Чтение онлайн

— Здравствуй, ученица! — На Ирку дохнуло запахом гнилой соломы, и ее до обморока памятным движением погладили по голове точно дырку протереть норовили.

— Рада… Сергеевна? — прошептала Ирка, неотрывно глядя в меняющееся лицо «мышки». Иркина первая учительница ведьмовства улыбнулась ей половиной лица. Вторая половина была, как у соломенной куклы, сплетена из потемневших от времени полос сухой травы, с грубо нарисованным багряной краской ртом. Волосы оказались париком, нахлобученным на эту получеловеческую-полусоломенную голову и подвязанным голубой лентой. Голубое Рада Сергеевна по-прежнему любила.

— Тетка… тетка Рада? — вдруг охнула стоящая среди детворы Галька и схватилась за щеки, глядя Ирке за спину широко распахнутыми глазами. — Явилася — не забруднылася! Щось вы якось… выглядите не очень, титонько! Що це з вами сталося?

— Молчать! рявкнул серокожий и обернулся к Тату: Тебе повезло, глупый огненный змееныш, ты единственный, кто еще пригодится моему Повелителю. Бери всех, кто нужен для обряда, остальных убрать! Поздно уже предаваться отчаянию или мучиться совестью. И отступать поздно — твои змеи тебя не простят. — Он ухмыльнулся. — Но в отличие от них мой Повелитель тебя даже в смерть не отпустит.

Застывшая в оцепенении Ирка вдруг увидела, как по лицу подпирающей стенку автобусной дамы менеджерского облика вдруг пробежала гримаса ярости, достойная драконицы.

— Твои друзья небось думают: почему их бесстрашная героиня замерла и ничего не делает? — Рада Сергеевна сунула Ирке под нос раскрытую ладонь — часть пальцев были живыми, зато другие оказались грубо сплетенными из сухой травы. На ладони лежал гвоздь. Тот самый, который Ирка использовала, чтобы обездвижить Старших Зверей. — Ты поймала их… а они тебя. Я ведь учила, что до ведьмы всегда можно добраться через ее колдовство. А еще… что связь между учителем и учеником не ослабевает никогда. Любая созданная тобой мелочь в моих руках приобретает особую Силу! — Рада Сергеевна подмигнула Ирке плетеным веком.

Козел Аристарх (вот уж в буквальном смысле слова!) соскочил с похожего на связку раздавленных черно-красных сосисок змеиного тела и, выставив рога, ринулся на остальных ямм. Скаля ядовитые зубы, змей метнулся ему навстречу и… упал с пробитой головой. Второй прыгнул и повис, вцепившись зубами в плотные, как доспехи, колтуны шерсти. Козел противно заблеял и заплясал на свивающихся в клубки и отчаянно пытающихся огрызаться ямм.

— Если тайные тропы не открыть, понадеемся на кровную связь! Действуй, человечка, и не вздумай снова предать! — в голосе серокожего снова загремел знакомый рык Великого Пса, он рухнул на пол, забился в корчах и начал рассыпаться мелкой древесной пылью. Но эта пыль не осыпалась на пол, а поднималась вверх густыми клубами и застывала посреди пещеры, складываясь в… низкую узенькую дверь! — Поторопи-и-и-ись… — прошелестел по пещере глухой вздох.

— Я с удовольствием сделаю с тобой все, что мне велели, — пропыхтела Рада Сергеевна. — В оплату я получу твою подружку. У нас есть о чем поговорить. Долго-долго, подробно-подробно. — Рада Сергеевна оскалила мелкие крысиные зубки и зашипела, глядя на скрученную корнями Таньку. Топчущий змеев-ямм Аристарх тоже повернул рогатую башку и многозначительно уставился на Таньку. Из ноздрей козла вырвался пар, он скреб каменный пол копытом — скрежет стоял омерзительный, и камень начал крошиться.

— Я ценный союзник! — опасливо поглядывая на Аристарха, на всякий случай напомнил сидящий у Таньки на груди Кокатрикс. — Я ведьму караулю! Моя кисть — всеирийское достояние!

— Кисть мы обязательно сохраним, — зловеще пообещала Рада Сергеевна. — А ты, огненный, чего встал как неживой? — наслаждаясь возможностью наорать на дракона, рявкнула она. — Шевелись! — и… с явным удовольствием провела гвоздем Ирке но ладони.

