Чтение онлайн

– А вы служили в армии, дядя Дима? – спросила Алёнка.

Гость, увидев, что девочка заинтересовалась его судьбой, заулыбался и важно окинул взглядом хозяек:

– Да! Целых два года честно возвращал Родине долг.

– А где, рядом с домом?

– Я не ботаник и не какой-нибудь там мажор, я коптил небо на Северах. Воинская часть 44025, Республика Саха – Якутия, посёлок городского типа Тикси! Даже помню на зубок номер своего Калаша.

– Кто такой «Калаш» – это ваш конь или осёл? – спросила радостная Алёна, теперь она знала наверняка, что такое таинственное «п. г. т.» и неведомое для девочки «в/ч».

– Это АКМ: автомат Калашникова модернизированный, калибра 7,62 миллиметра!

– А я думала, ослик, хотя на севере ослики-то не живут… да, там же царство северных оленей!

– Точно, оленей, по юкагирски – илэ, там полно, все они с бо-ольшими рогами!

– Перестань! – Мила нарушила молчание и строго посмотрела на Дмитрия.

– Мама, это я во всём виновата!

– Ты тоже не ёрничай! Нашла ровесника, чтобы порезвиться!

– Обещаю, больше не буду. А про автомат можно спросить?

– Спрашивай, – разрешила мама.

– Дядя Дима, а как вас можно проверить, если вы сейчас номер автомата придумаете?

– Кто, я придумываю? Номер 1984 АМ 8480! Подожди, у меня есть доказательства!

Покрасневший Дмитрий полез в замызганную барсетку и скоро извлёк книжицу, смахивающую на паспорт. – Вот он, мой военный билет, посмотри!

– А можно мне самой полистать, я его никогда не видела, а?

– На вот смотри и проверяй.

– Как всё удачно получилось, – обрадованно сказала Алёнка и дрожащими пальцами подхватила слегка шершавый документ.

Девочка внимательно листала книжечку с красной обложкой и наконец-то отыскала номер автомата Калашникова – всё совпало, память у дяди Димы оказалась отменная. Но самое важное, она разыскала то, из-за чего ей пришлось затевать весь сегодняшний концерт – номер воинской части, в которой служил мамин ухажёр, совпал с номером из адреса, указанного на старом конверте. Алёнке вдруг нестерпимо захотелось спросить у дяди Димы – служил ли с ним кто-нибудь из посёлка, но она испугалась, что сразу вскроется, к чему она клонит, оттого и не решилась.

Паузу прервала Людмила:

– Дима, а почему ты мне никогда не показывал свои армейские фотки?

Гость заёрзал на стуле:

– Да на что там смотреть-то, один снег десять месяцев, и всё. Да и знаешь, фотика у нас в части нормального не было.

– Всё равно как-нибудь принеси.

– Да без проблем, мне нечего от тебя прятать.

Гость почему-то затих на диване и умолк. Алёнка тоже хранила молчание, с трудом пряча улыбку за занавеской, не желая выдать радость от полученных сведений. Всё шло к тому, что она наконец-то выбралась на правильный путь.

В доме пахло жареной курицей, луком и чесноком. Наконец Людмила распорядилась:

– Идите мыть руки и садитесь ужинать.

– Ура! Я хочу есть! – закричала девочка и побежала к мойдодыру.

– Я пока пойду перекурю.

– Только недолго, Дима, а то курица остынет! И вообще надо бросать, сколько раз я тебе говорила.

В субботу мать и дочь Белкины провели в домашних хлопотах по хозяйству, а в воскресенье выбрались в посёлок.

Алёнка уговорила маму и на полчаса забежала к соседу, конопатому Пашке, посидеть в интернете. В поисковике, практически без проблем, удалось найти сообщество военнослужащих той отдалённой воинской части 44025, и выяснить что часть благополучно существует до настоящего времени, и даже, судя по комментам, – совсем неплохо. Аляповатые китайские часы с котиком отсчитывали на книжной полке минуту за минутой. Девочку ждала мама у супермаркета, и следовало быстро принять решение, что дальше делать с полученной информацией. А выход виделся один – накатать письмо командиру воинской части с просьбой помочь найти отца.

Размышления прервал звонок на сотовый, мама разыскивала дочь:

– Ты где? Я тебя давно жду!

– Мамуля, я совсем забыла, всё сижу у Пашки. Вот залезла в комп и не могу оторваться, у меня столько почты! Дай мне ещё хоть пятнадцать минут, ну, пожалуйста… – Хорошо, я подожду тебя в кафе. Не опаздывай!

– Мамуля, ты просто – розовая лошадь!

– Кто? Ты сошла с ума?

– Шучу… Ты розовая овечка. У тебя есть крылья, и когда ты делаешь людям добро, они поднимают тебя на седьмое небо.

– Ну, хрен редьки не слаще… Опять что-то выдумала!

– Приду, расскажу.

Из трубки донеслись гудки. Алёнка, словно до этой секунды сидела на сжатой пружине, – вылетела из кресла, крича:

– Пашуля, колись! У тебя в принтере есть чернила?

– Угу, но чуть-чуть, – из гостиной пробурчал Пашка. – Пушкин-то мой всё стихи строчит…

– Можно я распечатаю письмецо на полстранички?

– Валяй, только включи принтер, розетка за ковром. Но, смотри, не больше, а то он меня убьёт, каждую неделю чернила заправляет, у него в сервисном центре уже скидка 25 процентов. Вот что гадюка наделала!

– Ты про какого Пушкина, не пойму? Какая гадюка?

– Ну, та из Астрахани, что цапнула моего батю на рыбалке. Там он угодил в больницу и, как говорит мамка, «поймал рифму», ну, со страха принялся писать стихи, как тот Онегин, у которого дядя заболел.

– Ты хотел сказать Пушкин?

– Точняк, Пушкин.

– Наверно, проснулся поэтический дар?

– Не знаю. Мы с мамой и братом думаем, так на него гадюкин яд подействовал.

– Да… печалька… Осенью вернусь домой, дашь почитать своего Пушкина?

– Дам, весь дом завален его стихами, от туалета до чердака!

Тут принтер допел свою песню и с визгом остановился. Отпустив в дальний путь ещё тёплый листок, он замер, но ещё несколько секунд напряжённо моргал красным глазом. Аленка быстро пробежала глазами по тексту и побежала в прихожую, обуваться.

– Паша, я всё! Спасибочки! С меня литровая банка земляники, годится?

– Замётано. Не кинешь?

– Соседке не веришь? Как только появится в лесу, расплачусь.

– Да ладно, заходи, без банки. У нас самих клубники завались, хочешь, пойдём, угощу. Это у вас строители весь огород вытоптали, балбесы.