Юкия
Шрифт:
Так получилось, что мне пришлось какое-то время пожить в том же городе, где жила она. Мне захотелось узнать, как у неё дела. С ужасом я узнал, что она мертва, а твоему отцу ты не нужна. Совпадение ли то, что я узнал о тебе именно в тот момент твоей жизни, сказать трудно. Наверное, так было угодно судьбе. Но вернёмся к моему рассказу: когда был трезв, твоей отец уверял социальные службы, что будет о тебе заботиться, но после напивался, а ты плакала одна. Пусть я и не любил твою мать, но так просто оставить тебя там я не мог.
Узнав от медсестёр в роддоме твою странную историю, я уже понял, что ты будешь необычным ребёнком. Затем, немного пообщавшись с твоим пьяным отцом, я понял, что очень скоро он захочет от тебя избавиться, именно тогда я решил его проучить, но немного не рассчитал силу своей злой шутки. Ты, наверное, не знаешь, но когда у меня возникает такое желание, то я это делаю жестоко. Такой уж у меня характер.
Ночью я магией украл из роддома умершего ребёнка и придал ему твой облик. Я нашёл этого пьяницу у леса, он направлялся к реке, чтобы утопить тебя, но был слишком пьян, чтобы туда доползти. Заменить ребёнка ничего не стоило, но забрать тебя себе я не мог. Имя и фамилию я придумал, не скрою, а вот история с колыбелькой на пороге — выдумка заведующей детского дома. Такой красивой сказки на самом деле не было, а на фото — другой ребёнок…
Я была в шоке от услышанного. Я догадывалась, конечно, что Фокус сыграл не последнюю роль в моей судьбе ещё до удочерения. Не знаю, что это интуиция или просто дедукция, но я это знала, хотя такого поворота событий всё равно не ожидала. Фокус засадил моего отца в тюрьму, но с другой стороны, если бы он не вмешался, то этот человек бы отсидел те годы заслужено, но всё равно это вмешательство… на этот счёт у меня были противоречивые чувства. Я даже не понимала благодарить Фокуса или ненавидеть.
— Чего ты молчишь? — спросил он спустя нескольких минут тишины.
— Ничего, я пойду, — прошептала я, не поднимая головы и вышла.
Нет, что это со мной такое? Фокус меня спас! Но с другой стороны, а правда ли это? Моя интуиция упорно не хотела давать ответ на этот вопрос. Раньше, когда со мной говорили, шестое чувство зачастую подсказывало мне верный путь, когда я спрашивала его, но в тот день в кабинете Фокуса он то молчало, то давало единственный ответ: «не знаю». Это меня и пугало. Мне хотелось верить словам моего приёмного отца, но как только я собиралась это сделать, меня одолевал страх.
Дома, наевшись сладостей и посмотрев пару серий любимого сериала, я немного успокоилась.
— И чего ты боишься? — не мог понять Лёва. — Да, Фокус не чист на руку, бывает жестоким, но он не плохой человек и, когда не нужно чего-то говорить, предпочитает скрывать правду, а не нагло врать.
— Откуда ты знаешь? — удивилась я. — Ты же сам говорил, что с ним почти не общался.
— Так рассказывали все, кто его зал и знает, — гордо ответил мне домовой. — И перестань заедать страх сладостями или спортом займись наконец.
— Мой папаша номер два, — шикнула я на кота.
— Очень смешно, ну, и толстей, — фыркнул он и ушёл на кухню.
Спортом заняться? Хорошая идея. Только каким? Самое простое — это пробежки. Но сейчас же зима. Решено! Только сойдёт снег, начинаю бегать. Так бы себе пообещали многие, а потом забыли, но я выполняю обещания, особенно те, что давала себе, если не забываю о них…
========== Глава 26 Феникс ==========
— Ну что, Леста, готова? — с улыбкой спросила меня мой новый учитель магии, молодая цыганка, одетая очень строго и практично, что было немного странно, учитывая мои представления о цыганах, но ей шёл такой наряд.
— Надеюсь, — вздохнула я в ответ.
— Хорошо, тогда сними ограничитель, а то на моих уроках ты сгоришь, и мы начнём.
— Уже.
— Хорошо, — кивнула Регина Альбертовна. — Покажи мне то, что ты показывала Фокусу. Можешь, не всё, я просто хочу посмотреть уровень твоих умений.
— Хорошо, — обрадовалась я и воссоздала начало той сценки.
Учительница внимательно смотрела на огненных кукол, их движения и исчезновения, а потом заявила:
— Для уровня твоих одноклассников просто великолепно, а до того уровня, на который велел мне тебя подтянуть Фокус, это очень плохо.
— Как? — выдохнула я, не веря, что мои труды были напрасны.
— Вот так. Смотри: есть такое упражнение, называется «Феникс», оно призвано указывать уровень способностей мага огня. Оно выглядит так.
Цыганка подняла руку вверх, и посреди огнеупорного зала вспыхнул столб огня. Спустя мгновение он трансформировался в гигантскую красную птицу, неотличимую от настоящей. Она пролетела круг по залу, снова села в центр и вспыхнула желтовато-оранжевым пламенем. Удивительно, но огонь, который должен было скрывать всю птицу, совсем не закрывал её, можно было рассмотреть все красные пёрышки, каждое движение и растворение существа в стихии. Когда пламя потухло не осталось ничего, даже горстки пепла, но один щелчок пальцами — и пламя снова вспыхнуло, а спустя несколько секунд трансформировалось в красную птицу, точь-в-точь такую, как сгоревшая. Ещё один щелчок — и птичка обратилась в дым.
— Теперь ты, — тоном командира сказала учительница.
— Но ведь я ещё не знаю, как изменять цвет огня, — возразила я.
— Это проще, чем ты думаешь. На моих занятиях к лету ты научишься делать Феникса так же, как и я, а сейчас делай, как получится, потом будем разбирать твои ошибки и выполнять упражнения, чтобы их исправить. Начинай.
Я глубоко вздохнула, вспоминая, что слова и магические пассы могут быть любыми, главное, чтобы они помогали лучше представить то, что хочешь создать, и дать команду разуму, чтобы он изменил пространство вокруг тебя так, как ты того хочешь. Той же цели служат и заклинания. Настоящие заклинания произносятся на том языке, который хорошо знает волшебник и слова которого сразу рисуют в голове картинку, которая быстро воплощается в жизнь.
Представив себе столб пламени, я вытянула руки вперёд и сложила ладони, а затем резко развела их — столб пламени сразу вспыхнул. Хорошо, это у меня получилось. Теперь нужно переделать его в птицу. Это оказалось сложновато. Я, разучивая подарок для Фокуса, привыкла придавать форму маленьким вещам, что-то большое делать из огня я даже не пробовала. Минуты три столб качался, как пьяный, утончаясь и утолщаясь, давая много света и не светя совсем, ровняя край и размывая его в странные и непонятные формы.