Юрьев день
Шрифт:
Бля… А может, и нет его? Может, нет никакого снайпера? А появился он только после того, как я Мамонту «наябиднечал»? Ведь было же у меня такое подозрение?
Выглянуть? Проверить? Встать?..
Или подождать ещё?
А, если он там? Что я узнаю, если он там? Должен успеть направление выстрела засечь. Хотя бы тот сектор, откуда прилетит пуля. Точнее, можно будет засечь… в следующий раз.
А, сахар! «Следующий раз»! Я реально это только что подумал? Только что, всерьёз обдумывал самоубийство?! Кошмар…
Хачапури с чесночным соусом, надо было хоть как-то заранее готовиться! Не тратить весь день впустую на занудного старика и глупые распевки с дурацкими закорючками на линованной бумаге старых нотных тетрадей… А теперь-то что? Как его выманить? Он же Разумник. Он на высунутый из-за колеса портфель не купится… Или купится?
Стоит попробовать. Что я теряю? Ну, кроме портфеля.
Я медленно начал выставлять вышеозначенный предмет своего обихода за пределы колеса, за которым спрятался. На самом деле, так себе защита. Особенно против крупнокалиберной винтовки. Она это колесо, да и не только его, а всю машину прошить может, достаточно вычислить, где я нахожусь. Но, тут нет гарантии попадания и нет возможности удостовериться в смерти цели. Хотя, для Разумника, это не должно быть проблемой…
Значит, он не стреляет по какой-то другой причине. Возможно, не хочет раскрывать своего присутствия?
Машина на открытом пространстве… Помнится, в Чечне, когда бойцы за бэтером прятались, снайпера наловчились отскоком от асфальта им по ногам бить. Рикашетом. Тем-то ребятам и девчатам особой разницы не было: убит русский солдатик или только искалечен. Главное — из строя вышел, больше вперёд не пойдёт. Наоборот — с раненым ещё возни больше, чем с трупом, он остальных деморализует сильнее того же трупа…
Но там СВД-шки были и их аналоги. СВД — это 7,62, а тут что-то покрупнее… как мне кажется.
На портфель не реагирует гад… а я, лопух, выдал свою осведомлённость о его наличии своим поведением. Вот ведь… Ну, ладно.
Выглянуть, что ли? Только, прикинуть, с какой стороны, чтобы определить сектор, даже, если не смогу увидеть самого выстрела или какого-либо его признака…
Не увидел. Открыл глаза, подышал, поднялся, сходил в туалет, постоял на кухне, попил водички, пошёл на новый заход.
— Здравствуйте, я Юра. Вы меня не узнаёте?…
… лежу за машиной, думаю. В руке селфи-палка с зеркальцем, оглядываю окна и ранее отмеченные возможные места лёжек и засидок. Ни демона не видно! Хорошо прячется, гад!
И, что же делать?
Хотя… если подумать: я всё ещё живой! Что мне ещё надо? Так, глядишь, пересижу его здесь, да живой останусь? Ведь, пока он не стреляет — я не умираю.
В целом, не плохой вариант. А завтра… а завтра — видно будет…
«Не будет завтра…» — мрачно подумал я, глядя в своё зеркальце на подъехавший и разгружающийся Урал-«вахтовик» с полицейским «спецназом», «ОМОНовцы», мать их за ногу… Не знаю, как они тут называются. Надо бы потом выяснить. Потом, а сейчас готовиться к боли: они развернулись цепью и со знакомыми уже безразличными взглядами идут вперёд, к машине. То есть, ко мне… Вот ведь! Не просто так рации перешипывались и адреса с непонятными цифрами друг другу диктовали. Вон: «кавалерию» на место происшествия вызвали. Мужики на помощь своим ехали… а здесь их Разумник под свой контроль взял. Эх, знать бы, с какого расстояния он способен это делать!
Хотя, что бы это мне дало? Всё равно ведь, не знаю, где он прячется.
Спокойно идут, не быстро и не медленно. Как не живые, право слово. Ни страха, ни нервозности, ни сомнений, ни ошибок… Как роботы или зомби.
Что делать?
А что тут сделаешь? Их шестнадцать человек с длинноствольными «калашами». Что тут сделать можно? Только ждать… и к утреннему подъёму готовиться. Вспоминать, куда ещё мы сегодня сходить хотели. Два дня ещё тут. А потом домой ехать. Зимние каникулы заканчиваются.
Цепь автоматчиков начала загибаться с одного края, обходя моё укрытие с фланга. Грамотно работает Разумник. Аккуратно их строит: автоматчики друг другу сектор обстрела не перекрывают. Друг в друга не попадут, когда пальба начнётся… Но, у законтроленных, вроде бы реакция слабовата. Притуплена, что ли? Реагируют с небольшой задержкой. Иначе бы, хрен я троих автоматчиков голыми руками в том классе завалил…
Первый показался в моём поле видимости. «Бах!» — гавкнул мой «Лебедь». Первый свалился. Остальные остановились. Ждут. Чего ждут? Того, что я высунусь?
«Ах, этого они ждут…» — вздохнул я, глядя на начавшие стукаться передо мной об асфальт гранаты. — «Ну, с добрым утром меня…»
«Бах», «Бах», «Бах»… «ба-ба-бах», «ба-ба-ба-ба-бах», «ба-бах». И в голову контрольный: «бах»…
— С добрым утром, Любимая! Давно проснулась?..
Глава 6
Полицейский «бобик» с тремя трупами в нём. В этот раз,…статисты… даже толком двери открыть не успели — видимо, привык уже, пристрелялся.
Пустая безлюдная улица, темнеющее небо, сгущающиеся сумерки, ярко горящие фонари. Я снова лежал за колесом машины и собирался с духом.
Ждать нельзя. Высовываться нельзя. Снайперская позиция всё ещё не обнаружена. Помирать неохота, но, скорее всего, придётся.
Я придвинул к себе портфель, расстегнул его и начал доставать… дымовые шашки. Правда, армейских в нём всего три штуки было, остальные — гражданские вариации на тему. У этих системы самовоспламенения нет, эти самому поджигать надо. Но, уже хорошо, что хоть такие достать получилось: полгорода оббегал, пока нашёл. Не очень популярный товар, прямо скажем. Но, местный «Авито» мне в помощь. И специализированные магазины пиротехники, коих на всю Москву только десять штук обнаружилось. И только в трёх вообще хоть что-то похожее в наличии оказалось. Мне ведь «под заказ» и «с доставкой завтра» никак не подходит. Завтра-то они и даром уже не нужны будут.