Выкуп
Шрифт:
– Да, но...
– Таким образом, регистрация купюр затруднена ими до предела. Но все равно мы запишем номера хотя бы части купюр, и этот даже неполный список может сослужить нам огромную службу. Ведь в конце концов рано или поздно, но этим людям придется расходовать полученные деньги. – Он помолчал. – Вы пока еще не звонили в свой банк?
– Нет, не звонил.
– Отлично. В таком случае, если вы не возражаете, я хотел бы, чтобы вы, когда будете звонить туда, дали возможность и мне поговорить с ними. Я объяснил бы им кое-какие детали, которые могли бы оказаться полезными для нас. Если в это дело включится ФБР, то им потребуется...
– Боюсь, что я не смогу оказать вам этой помощи, лейтенант Бернс, – сказал Кинг.
Бернс уставился на него непонимающим взглядом.
– Простите, я не понял, – сказал он. – Вы против того, чтобы я разговаривал с представителями вашего банка?
– Нет, лейтенант, дело не в этом. Я и сам не стану говорить с банком.
– Как?..
– Я не собираюсь платить этого выкупа, лейтенант.
– Вы не... – Бернс умолк на полуфразе и в комнате воцарилась зловещая тишина. Бернс глянул на Кареллу. – Да, понимаю, конечно же... Как говорится, ваше полное право, и вам решать. Никто не может принудить вас к этому.
– Да о чем это вы говорите, мистер Кинг? – не выдержал Карелла. – Вы... вы просто должны внести этот выкуп! Ведь мальчик...
– Кончай, Стив, – сказал Бернс.
– Но он же должен внести деньги! Иначе у мальчика нет никаких шансов...
– Ничего я не должен! – твердо заявил Кинг. – И давайте поставим все на свои места. Я говорю вам это прямо сейчас, и я скажу это же самое похитителям, если они снова позвонят сюда, и я готов сказать это каждому, кто захочет выслушать меня. Я не стану платить этих денег. – Он помолчал. – Никаких выкупов я выплачивать не стану.
Глава 8
В комнате на ферме в Сэндс-Спит горела одна-единственная лампочка в торшере, стоявшем рядом с разложенным диваном-кроватью. Она бросала скупой свет на дощатый пол этой кухни-гостиной. Посреди постели мирно спал Джефф Рейнольдс. Во сне он заворочался, бормоча что-то неразборчивое, и одеяло сползло у него с плеча. Кэти Фолсом подошла к постели и снова укрыла его понадежней. Эдди Фолсом прикурил и, погасив спичку, бросил ее на пол.
– Он спит?
– Да.
В ванной комнате Сай Бернард распевал во всю мощь своих легких. Его рубашка, галстук и кобура с револьвером висели на спинке одного из кухонных стульев. Радио, настроенное на полицейскую волну, монотонно бубнило передаваемые полицией сообщения.
“...следуйте до пересечения Кембриа и Ньюбридж. Мы устанавливаем там контрольный пост, который будет проверять транспорт, выходящий на этот перекресток. В помощь вам выделяется Триста одиннадцатая. Вы меня поняли, Триста седьмая?”
– Поняли.
– Триста одиннадцатая. Триста одиннадцатая, следуйте до пересечения Кембриа и Ньюбридж для содействия Триста седьмой в организации контрольно-пропускного пункта.
– Говорит Триста одиннадцатая. Вас поняли. Уже известна модель машины?
– Пока нет сведений, Триста одиннадцатая.
– Ладно.
– Сай! – крикнул в сторону ванной Эдди. – Эй, Сай, ты слышишь, что они здесь говорят?
Сай, одна щека которого была покрыта мыльной пеной, вышел из ванной. Он был сейчас в одной нижней рубашке, из-под которой выглядывали поросшие густой шерстью руки и плечи.
– Чего тебе? – спросил он.
– У них там дорожные посты по всему городу повырастали, как грибы после дождя. Как же нам тогда воспользоваться своей машиной?
– А чего это тебя так волнует? Подумаешь – устанавливают дорожные посты. Ну, и пускай устанавливают себе на здоровье сколько хотят. Нам-то что до этого?
– Ты не понял, Сай. Они сейчас там останавливают каждую машину, которая проезжает мимо них. А утром нам обязательно придется воспользоваться машиной. Так как же мы?..
– Ну, сколько раз я должен тебе повторять одно и то же? За рулем буду сидеть я, так? И в машине я буду один, верно? Старенький паршивый “Форд” не привлечет к себе внимания. Или, предположим даже, что они остановят меня. Для них я буду просто обычным парнем, который едет себе на работу. Водительские права у меня при себе и, если они их спросят, я их и предъявлю им. Ну? Откуда им знать, что я еду на украденной машине? Как они смогут догадаться об этом? Номерной знак мы сменили, так ведь? Поэтому ни у кого не может быть ко мне никаких претензий. Так что лучше всего просто выбросить из головы все эти мысли о постах на дорогах?
– А как быть после того, как мы получим деньги? – сказал Эдди. – Как мы будем смываться отсюда? Ведь посты они еще не поснимают.
– И тут нам не о чем беспокоиться, потому что с нами тогда не будет мальчишки. Едет себе спокойно парень со своей собственной женой, прихватив с собой еще и зятя. И не о чем тут беспокоиться. Ну, ладно, дай мне наконец добриться. А то я начинаю себя чувствовать как какой-нибудь бродяга. – И он вернулся в ванную.
Кэти подождала, пока за ним не закроется дверь.
– Эдди, – сказала она, – а после того, как он получит эти деньги, что будет с мальчиком?
– А мы его оставим прямо здесь. А потом позвоним Кингу и скажем ему, где находится мальчик.
Кэти кивнула.
– Но это... это все равно – огромный риск, разве не так?
– Нет, не думаю.
– Эдди, давай просто сбежим отсюда. Давай смоемся прямо сейчас, пока не поздно!
– Хватит об этом! Прошу тебя – не будем! “Двести тридцать четвертая, Двести тридцать четвертая, вы все еще у въезда в туннель?