Чтение онлайн

Принц Марек поднялся на ноги. Он стоял на берегу, держась чтобы не упасть за тонкий ствол какого-то деревца, и смотрел, пока солдат не исчез под водой. Наконец он повернулся и вскарабкался вверх по склону к нам. Так же спешившийся Янос стоял, придерживая коня принца под уздцы. Он наклонился и протянул руку, чтобы помочь принцу взобраться. Какой-то из солдат успел схватить повод оставшейся без седока лошади. Она дрожала, раздувая ноздри, но стояла смирно. Вновь все стихло. Река текла, ветки склонялись к воде, солнце отражалось от воды. Мы даже не слышали ни звука от лошади, которая убежала в лес. Как будто ничего не произошло.

Дракон верхом протолкнулся вдоль строя и посмотрел сверху вниз на принца:

— Оставшиеся спятят к ночи, — напрямик сказал он, — возможно, и ты вместе с ними.

Марек поднял голову и впервые он выглядел озадаченным и неуверенным, словно только сейчас заметил нечто, неподдающееся его разумению. Я заметила, что Сокол немигающим взглядом оглядывает солдат одного за другим. Его пытливый взгляд пытался увидеть то, что было скрыто из виду. Марек повернулся к нему, они переглянулись, и Сокол едва заметно кивнул утвердительно.

Принц вскочил в седло:

— Расчистите для нас место, — приказал он солдатам в голове отряда. Они принялись вырубать растительность вокруг нас, потом к ним присоединились остальные, пока вокруг не образовалась поляна, на которой оказалось достаточно места для всех. Лошади норовили сбиться в кучу, поближе друг к другу.

— Итак, — обратился Марек к гвардейцам, которые обратились во слух. — Вам всем известно, зачем мы здесь. Вы все до одного добровольцы, северяне, мои лучшие из лучших. Вы шли за мной, не взирая на колдовство росиянцев, и стояли стеной под их кавалерийскими атаками. Нет ни одного, на ком не было бы боевых шрамов. Каждого из вас перед отъездом я спросил, отправится ли он со мной в это проклятое место. И каждый ответил «да».

— Что ж, не стану обещать и клясться, что вы вернетесь назад живыми. Но вот вам мое слово: каждый, кто выживет и вернется со мной, может рассчитывать на любой почет, который я способен ему оказать, и каждый станет рыцарем с земельным наделом. А теперь мы прямо здесь переправимся через эту реку и отправимся дальше все вместе — на смерть или к чему похуже, но как настоящие мужчины, а не пугливые мыши.

К настоящему моменту они уже должны были понять, что Марек и сам не имел ни малейшего представления, что может случиться. Что он не был готов к коварству Чащи. Но я заметила так же, что его слова убрали часть тени из их лиц. Они просветлели и обрели второе дыхание. Никто не попросил повернуть назад. Марек снял с седла свой охотничий рог — он был медным, довольно длинным, свернутым в кольцо и ярко начищенным. Принц поднес его к губам и дунул в него изо всех сил. Раздался оглушительный боевой сигнал: четкий и звонкий, который не должен был тронуть мое сердце, однако всколыхнул. Лошади били копытами, шевелили ушами, солдаты выхватили оружие и поддержали звук рога голосами. Марек развернул коня и помчался вниз по склону прямо в холодную темную речную воду. Все лошади последовали за ним.

Когда мы погрузились в реку, я почувствовала сильный удар по ногам, но основная часть воды раздавалась в стороны перед грудью моей лошади. Мы двигались вперед. Вода дошла мне до колен, взобралась по бедрам. Моя лошадь, раздувая ноздри, старалась держать голову повыше, перебирала ногами по дну, перескакивая вперед и пытаясь устоять.

Где-то позади одна из лошадей споткнулась и оступилась. Она мгновенно упала и увлекла за собой соседку. Река снесла их в сторону, и они погрузились с головой. Мы не остановились: мы просто не могли. Я лихорадочно подыскивала нужное заклинание, но ничего не приходило в голову. Вода рычала на меня, и внезапно пострадавшие исчезли.

