Чтение онлайн

Взрыв испепелил Вогеля и сбил с ног остальных. Огонь накрыл помост, подрывая цепь гранат, врытых вокруг входа в тоннель. Вторичный взрыв от мгновенно сдетонировавших снарядов обрушил центнеры камня, перекрыв водосток.

Нарек, отброшенный сначала ко входу, а потом, при втором взрыве, от него, лежал на земле, оглушенный, но живой. Он утянул Элиаса вниз, пытаясь уберечь от опасности. Может, он и ненавидел темного апостола, но долг оставался долгом.

Сквозь огонь и дым охотнику удалось разглядеть четырех легионеров, выходящих из колодца с болтерами на изготовку. Он метнул нож, проткнув горло одному из Саламандр прежде, чем тот успел выстрелить.

Дагон вскинул к плечу винтовку, собираясь застрелить второго, когда выпущенный издалека снаряд с воем угодил ему прямо в висок. Снайпер был уже мертв, когда упал на помост.

Болт-снаряды со стороны погруженных в воду легионеров разорвали Мелаха, даже не успевшего полностью вытащить пистолет, на части.

Элиас, оказавшийся почти полностью под Нареком и не способный шевелиться, все же дал короткую очередь и подстрелил одного из легионеров, бежавшего из воды с клинками в руках. Нарек подозревал, что у них заканчивались — или уже закончились — боеприпасы, поскольку концентрированный огонь мог бы решить исход боя гораздо быстрее. Он вдруг задумался, для чего лоялисты могли беречь патроны.

Еще шестеро перелезли через край сточного колодца. Один наступал впереди остальных. Он был Саламандром и центурионом.

Оценив число бойцов, Нарек пришел к выводу, что силы были примерно равны, вот только из многочисленного отряда, ждавшего в тоннеле, до обрушения успели выбраться лишь пара воинов. К тому же у лоялистов был план и эффект неожиданности.

Элиас уже поднялся. Он выстрелил навскидку, попав офицеру Саламандр в плечо. Тот запнулся, но продолжил бежать вперед, замахиваясь массивно выглядящей глефой.

У Нарека были другие заботы: на него бросились двое из колодца. Один выпад он отразил выхваченным из ножен гладием. Второе оружие поймал предплечьем, подтянул легионера к себе и разбил ему вокс-решетку резким ударом головой.

Саарск вступил в бой с несколькими Саламандрами из-за края колодца. Он успел проткнуть ножом одного и выстрелить в другого, прежде чем снайпер оставил дыру в его груди, и остальные швырнули Несущего Слово на землю и прикончили.

Нарек видел, как офицер Саламандр влетел в Элиаса и повалил его. Вцепившиеся в друг друга воины рухнули на помост, который треснул под их весом. Мгновение спустя он переломился, и все, кто на нем был, оказались в грязной воде. Она потушила огонь, до сих пор трещавший на броне Нарека, и он воспользовался неожиданной сменой условий, чтобы выпустить пистолетную очередь в упор в одного из противников. Саламандр с хрипом опрокинулся в воду.

Второго легионера Нарек ударил локтем в горло, погнув горжет и почти перебив трахею, и тем самым решил проблему с ближайшими врагами. Элиас и Саламандр при падении разлетелись. Они находились у края колодца, за которым, далеко внизу, был резервуар с грязью. Не обращая внимания на легионеров, уже начавших перегруппировываться после стремительной контратаки Несущих Слово, Нарек бросился прямо к Элиасу.

— Что ты делаешь? — крикнул темный апостол.

Противник имел огневое превосходство, а вдалеке на них уже целились из снайперской винтовки. Остальные бойцы истребительного отряда либо погибли, либо погибнут в ближайшее время, а все их подкрепление оказалось заперто в тоннеле без какого-либо землеройного оборудования.

— Спасаю нас, — рявкнул Нарек, схватил Элиаса и прыгнул за край колодца, в пенящийся водоворот далеко внизу.

Нумеон подбежал к краю колодца и едва не прыгнул вслед за ними.

Капитана остановил Леодракк, оттащив за наплечник.

— Мы и так многих потеряли, — сказал он, но тут же перегнулся через край и прицелился из болтера.

— Побереги патроны, — с горечью бросил ему Нумеон. — Они скрылись.

Подавив гнев, Леодракк подчинился и опустил болтер.

— Мы его почти сделали. Ублюдок.

— Он захочет отомстить. Мы его еще увидим.

— Ты видел его руку? — спросил Леодракк. — Его был ранен. Совсем недавно.

— Но не нами.

— И не одним их своих?

— Нет, — задумчиво ответил Нумеон. — Чем-то иным.

Несколько секунд понаблюдав за каскадами жижи, продолжавшей литься из водостока, и не обнаружив ни одного Несущего Слово, которого бы могло бы подхватить течение, они отошли от края.

К'госи был жив. В том месте, где Несущий Слово воткнул в него клинок, нагрудник заливала кровь, но в остальном он был цел. Давно израсходовав запасы прометия, он раздраженно сжимал и разжимал левую руку в латной перчатке. Правая лежала на груди Шен'ры.

— Мы не забудем о твоем самопожертвовании, брат, — тихо говорил он, опустившись на колени у тела технодесантника, которого перед этим перевернул на спину. От помоста остался только тот кусок, на котором покоился Шен'ра, остальные же стояли по колено в жиже.

Технодесантник был не единственным погибшим. Дака'рай тоже был мертв; он лежал на спине в грязи, а из его шеи торчал нож. Укра'бар был ранен из болтера в упор, и он больше не встанет. У всех остальных были незначительные повреждения, ни одно из которых не могло сравниться с душевной раной, нанесенной гибелью братьев.

Все присутствующие склонили головы, но Леодракк не удержался:

— Мы даже не можем их сжечь.

— Нет, не можем. — Нумеон подошел к распростертому телу одного из подбиральщиков

и забрал плащ К'госи, чтобы ему вернуть. — Поэтому мы должны почтить их иным способом.

В его левой руке было фульгуритовое копье. Он вырвал его из ножен темного апостола во время боя.

При виде этого непримечательного предмета отчаяние сменилось надеждой, хотя никто из смотрящих на копье не мог объяснить почему. Оно потрескивало от скрытой мощи, светилось изнутри золотым, провозглашая величие Императора и его околобожественность. Строжайшие меры предпринимались для того, чтобы рассеять представления об Императоре как о боге, но его сила всегда говорила об обратном, несмотря на стремление искоренять суеверия и просвещать. В последние месяцы истинность новой парадигмы подверглась сомнению, ибо во вселенной обитали не только смертные, будь то люди или ксеносы, но и боги, и большинство из них были злокозненны. Несущие Слово верили в них, даже искали расположения их слуг. У них была вера, но объекты ее были ужасны.

Подняв копье, Нумеон осознал, что тоже верит: в Императора, и его замысел для галактики и человечества, и в то, что примарх был жив. Сила, заключенная в фульгурите, казалось, зажгла эту веру. В них всех.

Он осторожно провел пальцами по значку, висящему на поясе.

— Вулкан жив, — просто сказал он.

И каждый легионер, стоящий перед ним, отозвался. Сначала К'госи и Икрад.

— Вулкан жив.

Затем Г'оррн и Б'тарро.

— Вулкан жив.

И Хур'вак с Кронором.