Чтение онлайн

— Нет, — одними губами шепчет она и он облегчённо вздыхает. Хоть в чём-то они сходятся.

— Ну, нет так нет. Мне торопиться некуда, подожду пару лет, — некромант пожимает плечами и разворачивается.

— Стой!.. Моя жизнь и Феликса.

Мир взрывается ещё раз. Один косой удар темным от крови лезвием по рылу напирающего гада, второму достаётся удар локтем под челюсть. Быстрее, быстрее, пока эта сумасшедшая… драконье сердце дёрнулось, хрипло заорал феникс, огненной стрелой проносясь над головами и устремляясь к умирающему другу. Даже забыл, что не может толком летать с повреждёнными-то крыльями… Все они, обладатели огненной крови, слишком чувствительны к потерям. Слишком тесно связаны друг с другом. И со своим божественным создателем. Когда фениксов выбивали, они неслись со всего континента к тому единственному, кто был в состоянии их защитить. А он смог защитить лишь этого. На свою беду. Лучше б дал погибнуть тогда, а не сращивал кости перебитых крыльев, чтоб не скучал столько лет за своей стаей, чтоб не выл сейчас дурным голосом за умирающим драконом.

— Не держи меня за идиота, детка. Твой сын родился вторым и крови феникса в нём не больше, чем во мне. Мне нужна твоя дочь. Фелль, так ты её зовёшь?

— Иволга, не надо…

Он не успел. Подбежал в тот момент, когда пальцы воина-феникса и некроманта сплелись в согласии принятого обета. Дракон взвыл. А, может, это он сам заорал, но не осознал этого. Фиона бросилась к оживающему Янтарину, даже не взглянув в его сторону. Просто вскочила на дракона и безжалостно всадила в бока шпоры — времени только до заката. Стандартный договор.

— Ты… — он поворачивается к застывшему каменным изваянием некроманту. Убийца смотрит в налитые багровым солнцем глаза. Его собственные, хрустальные, словно заполненные туманом, спокойны и бесчувственны. Что он, безусый юнец, может противопоставить существу, отказавшемуся от собственной души? Юнец… Это всех и раздражало, даже весельчака Ферекруса, даже апатичную Лиам, вообще предпочитающую не ввязываться в человеческие мелкие дрязги.

— Ну, я. И что из того?

Пальцы непроизвольно впились в рукоять, меч мелко затрясся. По клинку прошла рябь, высвечивая огненный узор, хищно пыхнувший на солнце.

— Не стоит, Феникс, ты же знаешь, это не поможет. Твоя подопечная — хозяйка своего слова. Она предложила цену, я счёл её разумной.

— Ты сам всё подстроил.

Некромант улыбнулся. Опять ядовито и самодовольно. Пырнувшая Янтарина тварь выбралась из-под груды тел и дёрнула в гущу схватки.

— Ты не оставил мне выбора. Ненавижу повторяться, но тебе и подобным тебе уродам в этом мире не место. Вот мы и вытравливаем вас всеми доступными способами. Прости, что страдают близкие тебе люди. Сам виноват. Хотя… возможно у тебя есть, что предложить мне взамен?..

Ну конечно! Столько лет и всегда одно и то же! И тем не менее теперь всё иначе — некуда отступать, не вывернуться. И всё же идти на поводу невозможно.

— Забирай мою жизнь.

Некромант расхохотался.

— О, я бы с преогромным удовольствием, Феникс, малыш, ты же знаешь — это моя розовая мечта. Но твоя гадкая птичка портит мне всё удовольствие. Мы ведь уже не раз это проходили, верно? Попытайся ещё раз? Только подключи фантазию. Можешь, кстати, поставить на кон своего пернатого, я не против. Хотя, этой твари тоже так просто шею не свернёшь.

Зубы скрипнули. Сначала птица, потом доберётся и до хозяина. Нет уж.

