Чтение онлайн

— Мне показалось, я внушил себе, насколько ты прекрасна, — он судорожно вздохнул. — Но нет, ты еще лучше. Ты просто идеальна. И если бы только знала, что делаешь со мной!

— То же самое, что ты со мной, — отозвалась она.

Мужчина склонился к ее груди, накрывая губами затвердевший сосок. Втянул его в рот, обводя языком и пососал, срывая очередной стон. Лиза выгнулась, запуская пальцы ему в волосы и притягивая ближе к себе.

— О да… — погладила твердую шею, скользнув к плечам и на спину, совершенно теряя голову от ощущения того, как перекатываются мышцы под ее руками.

— Дотронься до меня, — не то попросил, не то приказал Павел, и она подчинилась, дотрагиваясь рукой до его горячей, твердой плоти. Сжала пальцы, двигая их по всей длине ствола, ощущая какое-то болезненное удовольствие от его участившегося дыхания и становящихся все более лихорадочными движений.

— Остановись, — внезапно попросил мужчина, накрывая ее руку и отстраняя от себя.

Лиза моргнула.

— Если ты хочешь…

Он как-то странно улыбнулся, приподнимаясь над ней, а затем сдвинулся ниже, раздвигая ее ноги. И, прежде чем Лиза успела понять, что он собирается сделать, коснулся губами нежных, влажных складочек.

— Что ты… — она всхлипнула, снова цепляясь за его волосы и машинально приподнимая бедра, когда его язык оказался внутри. Их безумие продолжалось и стало еще прекрасней. Чем глубже он проникал, тем сильнее сжимались ее мышцы, а с губ срывались все новые и новые стоны. Когда же она почувствовала, что находится на грани, приподнялась и потянула мужчину на себя.

— Хочу, чтоб ты был во мне… Хочу видеть твои глаза.

Павел толкнул ее на постель, погружаясь в тело так глубоко, что она закричала. Сплела ноги на его пояснице, подхватывая тот же ритм, в котором двигался мужчина. Он оттягивал кульминацию, желая продлить удовольствие для обоих.

— И я хочу видеть тебя. Знать, что ты только моя сейчас.

— Я твоя, — отозвалась Лиза, встречая его губы, и снова выгнулась навстречу при очередном толчке, а Павел ускорил движения.

Мир как будто прекратил существовать. Важно было лишь то, что происходило между ними: удовольствие, которое они дарили друг другу и которым наслаждались.

Но и этого иногда бывает совсем недостаточно.

— Первый раз вижу женщину, которая ест и не считает каждый кусочек, — Павел усмехнулся, глядя на Лизу. — Как в тебя столько помещается?

— Я проголодалась, — она не испытывала никаких угрызений совести из-за того, что позволила себе такой поздний и сытный ужин. Или, что было еще точнее, — ранний завтрак. За окном уже занимался рассвет, когда они, наконец, оторвались друг от друга и Соболев предложил что-то перекусить. И не только предложил, еще и сам взялся готовить. Более того: ведь не бутерброды какие-то решил намазать и не яичницу сделать, не требующую ни усилий, ни кулинарных талантов, — стал жарить оладьи, совершенно растрогав Лизу. Это так не вязалось со сложившимся в ее сознании образом самоуверенного и эгоистичного типа, что ей стало стыдно за то, что вообще допускала такие мысли. Мужчина был совсем другим, не тем, кем показался ей вначале. И нравился все больше. Так сильно нравился, что это начинало пугать. Только влюбиться не хватало! Достаточно и того, что она глаз от него оторвать не могла.

И ведь было на что посмотреть. Таких в фильмах снимать надо, от поклонниц точно не будет отбоя, а не прятать роскошное тело под медицинский халат. Впрочем — Лиза усмехнулась про себя — отбоя и сейчас нет. И она — одна из этих самых поклонниц. Пожирает глазами каждый сантиметр тела, будто видит впервые. Хорошо хоть трусы заставила его надеть, иначе никакого завтрака бы точно не получилось.

Она снова ощутила, как загорелись щеки, когда вспомнила недавний диалог:

— Ты же не собираешься разгуливать по кухне голым? — именно это, судя по всему, Павел и собирался сделать, и ее вопрос его всерьез озадачил.

— А в чем дело? Почему я не могу так ходить?

— Потому что… — Лиза не нашлась, что ответить, чем вызвала его смех.

— Честно говоря, никогда не думал, что, бродя по дому в четыре часа утра, я должен что-то надевать на себя.

— Хотя бы прикройся! — она и смутилась, и развеселилась одновременно, потешаясь над собственным смятением.

— А что, мой внешний вид тебя как-то отвлекает? Или, может быть, привлекает? — в его глазах зажглись искорки.

Лиза хлопнула его полотенцем по плечу.

— Какой же ты… ужасный…

— Ненасытный — ты хотела сказать?

— И это тоже.

— Ты что-то имеешь против? — его голос понизился, но, когда мужчина шагнул в ее сторону, Лиза предостерегающе вытянула вперед руки.

— Нет-нет, сначала я хочу поесть. Тем более, что ты обещал меня накормить.

— Это нормально, — Павел усмехнулся. — После нашей с тобой разминки голод — вполне естественное чувство.

— Разминки? — переспросила Лиза, тотчас ощущая, как наливается болезненной тяжестью грудь и начинает ныть низ живота. Она, кажется, за всю свою жизнь не занималась сексом так интенсивно, как за последние две ночи с этим мужчиной.

— Конечно, — он ей многозначительно улыбнулся. — Сейчас накормлю тебя, и мы продолжим.

Минут тридцать спустя Лиза вздохнула, опуская ладонь на живот.

— Больше не могу. Остальное тебе придется съесть самому.

— Я тоже уже сыт, — Павел снял со сковороды последнюю порцию и выключил плиту.

— Тогда давай я все уберу и можно будет немного поспать. До работы еще есть время.

— Не надо ничего убирать, — он помолчал, глядя на нее, а потом добавил: — Мы должны поговорить.

Лиза поежилась. Об этом не хотелось думать, но мужчина был прав.

— Да, я знаю.

— Ты сказала, что должна сообщить мне что-то важное, когда пришла. Это правда?

Как бы ей хотелось дать ему отрицательный ответ! Но она не могла лгать.

— Лиза, рассказывай. Я не хочу, чтобы между нами были какие-то тайны.

— Это касается работы в отделении. Вернее, должности заведующего, — слова давались с трудом, будто язык внезапно стал тяжелым и неповоротливым. — Я ведь не просто так приехала в клинику. И не сама приняла это решение.