Чтение онлайн

— Довольно, — тихо сказал Демон.

Иллитра пожал плечами; кажется, подобному обучаются все в Правой Руке.

— Это господин Талтош, — произнес Демон.

Иллитра чуть поморщился, наверное, его не устроило "господин". Мне захотелось запихнуть нечто большое и тупое в ротовое отверстие этого организма, однако я решил не давать волю чувствам. Он также скрыл свое теплое и дружелюбное отношение ко мне, в чем вполне преуспел.

Потом вошла троица джарегов, у которых буквально на лбу было начертано "наемные костоломы". Осмотрелись, один обернулся и нарочито кивнул; вошел незнакомый джарег в дорогом и явно сшитом на заказ одеянии и занял одно из свободных мест, улыбнувшись Демону — то ли из искренней приязни, то ли этот тип был хорошим актером. Фартия, как представил его Демон, был столь любезен, что уделил быстрый взгляд и мне. Какая честь, надо же. Наверняка Фартия один из волшебников — он не мог быть членом Совета, хотя пусть меня отправят на Звезду, если я понимаю, как это узнал. Но тогда телохранители это не его, а того, кто придет следом. Костоломы вышли, я ждал.

Два остальных волшебника продолжали сверкать друг на друга очами, но Иллитра сопроводил это усмешкой; можно заключить, что эту партию выиграл он. Кто из присутствующих волшебников на кого работает — я не знал, однако мне этого и не требовалось. Мое заклинание ведь не трюк, оно действительно должно было сработать, то есть я продемонстрирую именно то, что обещал; жаль только, что я так и не смог проверить его в деле. Так уж сложилось.

— Многие еще должны быть? — спросил я.

— Еще один, — сообщил Демон.

Тут он и прибыл. На деловые встречи джареги являются так же точно, как дзурлорды на поединок. Этот снова оказался совершенно незнакомой мне личностью. Пожилой и тихий джарег походил на захолустного барончика, наслаюдающегося тихой рыбалкой в пасторальной глубинке, где теклы всегда приветливы. Мест таких, насколько мне известно, не бывает, но выглядел он именно так. Демон представил его как Диянна, он удостоил меня мрачного кивка. Нельзя и помыслить, чтобы Диянн проявил неуважение к кому-либо.

Такие джареги, признаться, меня пугают.

Диянн опустился на стул рядом с Демоном, телохранителей в помещении не осталось. Сердце мое снова заколотилось.

Так долго. Так близко к цели. Очень близко. Все, что осталось — завершить работу, и я был почти уверен, что они попытаются. Я оглядел сидящих за столом. Кто и откуда нанесет удар? Открылся ли я для удара в сердце, как предполагал, или совершил худшую и последнюю ошибку в своей жизни? Впрочем, сейчас уже не время беспокоиться об этом. Уже несколько дней как не время. Я поставил на кон собственную голову, когда встретился тем вечером с Демоном. А сейчас просто следует разыграть задуманное.

К черту.

Демон смотрел на меня; я перехватил его взгляд.

— Нервничаете? — уточнил он.

— С чего бы?

Он почти улыбнулся. Вина никто не принес, и я пока не решил, радуюсь я этому или сожалею; мне бы совсем не помешало сейчас выпить, но вряд ли я сумел бы взять стакан так, чтобы руки не дрожали.

Дожидаться идеального мгновения, чтобы нанести удар — сколько угодно; но сейчас было иначе. Такого, как сейчас, со мной вообще еще не бывало.

"Кончай переливать из пустого в порожнее, босс."

Я не ответил. Но Лойош, даже находясь снаружи, заговорил со мной именно тогда, когда мне это было нужно. Я уронил плечи, расслабил спину.

Демон обвел взглядом сидящих за столом.

— Итак, договор, — без дальнейших вступлений проговорил он, — во-первых, мы еще раз подтверждаем, что до завершения нашего обсуждения никто не будет убивать господина Талтоша или причинять ему вред. Всем все ясно?

Весьма высокопоставленные джареги подтвердили, что им действительно все ясно, чем, пожалуй, несколько облегчили мое положение.

Демон кивнул и продолжил:

— Хорошо. Мы даем ему один час, чтобы доказать, что его идея работает, причем работает надежно, и достаточно практична для нас, чтобы с ее помощью получать много денег. Если так и есть, контракт на него разрывается, он сохраняет свою душу и свою шкуру в целости, и пока он намазывает хлеб маслом с нужной стороны, охоты за ним быть не должно. Всем все ясно?

Кивки.

— И все вы отвечаете за своих людей?

Опять кивки.

— Нет, — сказал Демон, — простите, но мне нужно четкое выражение вашего согласия.

Каждый из высокопоставленных джарегов подтвердил, что намеревается соблюдать оговоренные условия. Затем Демон повернулся ко мне:

— А совокупно мы говорим от имени Совета. Этого достаточно, господин Талтош?

— Да, — во рту у меня внезапно пересохло.

— Тогда можете приступать.

Я поднялся.

— Все вы подготовили кого-то, кто пошлет вам сообщение?

Три босса кивнули. Волшебники — по крайней мере двое из них — сумели скрыть свое пренебрежение друг к другу, перенаправив его на меня.

— Предполагаю, — продолжил я, — вы также приняли меры, чтобы я не смог подслышать сказанного никаким материальным способом. Стоит также учесть, что заранее я не знал, кто именно, за вычетом милорда Демона, будет находиться в этой комнате. Ваши волшебники будут отслеживать все используемые заклинания, и таким образом смогут описать и воспроизвести искомую технику.

Я снова оглядел их. Внимание и членов Совета, и волшебников было сосредоточено на мне. Диянн оставался бесстрастен, но в его глазах мерцала такая же жажда наживы.

— Будут ли вопросы до того, как я начну?

— Да, — сказал Фартия. — Когда вы приметесь за дело, как глубоко вы влезете в голову босса?

— В голову я вообще не полезу, — ответил я. — Разве что скользну по самой поверхности сознания, только чтобы отследить само установление псионической связи, в ту или в другую сторону. Если даже он очень сосредоточится, вспоминая имя своей первой любовницы — я не смогу его прочесть, если только он не станет именно это имя передавать.

За столом прозвучала пара вежливых смешков, потом он добавил: