Чтение онлайн

Идеальной чистоты поверхности добиться не получалось, поэтому соединял части рамки под небольшим наклоном, так делают формы для металлических слитков. С этой работой и провозился несколько дней, сделав три десятка кривоватых рамок. Небольшую кучу глины уже натаскали, и для начала мы стали лепить небольшие плоские глиняные блины, выкладывая их рядами для просушки.

Затем их обжигали и дробили на мелкие кусочки. Кирпич ведь толстый, такой объем материала при обжиге пойдет трещинами. Вот мне и понадобился наполнитель, осколки уже готовой обожжённой керамики.

За этим занятием прошла неделя. Земля уже не была сплошным болотом, и люди стали все чаще выходить из лагеря. Недалеко, на склоне балки, обнаружили выход пластов камня, вполне подходящего для выкладывания фундаментов. Вот добыча этих материалов - глины и камня - и стала основным заданием для племени.

На поиск железной руды со мной отправились четверо - Гер, Ант и близнецы. Куда идти, я знал, хоть и приблизительно, моей целью был район Гуляйполя - родины знаменитого анархиста из будущего. Поэтому, пройдя на запад два дня и преодолев около сорока километров, мы остановились. На следующий день начали поиск по спирали, отходя все дальше. Получив описание руды - темно серых камней, с красновато - бурым налетом, мои спутники внимательно осматривали землю, склоны оврагов, подбирая все, что хоть приблизительно подходило под описание.

И почти сразу мы наткнулись на разгромленную стоянку кроманьонцев. От поселения пигмеев мало что осталось - растащенные хищниками кости, кучи пепла от сгоревших жилищ, и горы мусора вокруг. Долго в этом месте мы не задержались, и продолжили поиски.

Первую находку сделал Гер. Принесённый им камень был весь покрыт ржавым налетом, он уже очень давно пролежал на воздухе. Отметив место находки, стали искать рядом, разрывая землю. И вскоре обнаружили крошашийся пласт бурого железняка, выходивший в этом месте на поверхность. Около него и разбили стоянку. Железистый кварцит довольно прочен, и поэтому приходилось искать небольшие кусочки, или разбивать камни вдоль трещин. Наполнив мешки, мы отметили это место, выложив из камней небольшую пирамиду, и, оставляя зарубки на деревьях и запоминая местность, отправились домой. Обратный путь потребовал в два раза больше времени.

Пробираясь по краю лесного массива, мы часто видели в степи небольшие стада диких лошадей. Поймать жеребят будет непросто, но вполне возможно. Вот только построить крепкий загон пока нереально, и они или снова разбегутся, или станут пищей для волков. Да и простейшую телегу без железных инструментов не сделать …

Перемешать тяжести на такое расстояние дело неблагодарное, но пока выбора не было. За этот поход мы доставили в лагерь около двухсот килограмм мелко раздробленной руды. Содержание железа в кварцитах около тридцати процентов, при выплавке часть металла уйдет в чугун и шлак. Хорошо, если после всех усилий я получу пятнадцать - двадцать килограмм пригодного для создания инструментов металла. Поэтому походы к обнаруженному месторождению будут продолжаться и дальше.

За время моего отсутствия Фет привел своих родичей, и нас стало на пятнадцать человек больше. И уголь он принес, как и обещал. Правда, этого мне не хватит даже на одну плавку, поэтому после небольшого отдыха его ждал новый поход в родные края. Мужчины и женщины племени спешно достраивали три новые юрты, размещая прибывших людей.

Да, сейчас наш лагерь и близко не напоминал обещанный рай, скорее наоборот… Чёрное пятно выжженной, засыпанной золой земли в центре, где постоянно горит огонь. Кольцо неказистых юрт, за ним - завал из вырубленных ранее ветвей. Его уже начали постепенно растаскивать, сжигая в кострах. Дальше, за полосой ловушек и капканов - огромный стог стеблей тростника, кучи лозы, глины, камней, руды и угля.

К запахам дыма, жареного мяса примешивался приносимый порывами ветра совсем неаппетитный "аромат" выгребной ямы на краю леса, отмокающих в глиняных горшках кабаньих шкур, кто-то уже начал варить костный клей… С приходом тепла стоянка все больше напоминала муравейник, где каждый тащил в дом все, что могло принести пользу.

Сегодня вечером произошло ещё одно важное событие - наш лагерь получил наконец название, и мог официально считаться стационарным поселением.

Между собой неандертальцы все чаще упоминали словосочетание "место силы" или "место победы", Лант Эрр или Лант Инр. Не долго думая, продолжаю понятную только мне традицию названий, и слегка меняю звучание фразы, объединив оба варианта на древнерусский лад. В далёком будущем мои предки славяне вкладывали в похожее слово сакральный смысл. Латырь, алатырь - камень, "отец всех камней" фигурировал во многих мифах, легендах и сказаниях, он надеялся великой силой.

Новый вариант - ЛАНТИРСК - устроил всех, и с этого дня стал названием только-только зарождающегося города.

Наблюдая за уходящими за рудой и углем отрядами, по пять человек каждый, группой охотников, ватагами подростков, потащивщих к Аркаиму новые верши, я понимал - мне не хватает рабочих рук. Да и останавливаться на нынешней численности населения не стоило, прокормить мы могли намного больше. Нужно собирать ближайшие рода неандертальцев, найти их не составит труда - родичи Фета знали о стоянках всех семей, и послужат проводниками.

Вот только как уговорить их работать на совсем не лёгких строительных работах? Они должны увидеть лучшие условия жизни, чтобы переселиться. А у нас даже до постройки первого дома дело не дошло…

Стоп! Ведь ключевое слово - "увидеть". Мои люди, когда я рассказывал о каменных домах и средневековых городах, не только слышали мои слова, но и видели картинки. Мы не входили в транс, отводя взгляд от огня, как только чувствовали границу, за которую не стоит переходить, но и этого хватало. И в пламени костра проявлялись нечёткие, но вполне понятные образы невиданных здесь построек.

А что, если вот так показать свои мысли окрестным семьям неандертальцев? Да и надавить авторитетом Говорящего с огнем можно… Решено, завтра же отправляемся, нечего им прохлаждается, когда тут работы непочатый край!

В поход к ближайшему роду Горностаев со мной отправились шестеро мужчин и четыре подростка. С тех пор, как метание дротиков освоили даже дети, подростки считались вполне самостоятельными боевыми единицами. С собой взяли образцы вещей, сделанных в племени.

Мы пошли на юго - запад, и скоро лес стал исчезать, уступая место степи. Стада туров, бизонов и диких лошадей то и дело мелькали на горизонте. Один раз заметили пару десятков коз. Вдоль небольших озёр сотнями гнездились вернувшиеся лебеди, гуси и утки, да и при движении мы уже не в первый раз пугали куропаток. Это тоже хороший источник пищи, и осенью здесь можно хорошо поохотиться!

Стоянка искомой семьи была на склоне очередной балки. Их жилища отличались от виденных мною ранее - фактически это были полуземлянки, частично заглубленные в почву, и перекрытые навесом из жердей и плохо выделанных шкур.

Считаю "дома" - двенадцать. Нас заметили, из жилищ высыпали люди, сжимая в руках оружие. Копья так себе, наконечники из местного камня, а его очень сложно приспособить под это дело.

На вид - такие же темноволосые крепыши, как и семья Фета. Одеты по-разному, но большинство шкур сильно истерлись, ворс высыпался, да и грязи на них порядком…