества. Разве это может полностью нивелировать, свести на нет лишь то, что рядом с ними, среди них, на борту экспериментального научно-исследовательского корабля «Атлант-1» обретался и тринадцатый?..
— А ведь прикидывался полным идиотом, — пробормотал врач. — Я даже слегка удивлялся поначалу. Казалось бы, в экспедиции такого ранга и технарю положены мозга.
…Системный механик Брэд Кертис.
Дино Деффель не уделил ему и двух абзацев в своем романе. А в научных трудах, посвященных Первой Дальней, это имя фигурировало только в списках экипажа. Джерри, в сущности, ничего не знал о механике Кертисе. Занявшем глухую, оборону в беседке, еле различимой за стеной дождя. Раненом, отчаявшемся и уже готовом на все.
Члены экспедиции рассеялись небольшими, группами по кустам, цепочкой окружив поляну. Джерри машинально пересчитывал их, невидимых для Брэда Кертиса, но так или иначе выдававших себя, если смотреть с той точки, где находились они с Лили и Фрэнком. Нортон, Димич и Ланский вообще рядом, в двух шагах, — уже трое… Десять, одиннадцать, две… Нет, не двенадцать. Нет Феликса Ли. Наверное, ему забыли сообщить, хотя он где-то совсем близко…
— Механик Кертис, — снова заговорил командир Нортон. — Я гарантирую вам: самосуда не будет. Выходите!
Молчание.
— Может быть, он уже потерял сознание, — пробормотал Коста Димич. Спохватившись, он наконец снял с пояса свой передатчик. — Брэд, ты меня слышишь? Если ты сейчас не отвечаешь, я иду к тебе. Делать перевязку, черт возьми!
Он развернулся в профиль, и Джерри поразился сгустку ненависти на его лице. С таким лицом делают не перевязку, а контрольный выстрел. И его, Косту Димича, можно понять. Можно понять их всех… Александр Нортон сильно рискует, давая обещания насчет самосуда. Да и какая имеется альтернатива? Кто и за что будет судить его — в современном мире?.. Они все это сознают.
— Ну? Считаю до трех, Брэд. — Врач снова повернулся к ним спиной. — Раз…
— Стой на месте!!!
Дикий хриплый рев — словно удар грома посреди ливня. Уже не человеческий голое, к тому же искаженный динамиком. Джерри судорожно слизнул каплю дождя, упавшую в уголок губ.
— Первому, кто сунется… я… башку…
Говоривший закашлялся, и надрывные помехи сотрясли небо новым раскатом.
Коста Димич выругался, забыв убрать трубку ото рта.
— Черт. — Александр Нортон обернулся через плечо. — Ребята, сколько там у вас было патронов?
Джерри не сразу вник в суть вопроса, и Фрэнк больно толкнул его под ложечку: кончай тормозить! Вскинул руку к переносице, чтобы поправить очки — спрятанные в карман полчаса назад, какой от них прок под сплошным дождем… Сглотнул и наконец ответил:
— Да нет, какие там патроны… Только тот заряд, что в ружье.
— Уже лучше, — криво усмехнулся Нортон.
— Надо заставить его выстрелить, — вмешался Олег Ланский. — Чтобы кто-то из нас… ложный маневр…
Не глядя на него, командир Первой Дальней выговорил негромко и жестко:
— Не смейте, связист Ланский.
На какое-то время повисла пауза — мирный шелест дождя, оставившего позади вспышку грозы. Джерри смотрел на Лили. Маленькая и прямая, похожая на оплывающую свечку — наверное, из-за струек воды, сочащихся с кончиков волос. Отрешенная и далекая. Он попытался поверить, что каких-то полчаса назад обнимал ее… ничего не вышло. Сейчас было страшно коснуться ее даже пальцем.
И сейчас дико, неуместно, никак нельзя думать об этом.
Вдруг над поляной снова загрохотало:
— Кертис, ты меня слышишь? Я хочу, чтобы все слышали нас с тобой. Отрегулируй как следует динамик.
Сухой и требовательный, чуть раздраженный голос. Начальник экспедиции.
Ответа не было. Невидимый — Джерри мог лишь угадывать его местоположение — Селестен Брюни выждал ровно пять секунд и заговорил снова:
— Мне плевать выйдешь ты оттуда когда-нибудь или нет, Кертис. Мне вообще на тебя плевать. Но, согласись, мы все имеем право знать — зачем?! Весь этот балаган под названием Первая Дальняя.
— Не балаган. Прыжок во времени… первый в мире.
Джерри настолько не ожидал, что механик Кертис ответит, что вздрогнул и поскользнулся на мокрой траве. Удерживая равновесие, зацепил рукой Фрэнка, прошипевшего что-то гневное и непристойное. Пусть его. Слушай!
— Очень хорошо. — Трескучий смешок Брюни. — Но я, например, почему-то был не в курсе. И все остальные — тоже. Мы летели в другую Галактику. Мы якобы общались со своими близкими!.. Мы…
— Вы общались!!!
Голос Брэда Кертиса звучал теперь отчетливо, без помех, передавая малейшую интонацию; таки послушался командира, отрегулировал аппаратуру. И Джерри был готов поклясться, что сейчас — четверть секунды назад — в крике механика надрывно прозвенели слезы.
Слезы?!
Он помолчал и продолжил:
— Они общались. — Теперь плаксивый тон не оставлял места сомнениям. — Они, видите ли, общались! А на меня в той программе даже файла никак не могли завести… нашли каких-то придурков, на пиво вместе ходили… один раз. Отсутствие социальных связей… шеф говорил… А вам плевать!!! Само собой, на меня всем плевать. Всем и всегда…
Александр Нортон и Коста Димич переглянулись.
— Он из сиротского приюта, — сказал командир. — В досье…
Медик желчно скривился, махнул рукой: