За Диким Камнем
Шрифт:
– Э...
– Штабс-капитан неуверенно покосился на Эйммермана.
– Боюсь вас разочаровать... Но эту вещь сняли с трупа. Конфуз вышел с владельцем - уж больно хорошо саблей владел...
– Чепуха.
– Отмахнулась девушка и откинулась назад. Как она при этом не свалилась с узкого, лишённого спинки табурета, Николай так и не понял.
– Речь не о последнем хозяине, а о первом. Так сказать, исходном.
– Но чем я могу помочь?
– Ничего особенного, поверьте. Я допросила пленных солдат токмакского гарнизона, и они показали, что погибший офицер отобрал эту штуку у киргиза-кочевника во время сбора дани. Якобы, это сильный амулет, защищающий от болезней.
– Последнюю фразу Анастасия произнесла с кривой усмешкой - на удивление более приятной, чем её нормальная улыбка.
– Но к моему прибытию племя уже откочевало из окрестностей укрепления. Я хочу догнать его, и мне потребуется сопровождение.
– Ах, вот оно что...
– Протянул Дронов, испытывая некоторое облегчение. Дело предстояло в меру опасное, особенно учитывая недавнюю встречу с ханскими войсками, но хотя бы понятное. От Третьего отделения можно было ожидать худшего, тем более - от таинственной Особой экспедиции, про которую офицер прежде не слыхивал.
– В общем, - Никифор Исаевич хмыкнул, - отдаю тебя со всею ротою в рабство госпоже сыскному агенту. Фюр фильзайтиге цузамменарбейт, так сказать.
– Я буду с ними хорошо обращаться.
– Пообещала Анастасия Егоровна.
– Верну в целости.
– Тут уже без меня разберётесь.
– Продолжал командир корпуса.
– До выполнения задачи рота получает свободу действий, отчёт по завершении, если госпожа агент разрешит. Можете идти.
Девушка достала из-под табурета украшенную серым пером шляпу с узкими полями, лихо заломленными справа, и аккуратно надела её. Подмигнула штабс-капитану:
– Что ж, вперёд!
Палатку они покинули вместе.
– До заката меньше двух часов, сегодня переночуем в лагере.
– Деловито сказал Николай, искоса глядя на спутницу сверху вниз - она была на голову ниже рослого драгуна.
– Сейчас я вас провожу в расположение роты, познакомитесь с моими парнями. Сам же навещу проводников из местных, расспрошу. Каких именно кочевников мы ищем?
– Хокандцы сказали, что тот киргиз был из племени токбай.
– Ответила агент, шагая рядом.
– Не слышал о таком...
– Вы хорошо знаете местных?
– До похода служил в Верном, потом в Кастеке. Много общался со степными киргиз-кайсаками.
– Но ведь киргиз-кайсаки и горные киргизы - это разные народы, разве не так?
– Им самим нравится так думать.
– Хех...
Некоторое время они шли молча. Девушка - заложив руки за спину и о чём-то задумавшись, Николай - то и дело поглядывая на неё. Хрупкая, ладненькая, умная - и чего ей в Третьем отделении надо? Неужто более подходящего дела не нашлось?
– Скажите, Анастасия Егоровна...
– Вот, кстати...
– Анастасия перебила офицера, подняв ладонь.
– Предлагаю сразу определиться - я или Настя, или госпожа сыскной агент. Хорошо?
– Хорошо, госпожа сыскной агент.
– Договорились, господин штабс-капитан.
– Девушка опять улыбнулась, едва не заставив Николая вздрогнуть. И как у неё так получается? Аж мурашки по спине...
– Так о чём вопрос?
– У вас совсем нет багажа?
– Всё в карманах.
– И сменное бельё?
– У вас на складе возьму.
– Хм-м... А как вы добрались?
– До Омска - поездом, оттуда воздухом. От Кастека - воздушные разведчики на полпути подбросили, потом верхом, с полусотней казаков, что вам в подкрепление выслали. Сегодня утром приехала.
– Верхом, значит, ездите?
– Уже неплохо. А то не хватало таскать с собой столичную кабинетную работницу.
– К походной жизни привычны?
– Не то чтобы...
– Девушка откинула голову и закатила глаза.
– Но доводилось...
– Оружием владеете?
– Из ружья стрелять... обучена.
– После паузы признала госпожа агент.
– Но одно дело на стрельбище, а другое - под ответным огнём...
– Хорошо, что вы это понимаете.
– Позволил себе улыбку Дронов. Гостья понемногу начинала ему нравиться.
– С пистолетом получше. Имелась практика. С фехтованием и рукопашным боем - примерно то же самое. В соответствии. Тыкать клинком в живого человека не приходилось, а вот голыми руками...
– Понятно.
– Кивнул Николай.
– А вот и наши палатки. Эй, Горшков! Сюда давай!
Подбежавший поручик встал "смирно", наглейшим образом вместо командира таращась на его спутницу.
– Знакомься. Эта барышня - сыскной агент Третьего отделения, Анастасия Егоровна.
Поручик приоткрыл было рот от удивления, но тут же захлопнул. На лице его боролись две эмоции - традиционная настороженность, вызываемая любым сотрудником названной конторы, с одной стороны и интерес к "барышне" с другой.
– Поручаю её твоим заботам.
– Штабс-капитан сделал страшные глаза и украдкой показал помощнику оттопыренный мизинец. Тот всё понял верно и напустил на себя серьёзности.
– Выделить собственную палатку, накормить, развлечь. Галантно! Понял?
– А то ж... Ой, будет сделано!
– Госпожа сыскной агент, это Остап Кириллович, поручик.
– Повернувшись к девушке, представил Горшкова Николай.
– Мой заместитель. Он вам всё устроит, а я пока пойду к проводникам.
– Можете не спешить.
– Анастасия блеснула очками и... Нет, ну попросить её пореже улыбаться, что ли?..
...Дронов вернулся через три четверти часа, когда солнце уже клонилось к закату, и жизнь лагеря начала затихать. Спускаясь в лощину, он отметил, что на канонерке не горят огни, да и части, расположившиеся по краям склонов, не готовят дрова для костров. Очевидно, полковник серьёзно отнёсся к новостям о вражеской разведке.
Приблизившись к палаткам своей роты, он обнаружил прелюбопытное зрелище. Перед центральной палаткой (его палаткой!) горел небольшой костерок. Перед костерком была помещена огромная кухонная доска, на которой ровными рядками лежали какие-то белые катышки. Тут же стояли несколько бумажных пакетов и жестяных мисок. В окружении всего этого хозяйства сидела прямо на земле Анастасия Егоровна - сложив ноги на восточный манер, помахивая в воздухе наставительно воздетым пальцем и явно что-то вещая. За спиной девушки толпились драгуны числом до полутора десятков - склонившись к ней, они старательно внимали. Ещё несколько бойцов наблюдали со стороны. Недоуменно вскинув брови, штабс-капитан подошёл вплотную. Кашлянул: