Вьюжинка
Шрифт:
Но всё же, его колдовской взгляд отчётливо замечал в окружавшей полуэльфку ауре легчайший оттенок огорчения.
– Жаль, именно твоего сердечка в моей коллекции очень не хватает, - с непонятной жёсткостью в глазах усмехнулась Эльфире и словно отмерла, потекла своей волнительной фигурой и из прекрасной статуи вновь обратилась в живую и весьма желанную женщину. Её пальчик без малейшего усилия поднял за подбородок лицо здоровенного парня, а насмешливый и чарующий взгляд пытливо всмотрелся в глаза.
– А ведь, хочешь… Но ладно, об этом потом, я к тебе по другому вопросу.
Оказалось, что один из друидов, смотритель драконьего вольера, немного озабочен тем обстоятельством, что один чёрный дракончик что-то шарахается от людей и порою даже вовсе вжимается в угол, испуганно тараща оттуда глаза.
– Да в морду я ему заехал, когда мы стойла их чистили, - сокрушённо признался Лен и озадаченно почесал в затылке.
– Он меня цапнуть вознамерился, вот я и не стал церемониться.
С переменившимся лицом Эльфире стрельнула взглядом на кулачищи парня и пробормотала нечто в том духе, что по такому крепкому парняге кирасирский платунг просто рыдает.
– Что ж, тогда придётся лаской и нежностью… - вздохнула она.
Лен опасливо покосился - это в каком смысле? Если такая возьмётся за кого-нибудь с лаской и нежностью, тут лишь и останется, что капитулировать с полным конфузом. А, ну разве что дракончик…
– Вот скажи мне, Эль - отчего ты делаешь первый шаг всегда правой ногой? Марек всегда левой? А вот Славка, к примеру, без разбору, как когда, - в свою очередь поинтересовался он, в полном соответствии с тактикой уводя разговор на безопасную, по его мнению, тему.
День почти закончился. Догорел в безмолвном пылании величественного заката. И цвет его что-то очень не нравился Лену. Алый, даже кровавый, словно предвещавший что-то. Хоть и понимал разум, что всего лишь навсего где-то в той стороне ветер поднял высоко пыль, а всё равно на сердце было неспокойно. Последний день покоя - завтра в родном мире наступала весна, и четвёрке надлежало возвращаться. К новым делам, новым хлопотам…
– Да всё очень просто, - снисходительно усмехнулась Эльфире.
– В танцах первый шаг всегда делают правой ногой. Марек как флотский служака со своей шагистикой уже по привычке ступает левой. Неужели не знал?
Лен критически осмотрел щеголеватую кожаную куртку тонкой выделки и такие же штаны с полусапожками. На первый взгляд, добротная работа деревенского скорняка, подглядевшего одним глазом изыски столичных мод. Однако на самом деле, человек знающий при одном только беглом осмотре насторожился бы сразу. Ну да, ещё бы! В соответствующих местах зашиты нужные корешки и камушки, а в чуть жестковатом шве покоился даже выпавший ядовитый зуб Скарапеи, когда она зачем-то решила отрастить себе новые. Магией одежда была пропитана и залита настолько, что у девицы поначалу небось чесотка будет.
Ничего-ничего! Утром Эльфире по его просьбе пару раз пырнула почти готовую одежду своим рунным кинжалом, к которому питала неизъяснимое пристрастие. Клинок завизжал, принялся отплёвываться с презрительным шипением, но толком пробить незримую колдовскую броню так и не смог…
– Про танцы не знал, - Лен со вздохом облегчения отложил законченную работу и заразительно, с наслаждением потянулся.
– А к воякам просто не присматривался - не нравится мне сам этот принцип, резать себе подобных. Вот животные, к примеру, убивают только ради еды или защищаясь…
При этих словах Эльфире весьма непочтительно засмеялась и сделала отстраняющий жест рукой, словно отметая всю ту чушь, которую мог бы выдать оседлавший своего любимого конька ведун.
– Ладно тебе, оба мы знаем, какой из тебя миротворец, - скептически хмыкнула она.
– Кстати, ты в курсе, что Славка с Мареком очередной раз разругались вдрызг?
В другое время Лен поморщился бы от эдаких выражений в устах рафинированной графини, но сейчас лишь дёрнул плечом. Эта парочка последнее время с наслаждением грызлась по десять раз на дню, а потом столь же сладостно мирилась. Ну что тут ещё скажешь? Но раз Эльфире сказала, что вроде не насовсем - это значит, шанс есть. Пусть даже маленький, уж унаследованную от остроухой маменьки душевную зоркость полуэльфки не обманешь.
– Этого и следовало ожидать, - осторожно выразил он своё мнение.
– А правда, Славка расцвела что тот цветочек? Уже вовсе не гадкий утёнок, которым была ещё недавно?
– Эльфире вдруг перетекла чуть ближе и с непонятной настойчивостью заглянула прямо в глаза.
И всё же, Лен не отвёл взгляда. Это какой же идиот придумал, что святость и чистота у девушки в одном таком себе месте заключается? А не наоборот ли - если курочку петушок не топчет, то она ни к чему не пригодна? Пустышка никчемная…
– А всё-таки, ты чуток ревнуешь её, - победно заключила полуэльфка, таки высмотревшая в глубине глаз парня что-то известное лишь ей. И легонько, словно шаловливый ветерок, прошлась по щеке Лена своими сладко и нескромно ахнущими губами.
Жидкий огонь потёк по сердцу, отозвавшись толпой сладких до изнеможения мурашек по загривку - молодой колдун живо подхватился с места и демонстративно почесался спиной о ствол сосны.
– Сама не знаю, почему я не сделала последний шаг, чтоб приручить тебя, ведун, - Эльфире задумчиво погладила новенькую одежду и мстительно добавила.
– Наверное, скука и одиночество меня ещё не совсем одолели.
Лен, конечно, понимал шутки и даже любил их. Но, всему же есть предел… и всё же, он сдержался. Не стал применять те известные каждому сельскому ведуну методы, когда шальная тёлка вдруг становится в позу и не желает принимать быка.
Не тот случай, понятно?
Я в твоих руках и в твоей воле - но и ты в моей. Я знаю, что ты знаешь, но и ты знаешь, что я знаю и так далее. Опасные эти игры на краю сладкой пропасти будоражат кровь сильнее вина. Горячат, как полёт на драконе под ухмыляющейся этому зрелищу луной. А всё же, вертелась в голове Лена одна весьма интересная мыслишка, которая напрочь перешибала всякие иногда очень даже желанные поползновения. И знай её Эльфире, взволновалась бы она не на шутку, ведь этот парень если чего начинал, то хоть окольными путями, но своей цели рано или поздно достигал.