Чтение онлайн

– Я даю тебе шанс, мальчик. Я даю тебе возможность узнать, каковы они, эти деньги, которых ты так хотел. Ты ведь любишь деньги? Ты пошел ради них на преступление. Значит, любишь. Не можешь без них. Точно? Я угадал? Отвечай!

– Угу-у…

– Тогда попробуй, какие они, – мягко предложил Гусев.

И Валюшок, и задержанный непонимающе уставились на Гусева. А тот шагнул к парню вплотную и крепко взял его за глотку. И руку с серебром сунул ему под нос.

– Ешь, – все так же мягко приказал он. – Попробуй их на вкус.

«Ты с ума сошел, Пэ!» – хотел крикнуть Валюшок, но осекся. Сейчас они двое, ведущий и ведомый, находились в совершенно особых отношениях, когда поведение старшего не обсуждалось. Наоборот, этого старшего полагалось страховать, что бы он ни вытворял. Но страшно Валюшку стало. Даже не страшно, а как-то так… Нехорошо.

Это было словно в фильме Гринуэя: нереально и будто в другом измерении. Вор даже не попытался что-то сделать, он только давился и хрипел. А Гусев с руки кормил его деньгами.

– А теперь гуляй, – сказал он прежним безмятежным тоном, поворачиваясь к вору спиной и доставая сигареты. – Спасибо, Леха, прячь ствол. Пойдем-ка мы с тобой, дружище, врежем пивка.

Валюшок глядел через плечо Гусева, прямо в широко раскрытые глаза воришки. Тот стоял ни жив, ни мертв. А Гусев смотрел на Валюшка и улыбался.

– Пойдем, Леха, – повторил он мягко. – Шоу окончено.

Валюшок медленно убрал оружие и бросил взгляд на сканер.

– Это стереть, запрос аннулировать, – махнул рукой Гусев. – Ложная тревога. Просто ложная тревога.

Он крепко обнял Валюшка за плечи, развернул и повел в сторону Арбата.

Позади раздался крик. Валюшок рывком освободился от гусевских объятий. Вор лежал на асфальте, конвульсивно содрогался всем телом и подвывал.

– Успокойся, Леша. Он немного съел, двух рублей не наберется. Пока ничего страшного не происходит. Это просто истерическая реакция.

– А что будет потом? – в ужасе спросил Валюшок.

– Откуда же мне знать, милый, – проворковал Гусев. – Кстати, интересно. Вернемся на базу, обязательно спрошу у доктора. Обязательно. Пойдем, выпьем по кружечке. В такую погоду отлично пойдет светлое и крепкое. Просто замечательно пойдет.

Вор колотился головой об асфальт. В окнах показались встревоженные лица, кто-то выбежал из арки двора и склонился над бьющимся в судороге телом.

– Видишь, уже все в порядке, – заметил Гусев, увлекая ведомого за собой. Сам он в это время нажимал кнопки на сканере, отменяя запрос.

Действительно, к чему запрос – ведь обвинения вору никто не предъявлял…

Некто по кличке Писец объявился в Москве внезапно. Раньше он был известен как поразительно наглый оптовый наркоторговец. Продавал тоннами – и выходил сухим из воды. Задолго до появления АСБ его неоднократно брали менты, но у Писца все везде было схвачено, поэтому каждый раз его со скрежетом зубовным отпускали. Хотя на вопрос: «Чем занимаетесь?», Писец всегда честно отвечал: «Работаю вором в законе». Когда пришла новая эпоха, и за такие заявочки появилась реальная возможность схлопотать пулю в череп, не отходя от кассы – Писец исчез. Его искали долго, а потом махнули рукой. Немало подобных негодяев успело сбежать за границу. Осело в более демократичных государствах, где с такими, как они, всячески церемонятся, и в случае поимки не депоритируют на раздавленную фашистской диктатурой родину.

И вдруг до измученного бездельем опера дошли слухи, что Писец со дня на день посетит столицу. Капитан встал на дыбы и принялся рыть землю копытом. В итоге милицейский информатор сообщил конкретное место и точное время, когда Писца можно будет забраковать. Опер пожаловал в АСБ лично, и Гусев отметил, что давно не видел настолько счастливого и гордого собой человека.

Грех было над таким не подшутить.

– У тебя двойка, тебе и идти, – сказал Гусеву шеф. – Чтобы не отсвечивать. А с улицы вас подстрахуют.

– Заодно и пообедаем, – хмыкнул Гусев. Брать Писца нужно было в ресторане, где тот назначил «деловую встречу». – И что за кликуха такая – Писец… Какое-то другое слово напоминает. Но какое?!

– Фамилия у него – Пипия, – сказал капитан, неприязненно разглядывая Гусева. Оперу Гусев сразу не понравился: мало проявил энтузиазма, узнав, какая ему предоставлена честь.

Гусев повертел в руках фотографию Писца, на вид совершенно русского человека. Толку от фотографии было чуть, скорее всего Писец кардинально изменил внешность.

– Готов поспорить, что пока этот урод не купил себе звание вора, то ходил всего-навсего в Пиписках, – сообщил он.

– Откуда подробности? – насторожился капитан.

– Считай, интуиция. Насмотрелся на таких. Я этих героиновых баронов столько в расход пустил – тебе и не снилось.

– Ладно, Пэ, не заливай, – попросил шеф. – Никого ты к стенке не ставил. Что о нас люди подумают…

– Ну да?! – возмутился Гусев.

– Это формула речи такая, – заверил шеф капитана.

– Вы это… – опер погрозил Гусеву пальцем. – Вы, товарищ старший уполномоченный, не вздумайте только в людном месте расправу учинить.

– Как же, как же, превыше всего общественный порядок, – кивнул Гусев. – Не извольте беспокоиться, коллега. Голову сложу, но шума и кровищи – ни-ни.

– Хотелось бы, – сказал капитан с угрозой в голосе.

– Да и откуда шуму взяться? – осведомился Гусев невинным тоном. – Ситуация тихая и мирная. Сами представьте, заходят в кабак два идиота. Суются к этому Писцу, у которого всего-навсего пара телохранителей. И разумеется, никаких друзей за столиками вокруг. Никакого контрнаблюдения из разных концов зала. На фиг такие премудрости господину Писцу? Кого ему бояться? Выбраковки, что ли?.. Так вот, наши идиоты подходят, достают игольники… Писец радостно улыбается и добровольно врезает дуба. Охрана покойника рукоплещет. Деловой партнер умершего достает мобилу и звонит в государственное унитарное предприятие «Конец настал» заказать венки. Все очень просто, коллега. Так оно всегда и бывает.