Ирка закричала. Из длинной царапины потекла кровь… Рада схватила Иркину руку и с размаху припечатала к возникшей из тела серокожего двери. Зашипело, и отпечаток Иркиной ладони на двери засветился изумрудным пламенем. Ярко-зеленый огонь побежал по контуру двери, и та начала медленно истаивать. Стены пронзила длинная дрожь, посыпались камни, Галька подгребла малышей, стараясь закрыть их собой. Посредине пещеры возник портал — Мертвый лес словно прыгнул Ирке в лицо, оказавшись здесь, совсем рядом! От выстроившихся, как солдаты, черных деревьев отчетливо несло знакомым гнилостным запахом. Липкое марево над черными кронами дрогнуло, точно почуяв Иркино присутствие, и потянулось в ее сторону, лопаясь, как стекающий в чашку густой кисель. В этих разрывах Ирка увидела замерших у древесных стволов молчаливых и неподвижных серокожих воинов.

Тат сполохом пламени метнулся к драконьим детишкам, схватил в охапку старшего — любителя ночных страшилок.

— Водный Лун? — прохрипел он. — На моего братца смахиваешь! — И швырнул его в открывшуюся «дверь». Змееныш с криком исчез в портале.

— Земляного бери! И воздушного! Скорее! — вопила Рада, держа Иркину кровоточащую руку у портала — окно в Мертвый лес светилось как огромный изумруд.

— Та шо ж ты робышь, ведьма проклятуща! — встрепанная злющая Галька возникла рядом с Иркой… Размахнулась… и сцепленными в замок руками со всей силы влепила Раде Сергеевне по голове. Сплетенная из сена часть Радиной головы лопнула, как треснувшая подушка, и обвисла, будто сдувшийся шарик, а Галька вцепилась ногтями в физиономию вновь обретенной тетки.

— А ты тикай! — рявкнула она Ирке. — Мабудь, неправду про тэбэ Панас казал! До поганой людыны тетка Рада чипляться не станет! Що я, батину сестрицу не знаю!

— Аристарх, козел, сделай что-нибудь с этой деревенской дурой! — визжала Рада Сергеевна.

Пространство вокруг портала задрожало, выворачиваясь, как старый носок. Оно то ломалось, будто изображение в разбитом зеркале, то восстанавливалось, по ушам хлестнул жуткий рев, Ирка увидела, как над Мертвым лесом восстал Пес! Был это Пес из камня и льда, сверкающего под солнцем, и крутящийся вокруг него неистовый ветер трепал шерсть из полыхающего огня, искры разлетались вокруг как капли крови, осыпая Мертвый лес. И созданный Айтом водный заслон лопнул!

Козел-Аристарх развернулся и нацелил рога на развоевавшуюся Гальку…

— Хиба сама не с той же деревни! И на мамку мою ты завжды наговаривала, брехуха старая! — продолжая молотить Раду кулаками, вопила Галька. Парик улетел в сторону, открывая жуткий, прошитый стежками сухой травы Радин череп. Галька захохотала, Рада заорала и вцепилась племяннице в волосы. Старый ржавый гвоздь выпал из ее руки и покатился по полу…

Внутри Ирки словно разорвалась туго натянутая струна — она отдернула руку, зеленое свечение погасло, и портал осыпался на пол горкой серой пыли. Пространство стремительно вывернулось обратно, исчезли Мертвый лес и громадный Пес на горизонте.

— Сейчас! — чувствуя, как отпускает оцепенение, заорала Ирка. — Сейчас!

И почему только Айт ее не видит?! Знал бы, что не он один предусмотрительный!

Скандальная пестрая тетка топнула ногой. Нелепое платье-балахон задрожало маревом, и… роскошная, холеная, сверкающая вычесанной шерстью коза пушечным ядром врезалась в бок Аристарху, не дав ему доскакать до Гальки. Острые, как два меча, рога вонзились козлу в бок. Его глаза выпучились, будто хотели сбежать с покрытой шерстью морды, истошно мекающего бывшего «ведьмовского менеджера» вздели на рога… коза с размаху швырнула его об пол — и тут же подняла на рога снова…