Шрифт:
Любые совпадения с реальными событиями и названиями возможны ровно в той мере, в какой и невозможны: то есть, равновероятны.
Среди сонно ползущих облаков выдался просвет. Где-то в темной многоэтажке хлопнула оконная рама и оттуда донеслись звуки.
«Просыпаясь с зарею кровавой
Мы поем свою песнь на рассвете».
– Дед, выключи, пожалуйста, телевизор?
– А, чего, сынок?
– О, господи, твоя глухота меня добьет! Вы-ы-ключи телевизор!
– Выключаю, Тема, выключаю. Да на тебе лица нет! Ты не приболел часом?
И он попробовал лоб у внука – взрослого серьезного мужчины. Тот едва повел головой, не в силах прогнать наваждение.
– Помнишь Анфису?
– Твою бывшую жену? Которая сбежала с этим, как его там? И родила дочь? Да, да, помню, – дед уловил, наконец, знакомое имя и, как это часто бывает у стариков, собирался развернуть череду историй, плавно перетекавших одна в другую.
– Ее нет, – сказал Артем и вышел из комнаты.
Он пошел на кухню выпить чего-то крепкого. Прошел час. Но облегчение не приходило. Да и могло ли прийти?
– Его звали Виталий, – возвратившись в комнату, сказал Артем, застав деда на том же месте. – А дочь трех лет – Настена.
И он грузно опустился в тяжелое, массивное кресло, которое было произведено еще в те времена, когда люди по утрам пели совсем другие гимны.
– Дед, ты выслушаешь меня? Мне бы высказаться, – начал негромко внук, сжимая голову руками.
Конец ознакомительного фрагмента.