Чтение онлайн

– Да ведь другого-то нету, - ответила мисс Ребоза.

– Глупости!
– говорю я, бросив тошнотворный взгляд восхищения на цвет ее лица и общую композицию.
– С твоей красотой ты подцепишь кого угодно. Послушай, Ребоза, старикашка Мак тебе не пара. Ему было двадцать два, когда ты стала - урожденная Рид, как пишут в газетах. Этот расцвет у него долго не протянется. Он весь пропитан старостью, целомудрием и трухой. У него приступ бабьего лета - только и всего. Он прозевал свою получку, когда был молод, а теперь вымаливает у природы проценты по векселю, который ему достался от амура вместо наличных... Ребоза, тебе непременно нужно, чтобы этот брак состоялся?

– Ну ясно, - говорит она, покачивая анютины глазки на своей шляпе.
– И думаю, что не мне одной.

– В котором часу должно это свершиться?
– спрашиваю я.

– В шесть, - говорит она.

Я сразу решил, как поступить. Я должен сделать все, чтобы спасти Мака. Позволить такому хорошему, пожилому не подходящему для супружества человеку погибнуть из- за девчонки, которая не отвыкла еще грызть карандаш и застегивать платьице на спине, - нет, это превышало меру моего равнодушия.

– Ребоза, - сказал я серьезно пустив в ход весь свой запас знаний, первопричин женских резонов, - неужели нет в Пинье молодого человека... приличного молодого человека, который бы тебе нравился?

– Есть, - говорит Ребоза, кивая своими анютиными глазками, - конечно, есть. Спрашивает тоже!

– Ты ему нравишься?
– спрашиваю я.
– Как он к тебе относится?

– С ума сходит, - Отвечает Ребоза.
– Маме приходится поливать крыльцо водою, чтобы он не сидел на нем целый день. Но завтра, думается мне, с этим будет покончено, - заключила она со вздохом.

– Ребоза, - говорю я, - ты ведь не питаешь к старичку Маку этого сильного обожания, которое называют любовью, не правда ли?

– Еще недоставало!
– говорит девушка, покачивая головой.
– По-моему, он весь иссох, как дырявый бочонок. Вот тоже выдумали!

– Кто этот молодой человек, Ребоза, который тебе нравится?
– осведомился я.

– Эдди Бэйлз, - говорит она, - Он служит в колониальной лавочке у Кросби. Но он зарабатывает только тридцать пять долларов в месяц. Элла Ноукс была раньше от него без ума.

– Старикашка Мак сообщил Мне, - говорю я, - что сегодня в шесть у вас свадьба.

– Совершенно верно, - говорит она, - в шесть часов, у нас в доме.

– Ребоза, - говорю я.
– Выслушай меня! Если бы Эдди Бэйлз имел тысячу долларов наличными... На тысячу долларов, имей в виду, он может приобрести собственную лавочку... Так вот, если бы вам с Эдди попалась такая разрешающая сомнения сумма, согласилась бы ты повенчаться с ним сегодня в пять вечера?

Девушка смотрит на меня с минуту, и я чувствую, как ее организм охватывают непередаваемые размышления, обычные для женщин при таких обстоятельствах.

– Тысячу долларов?
– говорит она.
– Конечно, согласилась бы.

– Пойдем, - говорю я.
– Пойдем к Эдди!

Мы пошли в лавочку Кросби и вызвали Эдди на улицу. Вид у него был почтенный и веснушчатый, и его бросило в жар и в холод, когда я изложил ему свое предложение.

– В пять часов?
– говорит он.
– За тысячу долларов? Ой, не будите меня. Понял! Вы богатый дядюшка, наживший состояние на торговле пряностями в Индии. А я покупаю лавочку старика Кросби - и сам себе хозяин.

Мы вошли в лавочку, отозвали Кросби в сторону и объяснили все дело. Я выписал чек на тысячу долларов и отдал его старику. Он должен был передать его Эдди и Ребозе, если они повенчаются в пять.

А потом я благословил их и пошел побродить по лесу. Я уселся на пень и размышлял о жизни, о старости, о зодиаке, о женской логике и о том, сколько треволнений выпадает на долю человека.

Я поздравил себя с тем, что я, очевидно, спас моего старого приятеля Мака от приступа второй молодости. Я знал, что, когда он очнется и бросит свое сумасбродство и свои лакированные ботинки, он будет мне благодарен. "Удержать Мака от подобных рецидивов, - думал я, - на это не жалко и больше тысячи долларов". Но особенно я был рад тому, что я изучил женщин и что ни одна меня не обманет своими причудами и подвохами. Когда я вернулся домой, было, наверно, половина шестого, Я вошел и вижу - старикашка Мак сидит развалившись в качалке, в старом своем костюме, ноги в голубых носках задраны на подоконник, а на коленях "История цивилизации".

– Не очень-то похоже, что ты к шести отправляешься на свадьбу, - говорю я с невинным видом.

– А-а, - говорит Мак и тянется за табаком, - ее передвинули на пять часов. Известили запиской, что переменили час. Все уже кончено. А ты чего пропадал так долго, Энди?

– Ты слышал о свадьбе?
– спрашиваю я.

– Сам венчал, - говорит он.
– Я же говорил тебе, что меня избрали мировым судьей. Священник где-то на Востоке гостит у родных, а я единственный в городе, кто имеет право совершать брачные церемонии. Месяц назад я пообещал Эдди и Ребозе, что обвенчаю их. Он парень толковый и как-нибудь обзаведется собственной лавочкой.

– Обзаведется, - говорю.

– Уйма женщин была на свадьбе, - говорит Мак, - но ничего нового я в них как-то не приметил. А хотелось бы знать структуру их вывертов так же хорошо, как ты... Ведь ты говорил...

– Говорил два месяца назад, - сказал я и потянулся за банджо.

– -------------------------------------------------------

1) - От альфы до омеги. Омаха - город в штате Небраска.