Чтение онлайн

Следующим сидел Аргус Байлот. А вот генерала, наоборот, значительная часть жителей планеты люто ненавидела. Именно его, последователи Великого Координатора считали едва ли не главным виновником свержения диктатора.

Аланские представители Совета Олеся мало интересовали. Хотя и их досье русич внимательно изучил в Геленджиле. Больше всего стоило опасаться Кору Лейбвил. Довольно импульсивная и несдержанная женщина. Она выбралась на вершину власти из самых низов и постоянно хотела показать, что это не случайность. Удивительно, но ей поручили заниматься культурой, спортом и образованием. А ведь у аланки даже не закончен университет. Зато Лейбвил активно участвовала в подготовке восстания.

Пути господни неисповедимы. Тысячи непосвященных заняли высокие должности, явно не соответствующие их интеллекту. Размышления землянина прервал Никлас Прайлот.

— Дамы и господа, — проговорил председатель. — Хочу вам представить офицера генерального штаба, руководителя обороны четырех секторов, майора Храброва.

Члены Совета дружно поднялись со своих мест и подчеркнуто вежливо кивнули головами.

— Прошу садиться, — вымолвил Прайлот.

Олесь не знал, относится ли реплика Никласа к нему, и остался стоять. Жестом руки тасконец наконец показал русичу, чтобы он устраивался в кресле. Разгвор предстоял длинный.

— Олесь Храбров, — громко зачитал председатель, — тридцать пять лет, женат, имеет ребенка. Родился и вырос на планете Земля. По программе «Воскрешение» доставлен на Оливию. Участник первой экспедиции. Не раз проявлял храбрость, рассудительность и выдержку. Три года служил наемником на космодроме «Центральный». Вместе с товарищами захватил партию стабилизатора и бежал. После долгих скитаний по Тасконе повстречался с Аргусом Байлотом. Прошел курс специальной подготовки. По представлению начальника разведки ему был разрешен доступ в подземный мир. Спустя два года внедрен в исследовательскую группу, отправлявшуюся в звездную систему Аридана. Блестяще действовал на Акве. Благодаря Храброву проведена эвакуация колонистов и захвачен в плен один из горгов. После возвращения направлен в Чанкок. Принял активное участие в штурме бункера Великого Координатора.

На мгновение воцарилась томительная пауза. Ее нарушил Таунсен.

— Браво, майор! — воскликнул тасконец. — Блестящая биография. Таким послужным списком можно только гордиться. Интересно, в новейшей истории этих планет есть событие, к которому вы не приложили руку?

Русич неопределенно пожал плечами. Хвалить себя он не привык.

— Я не случайно перечислил ваши заслуги, — продолжил Никлас. — Мы не хотим, чтобы у общественности сложилось впечатление, будто Совет пытается найти крайнего в случившихся событиях. Это не суд, а попытка разобраться в допущенных ошибках. Человечество едва избежало катастрофы. Если бы горги прорвались к Алану, потери исчислялись бы миллионами. Ситуация заставляет нас задавать прямые и жесткие вопросы.

— Я готов на них ответить, — спокойно произнес землянин.

Вступительная часть закончилась. Прайлот сел на свое место. Наступало время допроса. Интересно, кто начнет атаку первым? Олесь искоса поглядывал на Торна. Тасконец что-то неторопливо писал на листе бумаги. На лице — полная отрешенность.

— Господин Храбров, — послышался высокий, надрывный голос Лейбвил. — О ваших взаимоотношениях с полковником Сорвилом, генералом Байлотом и представительницей Оливии Зендой Тиун всем хорошо известно. В последние дни средства массовой информации…

— Я не скрываю дружбу с этими людьми, — проговорил русич.

— Превосходно! — улыбнулась Кора. — В таком случае, не показалось ли вам странным столь высокое назначение? Простой майор и вдруг, начальник обороны четырех секторов.

— Хочу сразу поправить, — заметил Олесь. — Здесь сидит не простой майор, а офицер генерального штаба, два года занимавшийся стратегическими планами защиты звездной системы Сириуса. Мне хорошо известны достоинства и недостатки космических баз и боевых кораблей. Что касается назначения, то я не вправе его обсуждать. Приказы в армии должны выполняться беспрекословно. Единоначалие — ключевой стержень дисциплины.

— Понятно, — женщина кивнула головой. — Но вы не будете отрицать некое несоответствие военной иерархии. Многие офицеры на «Альфе-2» остались недовольны таким решением командующего. В частности, майор Корсон. Он был отстранен от дежурства.

— Офицер вел себя чересчур дерзко и вызывающе, — вымолвил Храбров. — Для наведения порядка мне пришлось прибегнуть к суровым мерам. Во время боевых действий я бы приказал его расстрелять. Командир, проявляющий слабость и нерешительность, не заслуживает уважения.

— Довольно ясная позиция, — вмешался Ормерот. — Вы жесткой рукой навели порядок и объявили эвакуацию гражданского населения станций. Но почему оказался брошен на произвол судьбы персонал «Яниса-97»? Ведь ни у кого не возникало сомнений, что насекомые нападут на базу. Погибли сотни людей. Ни одно судно мобильной группы не пришло им на помощь.

— Предлагаю заслушать свидетеля, — вставил председатель. — Майор Красс, руководитель технической группы «Яниса-97». Благодаря его четким действиям спаслось двадцать семь человек.

Огромный голографический экран справа от русича неожиданно вспыхнул. Худощавого светловолосого аланца Олесь вспомнил сразу. Красс сдержал свое обещание выступить на Совете.

— Господин майор, — произнес Прайлот, — мы внимательно слушаем вас.

Техник заметно волновался. Его руки судорожно теребили нижний край кителя. Внимательно посмотрев на землянина, Красс с нескрываемой злостью проговорил:

— Наша станция являлась составной частью линии обороны. Мы рассчитывали на поддержку крейсеров. Однако ее не последовало. Начальник обороны равнодушно наблюдал за уничтожением базы. Корабли противника расстреливали «Янис» в упор.

— А командир станции просил о помощи? — поинтересовалась у аланца Зенда.

— Я не знаю — растерянно ответил майор. — Мое место в техническом секторе. Оттуда до боевых рубок далеко. Затем в коридорах вспыхнули пожары…

— В таком случае, как вы можете судить о правильности принятых решений, — вымолвила гетера. — Эмоции — не лучший советчик. Терять товарищей всем тяжело.

— Госпожа Тиун, не надо давить на свидетеля, — с укоризной сказал Никлас.

Экран голографа тотчас погас. Ничего ценного Красс больше добавить не мог. Члены Совета терпеливо ждали пояснений Храброва. Выдержав паузу, русич устало выдохнул: