Ядовитые стрелы Амура

Полная медсестра вышла из кабинета и, окинув равнодушным взглядом пациентов, направилась в сторону лестницы.

Пенсионерки на мгновение притихли. Но стоило толстушке скрыться за поворотом, как словоохотливые бабули с упоением продолжили обсуждать свои многочисленные проблемы.

Катарина с Наткой сидели возле окна, терпеливо дожидаясь своей очереди. Три дня назад Натусик расклеилась: из глаз и носа текло, горло болело, а тело охватила слабость. Отнекиваясь от поездок к врачу, Натка лечилась старым дедовским способом, а именно: утром выпивала чай с малиной, днем – чай с медом, а перед сном – напиток с облепихой. Результат нулевой – нос по-прежнему забит, горло дерет, а ко всему прочему прибавился сухой кашель.

Наплевав на всевозможные отговорки, Катарина практически силой заставила Наталью сесть в «Фиат».

И вот они в поликлинике. Насупившаяся Наташка сидит с видом обиженного ребенка, у которого хулиганы отобрали велосипед. Хотя ее неудовольствие вполне объяснимо. Старушенции, пришедшие на прием к терапевту, вели беседы на жуткие темы. Порой Катке самой хотелось закрыть уши руками, только бы не слышать речей пенсионерок.

Как правило, когда женщины, которым далеко «за», собираются вместе и начинают говорить о своих нескончаемых недугах – это надолго. А уж в стенах медучреждения охи-ахи бабуленций вдвойне давят на психику.

Например, сухонькая старушка с быстро бегающими маленькими глазками, взглянув на понурую Натку, со знанием дела изрекла:

– Захворала, милая?

– Обычная простуда, – отмахнулась от нее Наталья.

Бабуля замотала седой головой.

– Ой, не скажи, голуба, не скажи. Это раньше простуда была обычная, а тепереча она страх какой опасной стала.

– В смысле?

– А ты разве телевизор не смотришь? Давеча передавали, в Москву новый вирус гриппа приехал.

Катка усмехнулась:

– Вы хотели сказать – появился.

– Кто появился, ласточка?

– Ну вирус гриппа, он не приезжает, а появляется.

Бабуля замахала руками.

– Эка ты невнимательная. Я же говорю, это новый вирус, врачи сами не знают, чего от него ждать.

Ната побледнела.

– А какие симптомы?

Обретя в Наталье внимательную собеседницу, которой запросто можно навешать лапшу на уши, бабуленция оживилась.

– Милая, у тебя голова по утрам кружится?

– Немного.

Бабка зацокала языком.

– Температура высокая?

– Нормальная.

– Кашляешь?

– Вчера начала.

– Свят, свят, все сходится.

Копейкина не выдержала.

– Что у вас сходится?

– Она подхватила опасный вирус. Наверное, этот… как его… забыла. Вчера еще помнила, а теперь забыла.

Нату затрясло.

– Кат, я боюсь, а что если она права и я действительно серьезно больна?

– Прекрати! Нет у тебя никакого гриппа. Банальное ОРЗ.

– Думаешь?

– Уверена!

Скривившись, бабулька хотела возразить, но гневный взгляд Копейкиной заставил ее умолкнуть.

В принципе можно было считать инцидент исчерпанным, но вдруг упитанная пенсионерка в цветастом платке заголосила на ухо рядом сидящей восьмидесятилетней даме:

– У меня ноги болят с семьдесят третьего года. Мучаюсь с ними – спасу нет. Чем только не натирала, какие мази не пробовала – ничегошеньки не помогает. Однажды даже к знахарке ездила – без толку.

– А чем сейчас лечите?

– Ой, чем только не лечу.

– А лопухи прикладывали? – поинтересовалась старуха с клюкой.

– Прикладывала. И лопухи, и папоротник, и даже голубой глиной мазалась.

– Вам надо купить мазь, – подал голос щупленький дедок.

– Какую?

– Забыл, как называется. Да вы в аптеке скажите, что от ног, они там разберутся. Мазь очень хорошая, вечером помажешь, а утром их нет.

Словно по команде, старухи умолкли.

– Кого нет? – спросила самая бойкая, сканируя деда подозрительным взглядом. – Ног нет?

– Типун тебе на язык, сорока старая. Болей нет.

Бабки облегченно вздохнули.

Катарина закрыла глаза. Отовсюду слышались старческие речи:

– А мне сноха недавно купила…

– Мой покойный муж был сердечником…

– Моя сестра, когда в больнице лежала, ей посоветовали…

– У соседки год назад был инсульт…

– Помню, когда у нас болели зубы, мать всегда давала…

Слава богу, вскоре подошла Наткина очередь. Вскочив с кресла как ошпаренная, Наталья влетела в кабинет.

Гул в коридоре нарастал. Решив избавить слух от откровений разбушевавшихся старух, Катарина спустилась на первый этаж.

Это невыносимо! В качестве больной она привезла в поликлинику Натку, но теперь… – честное слово! – Копейкина сама чувствовала себя разбитой и подавленной.

Мысли переключились на Розалию Станиславовну. Как все-таки хорошо, что та не похожа на вечно жалующихся пенсионерок. И в то же время как ужасно, что ее свекровь – штучный товар.

Мать ее третьего супруга была дамой гламурной. Когда пять лет назад Катарина узаконила отношения с пятидесятилетним Андреем Копейкиным, ей и в страшном сне не могло присниться, что помимо беззаботной жизни она обретет родственницу-тиранку.

После заключения брака, сделав ручкой опостылевшей работе бухгалтера, Катарина вознамерилась посвятить себя дому, мужу и чтению любимых детективов. Не тут-то было.

Андрей постоянно уезжал в командировки, но его отсутствие полностью компенсировалось приездами взбалмошной мамаши.

Розалия приезжала «ненадолго» – дней на десять, которые почему-то всегда растягивались на пару-тройку месяцев.

Вот и в этот раз свекруха вместе с Наткой – ее верной помощницей по хозяйству, наглющей персиянкой Лизаветой и попугаем Арчибальдом изъявила желание заскочить к любимой невестке максимум на две недельки.