Чтение онлайн

Зато другое доп. задание выполнили — 500 треллов с небольшим мы с собой таки забрали. К слову, никого из братства с собой мы не взяли, Нуки об этом попросил, а я не смог отказать. Хотя, чего уж душой кривить — не особо мне нравилось, что на наших островах может появиться группа людей, прекрасно умеющих сражаться, и людей, которым нечего терять. В конце концов, одно дело - проиграть в том сражении, и совсем другое - всю жизнь тянуть лямку трелла. Они на это не пойдут. И когда кончится их терпение — они наломают дров. А оно мне надо?

Что не говори, а набег выдался крайне удачным — разграбили ярмарку, смогли захватить столицу. Жаль, конечно, что нас так мало. В ином случае смогли бы повеселиться дольше. В том числе взяли бы и дворец.

Но чего жалеть о том, чему не суждено случится? Во всяком случае, сейчас. Главное — мы живы, мы возвращаемся домой, и возвращаемся мы не с пустыми руками.

Теперь осталось без проблем прибыть домой.

Ортанг беззвучно рыдал, сидя на берегу миниатюрного острова. Того самого, где он сам и его семья многие годы скрывалась от бед и проблем, случись такие на большой земле.

Но в этот раз остров не смог защитить, не смог помочь.

Старик проклинал свое немощное тело, которое не позволило ему в тот день отправиться на яле вместо сына. Проклятая старость, проклятые болячки! Его скрутило так, что пошевелиться не смог. Он лежал, двигая лишь глазами, и просил сына не плыть, остаться на острове с ним, невесткой и детьми. Но его сын был непреклонен — что скажет благородный господин, если его просьба, за которую было дорого уплачено, не будет выполнена?

И вот, прошло уже два дня, а на горизонте ял так и не появлялся. Еще вчера старика словно бы что-то кольнуло в сердце, что-то екнуло. И он тут же понял — его единственного сына больше нет…

Ортанг сидел на берегу, глядел вдаль, надеясь увидеть знакомый парус, и сам же не верил в то, что это случится.

Слезы текли по его обветренному, морщинистому лицу, однако он не издал ни звука — дети и женщина не должны видеть его слез, не должны догадаться, что случилось. И он им не скажет правду, она не узнает, что муж уже никогда не вернется назад, а дети, что они уже никогда не увидят отца.

Сегодня он, как и прежде, пришел на берег с первыми лучами солнца, и начал вглядываться вдаль.

Ял не появлялся.

Зато далеко, на самом горизонте, старик разглядел корабли. Было их много - десяток, а может и больше. Они уходили в открытое море, а шли со стороны столицы.

И это не были корабли, которые ему доводилось видеть раньше.

Скорее уж, это были корабли тех, о которых последний год ходили жуткие слухи. А еще старик увидел дым, поднимающийся в небо. И дым этот был точно над столицей.

Старик сжал кулаки. Он уже понял, что случилось, что произошло. Он догадался, кто плывет на этих кораблях и что означает дым над столицей.

Вот, значит, для кого нанимали рыбаков, вот для кого предназначался сигнал…

Старик сжал кулаки уже прямо-таки до боли.

Гвардеец должен за это заплатить. Должен! Ведь именно он виноват в смерти его, Ортанга, сына.

И старик знал, кого заинтересует рассказ о гвардейце, заплатившем рыбаку. Знал, кто услышит слова, поймет суть. А главное, он знал, кому присутствие того самого гвардейца совсем не по душе.

В конце концов, сам Ортанг хотел бы, чтобы гвардейца наказали. Жестоко наказали. И даже не за смерть его, Ортанга, сына. А за предательство. Люди Редвола, король, дали приют этому наемнику, этому лукавому обманщику. И как он им за это отплатил? Предал их, отдал ватаге дикарей!

Ортанг вытер слезы с лица, вернулся к хлипкой лачуге, где еще спала его невестка и внуки.

— Вставайте, — сказал он, — пора возвращаться домой.

— Р`мор!

Я довольно-таки долго наблюдал за тем, как Нуки гоняет по небольшой зеленой лужайке Рагнара, Р`атора и Болли.

Все четверо раскраснелись, уже обливались потом и дышали, как загнанные лошади.

Продолжалась эта тренировка уже достаточно продолжительное время — пару часов точно. Именно поэтому я не то что не услышал, как Нуки позвал меня, а попросту пропустил это мимо ушей — пока они тренировались, я глубоко задумался, и вывести меня из этого состояния одним окриком было сложно.

А подумать было над чем.

Мы удачно вернулись из похода, мы привезли кучу золота, трофеев, треллов.

Едва только драккары коснулись родного берега, как тут же все добытое стали выгружать, сносить на площадь.

А затем Копье, как главный казначей, поделил добытое согласно долям участников.

И, казалось бы, сейчас самое время закатить пир, устроить гуляния…но нет.

В этот раз все пошло несколько по иному сценарию.

Большая часть трофеев была вновь погружена на драккар, большая часть участников нашего похода вновь оказались на кораблях. Нет, они не собрались в новый поход, они собирались продать ненужные трофеи и приобрести нечто, что им сейчас необходимо.

Ну да, я ведь совершенно забыл, что заключил мир с ярлом Рорхом (который теперь является персонажем Владимира Григорьевича). А это значит, что теперь мы можем спокойно торговать на самом крупном рынке островов.

Большая часть треллов будет продана именно там. Причем я на это рассчитывал, потому и забрали с материка в качестве треллов вдвое больше женщин, чем мужчин. Мужчины-треллы ну продажу не планировались, им предстояло заняться строительством наших городов, работать на наших землях.

И, к слову, такой подход давал свои результаты: еще с прошлого похода на островах появилось множество чужаков, которые выполняли самую тяжелую работу. А вот северяне, сбросив с плеч эту проблему, уделили время другим делам, военному делу в частности. Именно поэтому последний поход (извините, крайний) был удачным — пусть у меня пока и немногочисленная армия, однако каждый воин отлично обучен, прекрасно сражается. Единственное, чего не хватает — это дисциплины.

Но эту проблему я намерен решить, то есть уже решаю.