Выбор

– Выбирай, Юлия, - сказала мне мать. Вернее не мать, а мачеха. Впрочем, это не имело большого значения.
– Выбирай, пока можешь себе позволить такую роскошь.

Мне предлагалось выбрать себе мужа. Выбор был невелик - всего двое. Разумеется, ни о какой любви и речи не шло: оба кандидата в мои мужья преследовали корыстные цели - наше королевство, хоть и небольшое, было на редкость удачно расположено и даже имело выход к морю. Сыновей у моего отца не было, и мой муж автоматически становился правителем нашего королевства, которым сейчас управляла в качестве регента моя мачеха.

Одним из претендентов на роль моего мужа был принц Гвен. Он был младшим братом соседнего короля. Самому стать правителем ему не светило, поскольку его брат был старше всего на год и здоров, как бык, а на заговор Гвен бы не решился, ибо нежно любил брата. Итак, для Гвена единственной возможностью занять трон была женитьба на мне. Гвен нравился мне. Он был хорош собой, изыскан, образован, воспитан, соблюдал придворный этикет и неустанно оказывал мне знаки внимания в той мере, в коей это считалось приличным.

Вторым был Сгара. По обычаю их страны он не носил никакого титула. В этом странном государстве вообще не было титулов, кроме одного - Правитель. Нынешний Правитель Зогор был отцом Сгары. Но это абсолютно ничего не значило. По закону его страны Правитель Зогор мог назначить своим преемником кого угодно, и вовсе не обязательно своего единственного сына. Разумеется, Сгара, как и принц Гвен, старался обеспечить своё будущее. Кому-то Сгара мог показаться даже привлекательным. Конечно, он не был так церемонен и изыскан, как принц Гвен, но отнюдь не походил на необразованного варвара. По отзывам тех, кто был с ним знаком, он был очень умён. Сгара внушал мне совершенно необъяснимый с позиции логики ужас.

Итак, их было двое. Мне предлагалось выбирать. В этом был смысл: с точки зрения перспективности Гвен и Сгара почти не отличались. И тот и другой с равной вероятностью могли стать правителями. Или не стать. Но в любом случае моё королевство получило бы хорошего государя. Таким образом, тот элемент случайности, который вносил мой "выбор", мог сыграть хорошую роль в этом деле. Если невозможно выбрать лучшего из двоих, руководствуясь какими-то принципами, есть смысл пустить дело на волю судьбы.

Я почти не сомневалась, что выберу принца Гвена. Во-первых, как я уже упоминала, Сгара меня пугал. Во-вторых, я совершенно не знала обычаев и нравов его страны, а это может быть пострашнее самого Сгары. Ну и, наконец, моя мачеха явно проявляла к принцу Гвену большую благосклонность, чем к Сгаре.

Я вышла из покоев мачехи и направилась к себе. В моих комнатах, выходящих окнами на юго-восток, было довольно жарко - стоял конец июля. Я переоделась в более лёгкое платье, накинула на голову вуаль и вышла на галерею, тянущуюся вдоль всего второго этажа дворца.

На галерее было так же жарко, как в покоях, но, благодаря ветерку, дышать было легче. Я медленно двинулась по галерее, ведя ладонью по нагретым полуденным солнцем каменным перилам. Остановилась я уже на другой стороне дворца. Здесь тоже не было тени, но ветерок, дующий с моря, был немного заметнее.

Моё внимание привлек звон металла и выкрики. Я взглянула вниз, ожидая увидеть дуэлянтов. Глупо сражаться в такую жару. Там, на вытоптанном заднем дворе, от которого рукой было подать до конюшен, столпились люди Сгары. Я поняла, что мой вывод насчёт дуэли был преждевременным - за всё время пребывания здесь ни один из воинов Сгары не позволил втянуть себя в ссору. Сейчас они просто тренировались - Сгара и его спутники отдавали каждую свободную минуту совершенствованию своего боевого мастерства.

Я не без интереса смотрела вниз. Прямо под галереей стоял сам Сгара. Вернее, не стоял, а крутился на одном месте, отражая атаки сразу пятерых своих воинов. По тому, что их одежду в нескольких местах украшали алые пятна, я поняла, что они пользуются не затупленными, тренировочными, а боевыми клинками. Понаблюдав за боем несколько минут, я пришла к выводу, что ни один из наших придворных, что так ловко орудовали шпагами, защищая честь прекрасных дам, и минуты не продержался бы против худшего из людей Сгары.

Сгара что-то сказал своим воинам, и те прекратили бой. Один из тех, что не участвовали в схватке, принёс ведро воды. Разгоряченные бойцы принялись обливаться. Вот ещё одна характерная черта - у Сгары не было слуг. Были подчиненные, но не слуги. Он наравне со своими людьми чистил и кормил лошадей и точно так же, как и они, не погнушался бы принести ведро воды. Ходили слухи, что на родине Сгары даже Правитель всё делает для себя сам. На мой взгляд, это было совершенной дикостью.

Внизу послышались голоса, смех. Со стороны конюшни показалась пышная свита принца Гвена. Богато одетые придворные обсуждали достоинства и недостатки лошадей, как местных, так и привезенных в подарок Сгарой.

Заметив Сгару, принц Гвен церемонно с ним раскланялся. Тот ответил коротким кивком. Кто-то в свите Гвена что-то сказал, остальные засмеялись. Сгара спокойно повернулся к принцу Гвену спиной и начал раздавать приказания своим людям. Двоих он куда-то отослал, остальные разбились на пары и снова взялись за оружие.

– Я вижу, вы заняты упражнениями, любезный Сгара?
– учтиво спросил принц Гвен.
– Это похвально! Но скажите, неужели такому искусному воину, как вы, ещё требуются такие... занятия?

– Любое искусство требует упражнения, - ответил Сгара, разворачиваясь к принцу.
– Особенно искусство воинское. У вас есть ещё вопросы... любезный Гвен?

В свите принца зашушукались. Гвен улыбнулся.

– Я не сомневаюсь в том, что вы великолепный боец, - сказал он Сгаре.
– Я имел честь лицезреть, как вы управляетесь с боевым мечом. Но так ли вы искусны в фехтовании на дуэльных шпагах?

Если я что-то ещё понимала в придворном этикете, это был неприкрытый вызов. Расчёт принца Гвена был понятен - вынудить Сгару взять в руки непривычное оружие и победить его. Принц Гвен был непревзойдённым дуэлянтом. Сгара тоже понял замысел принца.