Принц Марек снова протрубил в рог. Его лошадь уже выбиралась на другой берег реки, и он пришпоривал ее, увлекая в лес. Один за другим мы выбирались из воды промокшими насквозь и без остановки бросались следом. Все как один мы неслись следом за фиолетовым свечением над головой Марека, следом за его зовущим рогом. Нас нещадно секло ветвями. На этом берегу подлесок был реже, а стволы деревьев толще и стояли реже. Мы больше не двигались одной колонной. С каждой стороны я видела несколько других несущихся вскачь между деревьями лошадей, удирающих, удирающих от того, что позади, и несущихся чему-то навстречу. Я оставила надежду справиться с поводьями, просто вцепилась в лошадиную гриву и пригнулась пониже, чтобы укрыться от встречных ветвей. Я заметила неподалеку Касю и яркий проблеск плаща Сокола где-то впереди.

Лошадь тяжело дышала, дрожала, и я понимала, что долго она не продержится. Даже сильный и тренированный боевой конь может свалиться с ног после подобной скачки сразу после купания в ледяной воде. Я прошептала на ушко своей лошади: «Nen elshayon», — и передала ей немного сил, немного тепла: — «nen elshayon». Она повернула ко мне свою красивую голову и благодарно ею встряхнула. Я закрыла глаза и постаралась распространить это заклинание на остальных: «Nen elshayon», — выбросив в сторону Касиной лошади руку, словно забрасываю воображаемую леску.

Я почувствовала, как незримая леска натянулась. Я забросила новые, и лошади стали сближаться, их бег выровнялся. Дракон бросил на меня через плечо короткий взгляд. Мы продолжали скачку, мчась следом за трубящим рогом, но теперь между деревьями я заметила что-то, что двигалось за нами следом. Это были ходоки. Множество ходоков, и они быстро к нам приближались. Их длинные похожие на палки конечности перемещались в унисон. Один из них вытянул свою длинную переднюю лапу и выхватил одного из солдат из седла. Но чудовищам приходилось догонять нас, словно они не ожидали от нас такой сумасшедшей прыти. Мы все вместе прорвались сквозь стену сосновой поросли на широкую поляну. Лошади перемахнули через последние кусты, и перед нами оказалось очаговое дерево чудовищных размеров.

Его ствол в ширину был больше лошади. Над деревом разросся огромный шатер из веток. На них росли серебристо-зеленые листья и небольшие золотистые фрукты, от которых шла невыносимая вонь. Из-под коры на нас смотрело человеческое лицо — заросшее и сгладившееся, всего лишь намек. Ниже, как у трупа, виднелись перекрещенные на груди руки. Два огромных корня, похожих на ноги, расходились в стороны и во впадине между ними лежал полускрытый под мхом и прелыми листьями скелет. Один из корешков пророс сквозь пустую глазницу черепа, а между ребер и остатков ржавой кольчуги проросла трава. Поверх останков лежали куски щита, на которых еще сохранился едва заметный черный двуглавый орел — королевский герб Росии.

Мы остановили своих фыркающих запыхавшихся лошадей почти у самых его ветвей. За спиной я услышала внезапный шлепок, словно захлопнулась дверца печки, и в тот же момент меня внезапно выбила из седла что-то очень тяжелое. Я очень больно ударилась о землю. Удар вышиб из меня весь воздух, я поцарапала локоть и сильно ушибла ноги.

Я повернулась. На мне лежала Кася. Это она выбила меня из седла. Я увидела, что происходит за ее спиной. Моя лошадь, без головы, висела в воздухе. Огромное, похожее на богомола, чудовище держало ее на весу двумя лапами. Богомол почти сливался с очаговым деревом: его узкие глазки были похожи на золотистые фрукты, а тело имело тот же серебристо-зеленый оттенок, как у листвы. Чудовище откусило голову лошади одним махом, одним движением. Позади упал на землю обезглавленный солдат, а еще один закричал, оставшись без ноги, и забился в хватке еще одного богомола. Из-за деревьев на поляне появился десяток этих тварей.