Янычар
Шрифт:
Это кажется только, что мир огромен, что есть места, где можно спрятаться от настойчивого преследователя. Черта с два! Найдут где угодно, вопрос только времени и денег.
И никакой доблести, чести, гордости – только бегство, бегство и бегство. И сознание того, что даже этим своим бегством ты доставляешь удовольствие своему врагу.
Да какого черта, подумал Янычар. Почему он должен умирать, а его хозяин и жена хозяина будут жить. Они имеют право жить?
Ладно, сказал себе Янчар. Они должны вернуться домой через три дня. Из аэропорта приедут сразу в свою квартиру в центре, они всегда приезжают в нее, а потом уж решают – на дачу махнуть или в гости к родителям жены.
Два телохранителя плюс водитель. Три человека – не проблема. Нехорошо получится, если тот охранник, что предупредил Янычара, попадет под пулю, но работа у него такая. Думать было нужно, когда выбирал. Его проблема.
Пробраться незаметно в элитный дом и не засветиться на камерах наблюдения было несложно. Следуя своей привычке, Янычар уже давно изучил все входы и выходы шикарного строения. Дыр в охране был много, но Янычар никому ничего не говорил – у него не спрашивали, и это была не его зона ответственности.
Ключ от квартиры у Янычара имелся, код отключения сигнализации он знал, оставалось расположиться в квартире, дождаться появления хозяев и…
Хозяина он собирался убить сразу, пуля в лоб – и готово. А вот сука должна была умереть небыстро, четыре часа, как у Никитки, ей устроить не получится, но несколько неприятных минут Янычар ей подарить собирался.
А потом – умереть. Цепляться за жизнь Янычар не собирался, понимал, что после убийства за ним будет охотиться уже Старый хозяин. И его спецы. Выпадало Янычару погибнуть в перестрелке либо с охранниками дома, либо с полицией. Значит, так тому и быть. В одиночку умирать – невесело, а вот забрать с собой теплую компанию…
Значит, через три дня я умру, подумал Янычар. Он даже напиваться не стал из богатого хозяйского бара. Совершенно не хотелось. В груди была пустота, в мозгу была пустота… Ничего не хотелось – только дождаться хозяев квартиры. И все. И больше ничего.
Еще день у Молодого хозяина в Лас-Вегасе, потом перелет на Восточное побережье и рейс до Москвы. Проверять и готовить квартиру к их прилету никто не будет, огромный холодильник забит всякой снедью под завязку, выпивка в баре, запасы питьевой воды и даже автономный генератор электроэнергии на балконе.
Нужно быть готовым к неожиданностям, сказал как-то хозяин. Конец света в доме, конечно, не пересидишь, но небольшой катаклизм или какую-нибудь заваруху – вполне. Или с ходу закатить шикарную вечеринку человек на пятьдесят. Настоящий человек должен жить в комфорте и безопасности. Сказав эту фразу, Молодой хозяин многозначительно поднял указательный палец. Сразу стало понятно, что свою обслугу и охрану он к настоящим людям не относил. Так, элементы декора и бытовые приборы, умеющие говорить и принимать устные команды.
В квартире была оружейная комната, собирались оборудовать тревожную, бронированный короб, позволявший спрятаться от бандитов и убийц, но потом решили не заниматься ерундой, просто укрепили внутренние стены и поставили особо прочную дверь.
И все равно – это их не защитит. Янычар принял решение и выполнит его любой ценой.
Очень хотелось посмотреть напоследок в глаза хозяина, увидеть, как улетучивается из них напускные равнодушие и скука, как сползает с холеного лица маска самодовольства и спеси. Только не получится. Придется работать против трех профессионалов, работать быстро. Вначале – охрана, потом хозяин, потом его жена.
Нужно только дождаться.
Янычару так хотелось взглянуть в лица хозяев, что он не удержался, вышел через компьютер на веб-камеры Лас-Вегаса и какое-то время пытался рассматривать лица людей, входящих и выходящих из отелей и казино. Чушь, конечно; выхватить из толпы праздношатающихся бездельников знакомые лица было невозможно, но Янычар, сделав себе бутерброды и взяв из холодильника банку пива, сидел перед компом, переключаясь с одно камеры на другую. Он не знал, в каком именно отеле они остановились, догадывался, что это нечто шикарное, блестящее, навороченное и жутко дорогое – полностью во вкусе хозяйки.
Сверкали миллиарды огней, люди бродили по улицам, садились в машины, выходили из них – все было мелким, будто ненастоящим. Роение мошкары, слетевшейся на яркий свет из ночной темноты.
На информацию о вспышке какой-то эпидемии в Израиле Янычар поначалу внимания не обратил. Ближний Восток? При чем здесь Ближний Восток? Есть только Лас-Вегас и Москва. Даже не вся Москва, а только вот эта двухуровневая квартира почти в самом центре города.
Да пусть все эти евреи и арабы хоть вымрут до единого человека, подумал Янычар.
Ему доводилось убивать и тех, и других, и особой разницы он не заметил.
Янычар продолжал следить за Лас-Вегасом, уплетая бутерброды, в очередной раз протирая «глок» и лишь время от времени включая телевизор, чтобы не пропустить чего-то важного, касающегося его будущей смерти: забастовки диспетчеров, урагана над Атлантикой, очередного теракта в Москве – всего, что могло задержать его хозяев в дороге.
Эпидемия проникла в Соединенные Штаты, сообщили в новостях. Зараза распространяется с невероятной скоростью, власти ничего не могут поделать, сообщили в новостях. Похоже, что Америка обречена, с плохо скрытым злорадством судачили в русскоязычном секторе Сети. Так им, пиндосам, и нужно, это они сами доигрались, сообщали одни; жиды чего-то сварили у себя в лаборатории, возражали другие; Апокалипсис грядет, кричали третьи.
Насекомые в Лас-Вегасе на мониторе компьютера засуетились, будто кто-то плеснул на них кипяток… Или походя опрыскал из баллончика инсектицидом. Крохотные бессмысленные насекомые бежали к машинам, машины сплошным потоком заполоняли улицы – выжженные солнцем, обычно пустые в это время.
Бедные насекомые пытаются убежать от безжалостной руки великана, раз за разом поливающей их ядом. Только минуту назад крохотные человеческие фигурки потоком бежали из дверей гостиницы, как вдруг что-то произошло, какая-то заминка перед автостоянкой.