Чтение онлайн

— Ты чего? Резина ведь совсем новая.

— То-то и оно.

С помощью Кактыня он погрузил в светлую машину все пять колес. Туда же отправился аккумулятор «Москвича», карбюратор, сумка с инструментами — все ценное, что удалось снять в спешке. Когда Петер наконец разогнул спину, оказалось, что места в «Волге» больше нет. Артур сунул что-то Кактыню в руку:

— На, езжай электричкой.

Он включил фары. В их свете Петер увидел, что в его ладони зажато несколько красных десяток. Он бросился за машиной.

— Это всё мне?

— Если не веришь, закажи розовые очки! — перекрывая рокот мотора, крикнул Артур.

На следующий вечер, мучась от похмелья — и физического, и морального, — Петер в поисках Артура снова заглянул в тот же буфет. На этот раз Кактынь был в костюме — не столь шикарном, как у Артура, но все же вполне приличном.

Артур сидел за одним столиком с пожилым мужчиной и молоденькой, ярко накрашенной темноволосой девушкой. Петер сперва не решился подойти, однако новый приятель оказался не гордым — поднялся сам и пригласил Кактыня к столику.

— Знакомься, Извозчик, — сказал он соседу. — Талантливый парень, вчера я дал ему первый урок. Для дальнейшего образования передаю его в твои руки.

Тот, кого Артур назвал Извозчиком, оглядел смутившегося Петера и улыбнулся.

— Через месяц гарантирую университетский диплом, — он придвинул Петеру свою рюмку и подождал, пока тот выпьет водку. Затем спросил: — Танцуешь, студент?

Петер кивнул.

— Тогда давай. А мы, старики, тут поговорим о жизни.

Петер послушно поднялся и пригласил темноволосую девушку.

Танцором он был неважным, но твист, к счастью, не требовал особой согласованности движений: знай гляди партнерше в глаза и вихляйся как умеешь. Но движения девушки были такими развязными, а словно приклеенная к губам улыбка — столь недвусмысленно призывной, что Петер смутился. Чтобы преодолеть замешательство, он попытался завязать разговор:

— Вы где работаете?

Девушка чуть отодвинулась.

— Скажите: почему это у нас люди всегда начинают знакомство с красивой девушкой именно с этого вопроса? — Она сделала гримасу. — Как будто это имеет какое-то значение…

И в самом деле, какое это имеет значение? Главное ведь, что у него есть деньги и, судя по всему, будут и впредь. А значит, можно, отбросив сомнения, договориться о свидании с девушкой, которой плешивый Извозчик явно годился в отцы.

Ночные дежурства в управлении милиции случаются всякие — и монотонные, и богатые происшествиями; лишь спокойными они не бывают никогда. В большом городе всегда что-нибудь да случается, и оперативные бригады вновь и вновь пускаются в путь, время от времени осведомляясь по радиотелефону, не объявлена ли тревога.

Но в эту ночь, если верить долголетнему опыту майора Низуля, тревоги не предвиделось. Мгла за окном светлела, предвещая наступление утра, когда майор, разрешив эксперту Густе Забе немного поспать, сам решил развлечься при помощи детектива Агаты Кристи, который почему-то печатал из номера в номер столичный антирелигиозный журнал. И тут началось.

Заметив вспыхнувшую лампочку, заменявшую звонок тревоги, майор снял трубку.

— Горит машина «скорой помощи»? В лесу? Погоди, погоди, что-то такое было… — Правой рукой майор торопливо перебирал листки донесений. — Совершенно верно: в восемнадцать тридцать из центра Риги, угол Кирова и Промышленной, угнан ЗИМ с красным крестом… Этим делом занимается капитан Цибинь. Хотя — ладно, давай их сюда, твоих свидетелей, чего уж мариновать до утра…

Густа едва успела застегнуть свой лейтенантский китель, как дверь распахнулась.

— Свидетели доставлены! — браво доложил сержант. — Разрешите пригласить?

— Зовите! — и майор повернулся к Густе. — Наверное, придется выехать на место происшествия. В такую рань свидетелей для осмотра мы там вряд ли найдем. Значит, придется везти их отсюда. — Он перелистал блокнот. — Позвоните вот по этим номерам, пенсионеры все равно встают с петухами…

Сержант уже вводил парочку. Обоим вместе могло быть, пожалуй, лет тридцать пять, не больше. Словно подбодряя один другого, они крепко держались за руки.

— Здесь не загс, — очень сердито произнес майор. — Ну, рассказывайте.

Девушка отпустила руку парня.

— Извините… Значит, так. Мы заблудились…

— В лесу, — закончил юноша начатую девушкой фразу.

— Хотелось немного побыть вдвоем, — пояснила девушка.

— Просто подышать лесным воздухом, — быстро дополнил парень.

— Минутку. — Майор вздохнул, набираясь терпения: с этими ребятишками надо было говорить тихо и ласково. — Вот вы, кажется, постарше годами, — ободряюще кивнул он парню, — вы и начинайте, только по порядку и со всеми подробностями.

Вот что записала в протоколе Густа, опустив, по возможности, все, что не относилось непосредственно к делу:

— Погасить мы, к сожалению, не смогли…

— Нигде поблизости не было воды.

Записав это, Густа заметила, что они снова держатся за руки и говорят дуэтом.

…На месте происшествия и в самом деле оказалась обгоревшая «скорая помощь». Машина лежала вверх колесами, на которых не осталось ни одной шины.

Наверное, майор Низуль был все же формалистом. Он не позволил внести в протокол ни единого слова, которое не было бы многократно подтверждено свидетелями. Даже такой очевидный факт, как то, что машина была марки ЗИМ, по его просьбе трижды подтвердили люди, среди ночи поднятые с постелей и теперь тщетно пытавшиеся согреться на пронизывающем ветру. Мерзла и Густа. Жарко было лишь майору. Распахнув шинель, он обходил место происшествия, присовокупляя к цепи фактов все новые и новые детали. За ним шел сержант, освещая начальнику путь переносным прожектором, подключенным к аккумулятору милицейской автомашины.