Чтение онлайн

Я тяжело сглотнула, не в силах отвести дрожащего взгляда от второй спальни, где так же была распахнута дверь и где толпились братья Гризли и Сумрак, пытаясь помочь Янтарю.

Ему было хуже.

Гораздо хуже, чем Лютому.

Он дышал тяжело и хрипло, находясь без сознания так глубоко, что даже ресницы не дрожали, лишь только широкая окровавленная грудь поднималась и опускалась рвано и урывками, когда я не понимала, что дышу в такт с ним так же болезненно и судорожно, мечтая только об одном — забрать всю его боль себе!

Это я должна была остаться в таком состоянии!

— Ягода, — я не смогла отвести глаза от Янтаря, даже когда перед моим лицом оказались плечи Тайги и ее ладони легли на мое лицо, пытаясь привлечь к себе, но безуспешно, — Приди в себя. Запомни одно: он бы сделал это ради тебя, как и ты готова на все ради него, поэтому перестань терзаться, потому что он все чувствует, и это никак не поможет его выздоровлению. Янтарь может быть без сознания, не слышать наших слов, не понимать их, но его чувства выше этого всего. Ты для него как радиоволна, на которую он ориентируется, поэтому отныне и навсегда твоя задача в том, чтобы на этой волне была только любовь, позитив и никакого горя! Ты поняла меня, Ягода2…

Я медленно кивнула, заставляя себя моргать и впитывая каждое слово мудрой Тайги, чтобы с силой сбросить с себя боль, терзания, душащее чувство вины, и дать Янтарю то, что было необходимо.

Думаю, Тайга прислушивалась ко мне, пока не ощутила прогресса, лишь только тогда сдержанно кивнула, и. не говоря больше не слова, отправилась вслед за Звездой и Мией в спальню, чтобы помочь Янтарю.

— Идем, сестренка, от нас нет никакой помощи. Не будем мешать им, — опустились на мои плечи теплые ладони нефрита, увлекая прочь от спальни и моего солнечного Бера, ради которого я пыталась найти в себе свое маленькое солнце, которое давало бы ему тепло и свет в эти тяжелые темные дни, пока его солнце не поправится и не загорится с новой силой, — Придем чуть позже, когда все будет готово и нам разрешат войти.

Я не могла заставить себя сидеть вместе с Берами в большом зале, и пошла в спальню к малышам, пытаясь собраться с мыслями и побыть немного в тишине, даже если слышала голоса мужчин.

Осторожно шагая между рядами с кроватками, я качала карапузов, которые начинали сопеть и собирались просыпаться. Я напевала им песни из своего детства про милых зверушек, которые были друзьями и помогали друг другу. Про жаркое лето и душистый мед…я наполняла свое сердце покоем и огромной любовью, чтобы Янтарь не просто чувствовал это, но и впитывал в себя, заполняя свою боль и темноту за закрытыми веками.

Я надеялась, что он скоро уснет спокойно и легко, видя сны, в которых все было теплым, мирным и солнечным, каким был он сам, а когда проснется, то улыбнется мне своей неповторимой улыбкой, наполняя меня свои светом и теплом.

— Надеюсь, на этом кошмар закончился, — выдохнул тяжело Сумрак, что было слышно даже мне в спальне у деток.

— Вообще-то было бы неплохо держать этих парней рядом…

— Карат, жук ты хитрожопый, не начинай этот бред снова! — не знаю, когда успел спуститься отец, но его голос невозможно было спутать ни с кем, как и манеру выражаться.

— Это не бред, друг мой. Они сильны, быстры, их невозможно отследить…

— А еще они сами себе на уме!

— Это не самый большой из пороков, — усмехнулся Карат, явно намекая на самого себя и род Кадьяков, — Подождем, когда Лютый придет в себя и немного оправится, чтобы понять смог ли он что-нибудь узнать о них.

— Ну-ка стоять! — вдруг рявкнул отец так, что я тревожно покосилась на кроватки, думая о том, что малыши проснутся от его рычания, когда казалось, что содрогнулись даже стены в доме, но, кажется, малыши привыкли к децибелам баса гораздо лучше меня, продолжая сладко посапывать, как ни в чем не бывало.

А вот голос Карата был словно райская песня — мурлыкающий, низкий, словно заигрывающий, когда мужчина рассмеялся лукаво и немного язвительно:

— Прости, друг мой, не хочу разбивать твое сердце, но встать на тебя у меня ничего не сможет!

Последующий грохот и рычание не сулили ничего хорошего, потому что явно отец не оценил юмора Кадьяка.

Не удивлюсь если он запульнул в него креслом….или бросил его самого куда-нибудь с ускорением. По крайней мере, хотя бы попытался это сделать.

— Не вякай мне тут! Ты отправил моего сына к Палачам?!!

— Не отправлял. Он сам пошел.

Я осторожно вышла из спальни, приблизившись к залу, где рычал отец и сладко мурчал Карат

— Я тебя сейчас!!!

— Выдохни, друг мой, твой сын обладает отличным набором качеств, которые помогут в нашем деле — он сдержан, умен, в меру язвителен, но самое главное наблюдателен. Смотрю на него, и не могу понять, в кого он такой смышленый у тебя родился.

Последующий грохот и разъяренный вопль отца был уже не новостью, потому что насмешливые слова Карата задели бы кого угодно.

Жаль, что причинить вред этому вредителю с зелеными глазами было практически невозможно, так же как и задеть его за живое каким-то словами.

— Ну, всё, всё! Успокойтесь оба! — вмешался Сумрак, судя по голосу, когда я застыла у порога зала, не смея войти в него, даже если остальные Беры, помимо старших, были тоже там.

Я все еще не могла смотреть им в глаза, даже если слова Златы и Тайги были моим корсетом, который помогал держать спину ровно и плечи — прямыми.

— В любом случае что сделано, то сделано! Когда дети придут в себя, то возможно узнаем хоть что-нибудь…даже если я не понимаю, зачем нам это нужно.

Карат усмехнулся, судя по звуку, донесшемуся из комнаты:

— Информация — это грозное оружие, которое иногда полезнее клыков и силы.

Больше услышать разговор не получилось, когда на мои плечи легли ладони, заставляя вздрогнуть и обернуться, чтобы увидеть лицо Тайги — немного уставшее, но в целом хотя бы не встревоженное, что уже само по себе было отличной новостью.

— Всё в порядке? — все равно напряженно выдохнула я, ощущая, как от нее идет запах крови, медикаментов и каких-то трав, всматриваясь в ее глаза и с облегчением видя в них полный покой, когда девушка кивнула в ответ: