Чтение онлайн

Продемонстрировали платья для коктейля, которые родились из рисунков Майи. Они были так превосходно сшиты, что у каждой женщины возникало желание иметь такое. Маленькие черные платья – своего рода экзамен для каждого модельера – вызывали бурные аплодисменты. Их создавали так часто, что, если модельер смог придать им свежесть, это уже свидетельствовало о его гении.

Свадебное платье, которым обычно заканчивается показ коллекций, не могло быть проще: белый шелк, классический силуэт, длинный рукав, прелестные сборки на талии.

Показ закончился криками и приветствиями. Корал стояла на стуле, побуждая Уэйленда сделать то же самое, и кричала:

– Браво!

Они ждали появления Филиппа.

Фотографы искали его, пресса жаждала встречи с ним. Майя видела, как Стефани делает знаки Филиппу, чтобы тот вышел на аплодисменты. Он покачал головой и затворил дверь студии, после чего открыл шампанское и налил бокалы для моделей, парикмахера, Жозефины.

Манекенщицы сбросили свои последние комплекты, прикуривали, рассаживались, закидывали ноги на столы. Майя сидела на полу, сортируя туфли, и Филипп наклонился, протягивая ей бокал шампанского. Их глаза встретились – в них читались возбуждение и облегчение.

– За твой успех, Филипп! – Она подняла бокал.

– За наш успех, – прошептал он. – Тебе нужно увидеться с матерью. Она влиятельная женщина… – Майя продолжала разбирать туфли, опустив глаза. – Майя… – Он улыбнулся ей. – Спасибо тебе за все, что ты сделала. Не думай, что я не оцениваю твой вклад. Я хочу предложить тебе новое жалованье, новое положение в доме…

Она нужна ему!

В этот момент дверь студии распахнулась, ворвались два французских издателя и кинулись к Филиппу. Они обнимали его, целовали, потом потащили к двери. Жозефина разбирала одежду, сердито сверяя все по списку. Майя подумала, что Жозефина частично потеряла Филиппа – она и сама чувствовала то же самое. Она сделала несколько глотков шампанского, вино сразу же ударило ей в голову. Показ прошел: это был успех! В то же время она чувствовала невероятное облегчение.

Она видела, как Филиппа окружили репортеры. Щелкали фотокамеры со вспышками, завтра в газетах появятся фотографии: «Филипп Ру, чья коллекция вчера изменила направление моды…», «Неизвестный модельер бросает вызов Диору, Сен Лорану, представляя коллекцию потрясающей оригинальности…» Майя наблюдала, как ее мать бросилась обнимать Филиппа, поцеловала его в обе щеки.

Всю следующую неделю салон был переполнен. Филипп был занят на примерках с восьми утра до полуночи. Шикарные женщины со всего света хотели одеваться у него. А еще нужно было делать заказы на ткани. Майе нравилось общаться с представителями журналов, съемочными группами. Покупатели возвращались снова, чтобы посмотреть коллекцию. «Вог» прислал своих младших редакторов. Приходилось каждый день показывать коллекцию. Майя помогала одевать моделей. Чудесно, что она была занята, однако она скучала по непосредственной работе с Филиппом.

С лица мадемуазель Жозефины не сходило грустное выражение.

– Она теряет Филиппа, – пробормотала Стефани Майе, – и, как ни странно, не из-за другой женщины, а из-за всего мира.

Филипп пробежал мимо нее по людному коридору, лишь коротко кивнув.

– Скажи мне быстренько, что тебе нужно, Корал, дорогая. – Джайлс прошел в ванную, расставляя косметику и щеточки. – Я занят с лучшими моделями, готовлю их для лучших фотографов, – пробормотал он.

Корал последовала за ним в ванную, сбрасывая свой шелковый халат. Джайлс окинул ее взглядом профессионала.

– Тебе не следует терять ни унции, Корал. Мужчины любят округлые формы.

Корал остановилась перед зеркалом.

– Откуда тебе знать, что нравится мужчинам. Джайлс нахмурился.

– Они со мной делились.

– Тогда сделай меня сегодня неотразимой. У меня встреча с мужчиной…

Джайлс начал массировать ее лицо, а она сидела, откинув голову назад и закрыв глаза. Вечером она ждала Филиппа Ру. Ему она сказала, что хочет обсудить детали своего репортажа. Ей это было совершенно не нужно, но как еще могла бы она увидеть его наедине?

– Кто тебя причесывал? – спросил Джайлс.

– Александр, – вздохнула Корал. – Сто долларов за то, чтобы мои волосы были высушены его собственным дыханием. Он дул на них с полчаса! Ничего удивительного, что это могла себе позволить лишь Элизабет Тейлор. Но это чудо!

– Божественно! – выдохнул Джайлс.

– И здесь… – Она указала на пах. – Прояви свою фантазию.

Джайлс приспустил ее трусики, задумался.

– Заплетать здесь особенно нечего, но я придам очаровательную форму.

– Именно это нравится мужчинам? – Корал смотрела на свое отражение.

Джайлс хихикнул.

– Джайлс! – Она взяла расческу и шлепнула его по ягодицам. Его белые брюки так плотно обтягивали тело, что не могли скрыть его возбуждения.

– О, нет! – вскрикнул он, когда она шлепнула его еще раз. Он густо покраснел, она заметила, что он взволнован. Он притворился смущенным, но Корал видела, что он любуется своим отражением в зеркале. Она очертила контур его полового члена указательным пальцем.

– Какая потеря, – сказала она, – если бы у меня не было планов на вечер, я бы тебе показала, как этим пользоваться.

– Я пользуюсь этим! Часто. – Он сложил косметику в сумку, закрыл ее. – Я должен бежать, дорогая. Я должен сделать макияж. – Он закусил губу, бросив на нее шаловливый взгляд.

– Кому? – крикнула она. – Кого еще использует «Базар»? Я выцарапаю ей глаза, если это виконтесса де Райбс. Она пообещала мне…

– Это не она. – Он мягко дотронулся до ее руки. – Это для… другой коллекции.

– О Джайлс… – Она умоляюще посмотрела на него. – Скажи мне. Я знаю, что речь только о мужчинах, но чьи это модели? Они чудесны?

Глаза Джайлса сверкнули.

– Они для мальчиков. Для художников и модельеров, которые любят травести, в женской одежде. Их собственных фасонов, конечно. Благодаря мне все они выглядят как супермодели. У некоторых бороды или усы, так что… это стилизованно, понимаешь?

– Думаю, что да! А почему в этом случае они не пригласили меня?

У Джайлса вытянулось лицо.