Ябанжи

Стамбул стал домом для многих иностранок. Здесь они влюблялись, выходили замуж, рожали детей. Каждое утро смотрели в чисто вымытые окна своих по-турецки убранных больших и маленьких квартир, скромных и шикарных вилл, – кому как повезло. Их взор поглощал Мраморное море, Принцевы острова, Девичью и Галатскую башни, одним словом, всю красоту Стамбула, от острого ощущения великолепия которой хотелось плакать. Женщины не представляли себе счастья в другом месте. По их крышам скребли своими лапками крикливые и наглые чайки, пока красавицы с белой кожей и «цветными» глазами пили свой утренний кофе по-турецки, нянчили детей, спешили на работу. Жаркое солнце целовало их лица и одаривало россыпью рыжих веснушек. А ласковые волны турецкого берега смывали обиды прошлого и скучной жизни на родине. Их истории делились на «до» и «после»: у каждой из иностранных невест имелся свой жизненный опыт, радостный или грустный – не важно. Под солнцем Стамбула все становились равны – здесь они «ябанжи» 1 , приехавшие в Турцию в поисках женского счастья.

Катерина поселилась в Стамбуле в две тысячи девятом году. Её турецкая сказка началась почти десять лет назад в Трабзоне, турецком городе на берегу Чёрного моря. Супруг Катерины, Мехмет, оттуда родом, настоял на проживании молодой семьи с овдовевшей матерью и младшей сестрой. Катерине пришлось согласиться и привыкать к новой культуре, традициям, языку и родственникам мужа именно там. Какой бы тяжелой ни казалась жизнь со свекровью, иностранная невестка очень любила Турцию и турок, а Стамбул вообще считала самым лучшим городом на планете: он стал для неё освободителем.

– Ир, привет! Ты не знаешь, где Лариса? – тараторила в свой мобильник Катерина.

– Привет. Нет, а что? Мы вчера разговаривали вообще-то.

– Договорились с ней встретиться сегодня и на базар вместе пойти, а она не отвечает. Звонила раз пять, теперь вот решила тебя набрать, спросить. Что за человек она такой, блин! Два часа прошло, мне еще ужин готовить!

– Зай, мы вчера общались. Она какая-то странная была. Я предложила пройтись по сахилю 2 , Ларка молчала в трубку минут пять, потом начала нести какую-то хрень про уборку. Слушай, может, случилось что-то?

– Да кто знает? У неё совсем крыша поехала. То любит козла своего из анадолу 3 , то не любит – развод и девичья фамилия. Я тут в прошлый раз не выдержала и сказала, что думаю на этот счёт. Она обиделась, наверное. Но, согласись, могла бы сказать, что не хочет больше общаться, а не предлагать встретиться, да ещё и на базар идти. Я тут, как дура, жду её.

– Почему «как»? Даже обидно! – Ирина заржала в трубку прокуренным голосом.

– Ну, хорош уже, я тебе серьёзные вещи рассказываю, а ты, – рассердилась Катерина.

– Да шучу я, мать, что ты кипятишься? Ну, не отвечает, потом перезвонит сама, может, занята. Иди одна на базар. Кстати, что будешь готовить сегодня своему шехзаде 4 ?

– Джахиль 5 ! Шехзаде – это сын падишаха. А мужика лучше «ПашОй 6 » величать. Ну, или, как Роксолана 7 к падишаху обращалась, – «Хюнкар 8 ».

– Ой, ну ты совсем отуречилась! Своего называй, как хочешь, Хюррем, мать тебя за ногу. Моего я как звала по имени, так и буду звать. Джан, он и Африке Джан.

– Благодари Всевышнего, что хоть у мужика имя нормальное, а не как у Лариски! Прикинь, что бы подумали твои родственники, если б услышали имя будущего супруга, – залилась раскатистым смехом Катерина, – Бурак-Дурак!

– Кать, что ты ржёшь-то? Родителей у Ларки нет, забыла что ли? Как можно так шутить?

– Ой, ладно. Ты права. Ириш, я у Ларискиного подъезда, сейчас буду узнавать, что с ней, тебя потом наберу.

– Ладно, жду. Ты не забудь только, а то тебя потом не сыщешь. То в Анталию вы со своим, то в Трабзон. Ладно, чмоки, Катюнь. На связи.

Катерина стояла у порога квартиры своей подруги, с которой познакомилась на форуме русскоговорящих жён турок. С Ларисой и Ириной её связывало естественное желание пообщаться, разделить с подругами горести и радости, найти надежный тыл в лице других женщин, таких же, как она сама. Объединяло их и проживание по соседству: мало ли – вдруг что-то понадобится, а под боком боевая подруга, с которой можно поговорить на понятном языке. Турция научила Катерину быть расчетливой и стелить «соломку» в нужных местах. Дружба между девушками как раз и являлась той самой соломкой, завязанной в сноп крепким узлом. «Нужно вместе держаться», – не уставала повторять Катерина, и подруги соглашались.

***

В Турции Катерина оказалась, когда ещё студенткой приехала на практику в одно из турагентств города-порта – Трабзона. Миниатюрная, худенькая, с тонкими руками, длинной шеей и двумя короткими и жидкими косичками девушка из Тверской области влюбилась в Турцию с первого взгляда. Ласковое море Трабзона, горячая прибрежная галька, романтические вечера, закаты, шумные базары с сочными персиками, кукурузой и черешней, ароматы лукума, душистых специй, щербета и пахлавы, горячее дыхание летних ночей и внимание привлекательных смуглых парней сделали своё дело. Катерина искренне восхищалась всем, что видела. Но больше всего в Турции ей нравился Мехмет. Иногда и одного человека достаточно, чтобы полюбить целую страну.

Мехмет работал в агентстве, где Катерина проходила практику. Высокий, смуглый, с иссиня-черными волосами, широкоплечий мужчина-мечта, от которого невозможно было отвести взгляд. Его строгие чёрные глаза были наполнены нерастраченной нежностью и любовью. У Катерины перехватывало дыхание, и сердце начинало биться сильнее, когда Мехмет заговаривал с ней. Целомудренно скромен, он никогда не прикасался к девушке и старался отвести от неё взгляд. Они общались на английском языке о работе, культуре, традициях России и Турции, обсуждали литературу и музыку, и сами не заметили, как стали чувствовать влечение друг к другу. Когда практика Катерины подошла к концу, Мехмет пригласил её пройтись по набережной.

– Понимаешь, я видел сон перед тем, как встретил тебя, – начал Мехмет, – ко мне пришел мой покойный отец. Он протянул мне руку, я поцеловал её и приложил ко лбу. У нас есть традиция: целуя руку, мы показываем уважение к старшим. Отец сказал мне: «Скоро ты встретишь ту, чьи дети будут целовать твою руку».

– Интересный сон. Ему есть толкование?

– Когда я рассказал про него матери, она объяснила, что скоро мне предстоит свадьба. На следующий день увидел тебя в нашем агентстве и понял – это знак. Я стал наблюдать: ты не похожа ни на одну из женщин, которых встречал. От тебя как будто невидимый свет исходит. Не хочу расставаться, потому что люблю тебя. Ты согласна?