Чтение онлайн

Цезарь идет вверх к сенату, остальные — за ним.

Желаю я успеха вам сегодня.

Успеха в чем, Попилий?

До свиданья.

(Направляется к Цезарю.)

А что сказал Попилий Лена?

Он пожелал успеха нам сегодня.

Боюсь, что заговор открыт.

Смотри, он к Цезарю подходит.

Не медли, Каска, помешать нам могут.

Что делать, Брут? Коль заговор раскрыт,

Иль Кассий, или Цезарь не вернется,

Я заколю себя.

Будь тверже, Кассий,

То не о нас Попилий говорит,

Смеется он, и Цезарь так спокоен.

Требоний действует: смотри, как он

Антония уводит за собой.

Антоний и Требоний уходят, Цезарь и сенаторы занимают свои места.

Так где ж Метелл? Пускай вперед он выйдет

И Цезарю свою изложит просьбу.

Он вышел; ближе следуйте за ним.

Ты, Каска, первым нанесешь удар.

Готовы ль все?

Какие непорядки

Должны исправить Цезарь и сенат?

Великий и могущественный Цезарь.

Ты видишь, Цимбр перед тобой смиренно

Склоняется.

(Опускается на колени.)

Предупреждаю, Цимбр,

Что пресмыканье и низкопоклонство

Кровь зажигают у людей обычных

И прежнее решенье иль указ

В игрушку превращают. Но не думай,

Что Цезарь малодушен, как они,

Что кровь его расплавить можно,

Чем кровь безумцев, то есть сладкой лестью,

Низкопоклонством и виляньем псиным.

Твой брат изгнанью предан по декрету;

Коль будешь ты молить и унижаться.

Тебя, как пса, я отшвырну с дороги.

Знай, Цезарь справедлив и без причины

Решенья не изменит.

Чей голос более, чем мой, достоин,

Чтобы великий Цезарь внял мольбе

О возвращенье брата моего?

Не льстя, твою целую руку, Цезарь,

Молю тебя о том, чтоб Публий Цимбр

Из ссылки был тобою возвращен.

Как, Брут?

Прощенье, Цезарь, милость, Цезарь!

К твоим ногам склоняется и Кассий

С мольбой о том, чтоб Цимбра ты простил.

Будь я как вы, то я поколебался б,

Мольбам я внял бы, если б мог молить.

В решеньях я неколебим, подобно

Звезде Полярной: в постоянстве ей

Нет равной среди звезд в небесной тверди.

Все небо в искрах их неисчислимых;

Пылают все они, и все сверкают,

Но лишь одна из всех их неподвижна;

Так и земля населена людьми,

И все они плоть, кровь и разуменье;

Но в их числе лишь одного я знаю,

Который держится неколебимо,

Незыблемо; и человек тот — я.

Я это выкажу и в малом деле:

Решив, что Цимбр из Рима будет изгнан,

Решенья своего не изменю.

Великий Цезарь!

Иль Олимп ты сдвинешь?

О Цезарь!..

Брут — и тот молил напрасно.

Тогда пусть руки говорят!

Каска первый, затем остальные заговорщики и Марк Брут поражают Цезаря.

И ты, о Брут!15 Так падай, Цезарь!

(Умирает.)

Свобода! Вольность! Пала тирания!

По улицам об этом разгласите.

На ростры поднимитесь и кричите:

«Свобода, вольность и освобожденье!»

Народ, сенаторы, не бойтесь, стойте!

Смотрите: властолюбья долг оплачен!