Шрифт:
1
Эглантайн Никсон нервно ёрзала на заднем сиденье такси. Машина, в которой она ехала, оказалась зажатой в газующем кольце других железных коней и, похоже, за последние десять минут не проехала и пятидесяти ярдов.
Эглантайн мысленно ругала себя, что не выехала с запасом. Впрочем, не надо было соглашаться совсем, думала она. Никакой острой нужды в этом знакомстве нет, следовало просто позвонить и решительно отменить встречу. Но дело сделано, менять что-либо уже поздно.
И все же я сумасшедшая! Эглантайн усмехнулась. Еду неизвестно куда в этом проклятом такси, собираюсь провести вечер с незнакомым мужчиной… С ума сойти, да и только!
Вот и платье, которое сейчас на мне, я выбирала, находясь, конечно, не в здравом уме. Иначе как могла я, всю жизнь предпочитающая пастельные, бежевые и серые тона, надеть это кричаще-яркое красное обтягивающее платье с развратным декольте и глубоким вырезом сзади? А босоножки?
К чему было надевать эти сплошные переплетения ремешков на умопомрачительной без малого пятидюймовой шпильке? Не иначе как вечер завершится вывихом лодыжки или еще чем похуже… Вот так, голубушка, нравоучительно обратилась к себе Эглантайн, собралась в ресторан, а попадешь в травматологию…
Хотя падение с пятидюймовой высоты было бы самым безобидным из возможных казусов, которые сулит вечер в «приятной» компании жениха по объявлению. Тем более, рассудила Эглантайн, еще не поздно взять себя в руки и, трезво взглянув на вещи, попросить водителя отвезти меня домой.
Однако едва она, вняв доводам разума, подалась вперед, собираясь заговорить с таксистом, как машина резко тормознула и девушку по инерции отбросило на спинку сиденья.
— Приехали, леди, — полуобернувшись сообщил водитель и улыбнулся.
Итак, обратной дороги нет. Или, может?..
2
Она опаздывает уже на десять минут.
Ник сверился с часами и, недовольно хмурясь, плеснул себе минералки.
Быть может, она тоже практикует такого рода знакомства и сейчас как раз сидит где-нибудь в ресторане с очередным кандидатом в мужья? Что ж, на ней свет клином не сошелся и впереди вся ночь, думал Ник. Слава Богу, мне есть с кем провести время…
Жду до половины девятого, а потом — пусть пеняет на себя, вдруг решил он. У меня тоже график не резиновый! И выпил залпом очередной стакан.
Его объявление в частной колонке «Ньюс ин Миррор» гласило: «Уставший от одиночества ньюйоркец желает познакомиться с девушкой для серьезных отношений и, возможно, брака». Следом шел номер абонентского ящика.
Ловушка сработала на удивление хорошо. Настолько хорошо, что Ник не успевал просматривать и половины приходящих ему писем.
Имени сегодняшней кандидатки он не знал, потому что незнакомка подписала свое послание скромненько, но со вкусом: «Твоя судьба».
Решение остановить свой выбор именно на ней созрело у Ника после знакомства с довольно незаурядным самоописанием леди, которая охарактеризовала себя как «симпатичного администратора торгового зала», и отчасти объяснялось также тем, что на ее конверте стоял штемпель почтового отделения округа Статен Айленд.
Именно этот штемпель, спутав все карты, побудил Ника перенести смотрины в фешенебельный ресторан «Париж». Обычно он водил женщин в среднего пошиба заведения.
Ник то и дело косился в сторону дверей. Стены и потолки бара были зеркальными, и, куда бы Ник ни бросил взгляд, везде он упирался в отражение собственного лица.
— Мама миа… — прошептал он, окинув насмешливым взором свою крупную фигуру в дешевом костюме с чужого плеча.
Кургузый синий пиджачишка сидел на нем, как кафтан на огородном пугале, штаны, в которые свободно влезли бы еще три Ника, отчаянно сборили, яркий галстук цвета «пожар в джунглях» печальной удавкой болтался на жилистой шее. Иссиня-черные волосы Ника благодаря приложенным стараниям, а также галлону крепчайшего геля мелким заборчиком торчали на макушке, придавая лицу выражение крайнего недоумения. И все же картина не была бы столь живописной, не нацепи Ник в последнюю минуту очки — толстые кругляшки в роговой оправе, одно стекло которых рассекала отвратительная ветвистая трещина.
Я в этих очках, кажется, похож на кролика, пронеслось у Него в голове. Хотя в моем случае, чем хуже — тем лучше…
К Нику подошел метрдотель. Узнав посетителя, он лишь удивленно вскинул бровь и величаво молча удалился, ломая голову над тем, какая муха укусила их лучшего клиента и почему он явился в приличное заведение, вырядившись таким манером.
Боже! Если она сейчас же не придет, я с ума сойду! — мучился Ник. Скорее бы уж познакомиться! И зачем я согласился на весь этот маскарад?!!
А впрочем, она скорее всего и разговаривать со мной не станет, продолжал размышлять он. При виде такого «красавца» у нее, чего доброго, еще волосы дыбом встанут! Она, пожалуй, развернется да уйдет, хлопнув дверью, а может — не дай Бог! — даже закричит от страха…
Ник глотнул еще минералки, проводив тоскливым взглядом бутылку виски, которую официант понес кому-то в глубь бара. Единственное, что могло помочь ему успокоиться, это двойная порция «бурбона», но правила хорошего тона требовали от джентльмена быть в здравом уме и трезвой памяти. Хотя бы на первом свидании, быстро уточнил про себя Ник.
Он снова посмотрел на часы. Еще пятнадцать минут позора — и домой, решил Ник. А пока взять, что ли, газету?..
3
Вздохнув, Эглантайн вынула из сумочки зеркальце и стала поправлять прическу. Ее светло-русые волосы, уложенные в идеально ровную стрижку «каре», матово отсвечивали всеми цветами радуги в ярких огнях витрин и уличных реклам. Эглантайн мысленно похвалила себя за то, что как раз на днях удосужилась заскочить в парикмахерскую и осветлить темнеющие корни. Эту процедуру ей приходилось проделывать регулярно, раз в две недели. И хотя ради заурядного ужина в ресторане, пусть даже в роскошном, не стоило идти на столь крутые меры, Эглантайн гордилась, что предстанет перед незнакомым мужчиной во всеоружии своей красоты.
Я посижу с ним, поболтаю о разных пустяках, а потом вежливо распрощаюсь, тактично намекнув о нецелесообразности дальнейших встреч. Никто не будет чувствовать себя униженным, решила Эглантайн, перед которой швейцар учтиво распахнул стеклянные двери ресторана «Париж».
В зале ее встретил метрдотель.
— Мадам заказывала столик?
— Меня ожидают, — чопорно, в тон ему, ответила Эглантайн. — Мистер Кайл…
Метрдотель во второй раз за вечер удивленно вскинул бровь, однако, довольно быстро выйдя из ступора, повел гостью за собой.