— Моя сила — их жизни.

— Не будь эгоистом. Две души за сомнительно счастье обладания твоим даром? Я, конечно, твой фанат, но не настолько.

Этого он и боялся. И некромант это знал.

Глаза обратились к солнцу, уже зацепившему вековечные леса Нерререна. Ещё час. Его феникс или фениксов отпрыск?

Он никогда не видел дочку своей Иволги, таков был когда-то уговор, когда залитая слезами принцесса фениксов наконец-то решилась войти в ворота Говерлы в качестве невесты тамошнего правителя. Но точно знал, что девочка не будет иметь огненной крови. Наполовину человек, одна из близнецов, она утратит силы в течение первых десяти лет жизни, если они у неё вообще есть. Да нет, точно есть, хотя бы сейчас — иначе бы её мать не смогла оставить на память о себе ожог, когда носила её под сердцем. И всё же спасти её — просто распылить силы вхолостую. Столько лет прошло, но королева совершенно не изменилась — чужую жизнь всегда ценила выше собственной. Тем более, жизнь собственной дочери. Она и так не простила его, даже когда признала, что он был прав.

— …принцесса.

— Идёт, — бескровные губы расплылись в змеиной улыбке. Костлявые пальцы коснулись руки, всё ещё сжимавшей плетёную рукоять меча. Он не почувствовал как сила хлынула из его тела, не увидел как разом взбесились присутствующие на поле брани драконы, более никем не управляемые.

— Наконец-то. Я слишком долго ждал, — прошипел некромант, выворачивая безвольную руку ненавистного врага. Свистнул кинжал, вспоров налившийся янтарным вечерним светов воздух. Действительно, Янтарный край… Где-то в небе закричал, заметался огненный птах. Поздно, слишком поздно. Или неумолимо рано. Не первый раз подставлять собственную спину под подлые удары некроманта, но приятней от этого не становится.

…-Гад ты всё-таки, — задумчиво пробормотал Мортемир, пнув распростёртого у ног мальчишку, великого и ужасного Феникса, наводившего шороху на весь сумеречный мир. Нет, обольщаться не стоит, внешность обманчива, уж ему ли это не знать.

Кинжал ушёл под левую лопатку до самой рукояти — чёрной, оплетённой серебряной паутиной. Обычный с виду кинжальчик. Вот только этого поганца обычным не завалишь, как, собственно, и его самого; чтоб хотя бы на время вышибить дух, нужно найти упавшую с неба звезду. Метал этот тугой, плавится неохотно, зато и сталь из него выходит преотличная — никакая Феклиста не сравнится.

Кровь вязким ручейком ударила в землю у самых ног некроманта. Светящаяся, не по-людски ярко-алая. В последний раз, голубчик, в последний раз.

— Принцесса, — высокомерно скривил губы. — Ну, будь по-твоему… И потом, мы же не договаривались за её жизнь, а время я, так и быть, дам. Немного, лет десять. Я же не зверь.

Воздух хлопнул тугими вихрями. Когтистые лапы скребнули загаженную кровью и трупами землю. Небольшой дымчатый дракон с тусклыми серыми глазами лёг на землю, подставляя увенчанную гребнем спину. Скосил глаза на мёртвого подростка, выдохнул из ноздрей серый дым.

— Но-но, малыш, успокойся.

Ни дракон, ни всадник не оглянулись — устроенная ими заварушка оправдала себя в полной мере. Когда полыхающая, словно раскалённый уголь, птица распласталась на окровавленной мальчишеской спине, солнце уже скрылось за горизонтом…

— Гельхен, — наёмник открыл глаза. Фелль потянулась к его лбу, но посмотрела в глаза и отдёрнула руку.

— Я опять уснул?

Девушка кивнула.

— Долго спал?

— Я могу и больше.

Он посмотрел в просвет меж деревьев. Солнце стояло в зените. Отлично, полдня потеряли.