Чтение онлайн

Надвинув поглубже капюшон, Руна отчеканила:

– Давай отложим любезности на ближайшую среду, а пока отыщи мне Брэма, пока его не распотрошил местный герцог.

– «Отыщи мне Брэма», – передразнил Уголёк, описав в воздухе дугу, что означало крайнюю форму раздражения. Его обычное состояние. – Я похож на крёстную-фею?

– Ты похож на зазнавшееся облако дыма, и я выкину медальон в фонтан за этим окном, если ты мне не поможешь, – спокойно, но в то же время с нажимом проговорила Руна.

Уголёк радостно захихикал, обернувшись вокруг своей оси:

– Ты всё время слишком серьёзная! Тебе надо отдыхать, вон какие круги уже под глазами.

Задумчиво подбросив медальон в руке, воровка взглянула на фонтан:

– Замок принадлежит одному чёрному магу с извращённой фантазией. Интересно, как он решит воспользоваться твоими талантами?

– Чёрный маг?! – эмоции с трудом можно было уловить на смутном подобии лица, однако Руна могла поклясться, что Уголька передёрнуло от неподдельного отвращения. – Тьфу, я презираю этих мерзких чернокнижников! Они обрели силу, но не мозги!

– Это уже не мои проблемы.

Девушка демонстративно замахнулась для броска, всем своим видом излучая непоколебимую уверенность.

– Стой!

Уголёк с возмущённым фырканьем растворился в воздухе, проявившись буквально через пару секунд, встряхнувшись, словно собачонка, только что вынырнувшая из воды.

– Брэм в лаборатории, надо будет пройти через галерею с, на редкость, уродливой балюстрадой, это над бальным залом, потом направо и вниз по лестнице до первой двери по левую руку. Охраны нет, но в комнату напротив лучше не соваться – библиотека с кучей магических вещиц и омерзительными головами.

– Головы? Как те, что были в камере пыток?

– Типа того. Эти головы развешаны на каждом углу и, могу поклясться, каждая из них наблюдала за мной!

– Стражи, неспособные покинуть свой пост, умно. А что насчёт магических вещиц? Тебе там случайно не попался, к примеру, Нексус? Такая колдовская штуковина, меняющая судьбы миров, если верить словам Равена.

– Магический фон слишком слабый. Максимум, что могут эти штуки в библиотеке – взорваться у тебя в руках или наслать проклятье средней степени тяжести.

– Что ж, спасибо за познавательную лекцию, профессор Уголёк, а теперь пора тебе обратно в медальон.

– Эй, я рисковал своей жизнью, ради твоих заскоков! Можно было бы и «спасибо» сказать!

– Ты бессмертен.

– Если бы я мог, то презрительно плюнул тебе под ноги!

– С меня причитается.

Защёлкнув медальон, девушка тенью проскользнула дальше по коридору. Вот и бальный зал внизу. Как там дальше говорил Уголёк?..

– Что за отвратительное зрелище?

Чей-то скрипучий голос звонко разнёсся по залу, оттолкнулся от стен и истаял где-то под сводчатым потолком. Руна мгновенно пригнулась к полу, взглянув вниз через просветы между фигурными столбиками балюстрады. Девчушка лет восьми и дама в пышном платье, такая худощавая, что едва проглядывалась во всём этом ворохе складок. Между тем этот кипарис в юбке проскрипел:

– Я разве разрешала тебе выходить из своей комнаты?

– Но maman! Я лишь хотела немного потанцевать. Я люблю танцевать!

Мертвенно-бледная кожа, впалые глаза, зловеще фосфоресцирующие в полумраке бального зала – достойная наследница вампирской династии. Вылитая копия своих родителей.

– Сколько можно повторять, мой Ядовитый Цветок? Ты не умеешь танцевать! Ты неловкая, несуразная, у тебя нет слуха и чувства ритма. Более убогое зрелище трудно вообразить!

– Но я хочу пойти на бал!

– Чтобы нас опозорить? И думать забудь! Запрись в своей комнате и не показывайся до завтрашнего утра.

Девочка нахмурилась, издав что-то похожее на сдавленное шипение. Сузившиеся горящие глаза, оскаленные острые зубы – в этот момент стало особенно явно заметно, почему вампиров никогда не причисляли к одной из разновидностей человеческой расы, вместо этого отнеся к отдельному виду.

– Я ненавижу вас! Ненавижу! Я желаю вашей смерти, слышите?!

– Детка, я знаю, что мы достойно тебя воспитали и горжусь тобой, ключик моего сердца, – умилилась родительница, проведя тонкими костистыми пальцами с острыми коготками по массивной цепочке на шее дочери. – Теперь ступай в свою комнату.

Воспользовавшись накалом семейной драмы, воровка быстро прошмыгнула вперёд, оказавшись в очередном просторном коридоре, с обилием горгулий у стен и огромных окон, плотно занавешенных тяжёлой портьерой, тяжёлыми складками ниспадающей на пол. В тонких полосках света, ручейком скользивших с подоконников на уже порядком поцарапанный паркет, витала пыль, плавно оседая вниз. Руне вдруг вспомнился её Город, закрашенные краской, зашторенные, а то и просто заколоченные окна, смоляной дым из фабричных труб и чёрные хлопья пыли в смрадном, тяжёлом воздухе. Но сейчас не до сантиментов. Последовав наставлениям Уголька, девушка прильнула к замочной скважине. Стол с какими-то разноцветными склянками и несколько колб, тут же высоченные книжные шкафы, стенды с оружием… Библиотека? Нет, никаких голов на горизонте не видно… Брэм!

Распахнув дверь, Руна прошла прямиком к странному сооружению в центре зала.

– Ты как, цел? Всё нормально? – больше для проформы поинтересовалась она, обойдя стальной цилиндр, обхвативший Брэма, и оставив на поверхности одну только голову. «Железная дева» – любимая «игрушка» мастеров пыточных дел.

– Его стража закинула меня в эту штуку и свалила! Я не могу пошевелиться, чтобы каждый из этих треклятых шипов не впился мне под кожу! Всё ли нормально?! Просто замечательно! Настоящий курорт, только раба с опахалом не хватает!

– А что сам аристократ? – флегматично поинтересовалась Руна, навалившись на рычаг, успевший уже порядком проржаветь. Похоже, «девой» здесь пользуются не так уж и часто.

– Свалил вместе со стражей и обещал мне много незабываемых часов чуть позднее, – поморщился Брэм, обессиленно вывалившись на холодный, мраморный пол из раскрывшейся камеры. – Дьявол! Не думал, что мышцы так быстро затекут.

– Приходи в себя шустрее, времени не так много, – поторопила его Руна, озираясь по сторонам. Комната походила на странный гибрид химической лаборатории, кабинета и библиотеки. На кофейном столике, уютно расположившегося в самом углу рядом с двумя креслами с высокой спинкой, стояла початая бутылка вина и бокал. Похоже, у герцога возникли спонтанные и неотложные дела. И, возможно, он и в самом деле планирует скоро вернуться.