Второй
Шрифт:
– Помню. Я видел не тело, а черный черный кокон. Словно голову обмотали большим плотным тюрбаном.
– Вот именно. А Второй видел обычного человека спрятавшегося с опасной бритвой у тебя в спальне. В этом-то и разница.
Ладно. Я вижу ты устал. У тебя болит голова. Она не только из-за спиртного болит. Водка вчера как нельзя кстати была, заодно и продезинфицировались. От вспышек голова еще больше болеть будет. Это правда. И, в том числе, поэтому у тебя настоящий дар. И ты нам действительно нужен.
Тем более, что идти тебе некуда. Дома точно никто не ждет. Родни особой нет. Друзей тоже. Тебе же без разницы должно быть от куда в интернет ходить.
И отпустить тебя сейчас мы не можем. Не потому что не хотим, а потому, что ты даже из города не уедешь. Нас сейчас Михаил сторожит. Так вот, как только мы приехали, он доложил, что нездоровая активность на дороге началась. Машины ведут себя странно.
Да, Ян. Куклы и на машинах ездят и поездами иногда управляют и даже в милиции генералами работать могут. Так что в будущем что угодно ожидать можно и план перехвата на весь город и проверки на дороге. Тебя или убьют или заставят умереть самостоятельно. Ты этого хочешь?
Конечно я не хотел. Я и так вчера перепугался не на шутку. И меня полночи трусило, как представлю и вспомню, что САМ пистолет к голове подносил и почти курок нажал.
– И что мне теперь делать? – я реально растерялся. Я представил как за мной начинают ходить куклы или как меня в подворотне ждет какой ни будь головорез с бритвой.
Старик пожал плечами.– А это конечно решать тебе. Как бы два варианта. Или ты сразу принимаешь реальность такой, какая она есть и мы работаем вместе. Никто никого насильно держать и заставлять не будет. Через силу ни ты работать не сможешь, ни данные полученные от тебя нас не устроят – все проверять придется.
Можешь уйти. Хочешь, сейчас. В округе не так много кукол. Тебе может повезти и ты доберешься к жилью, но…Ты видел что будет.
Второй может отвезти к вокзалу. Высадит, купит билет и посадит в поезд. Но нет гарантии, что, во– первых, ты доедешь хоть куда-то, а, во-вторых, что сам поезд уцелеет. прилипалы никого не жалеют. Это правда.
Вот такие перспективы.– Что я должен буду делать?
– Смотреть. Быть поводырем. Это все. Рядом всегда будет Второй. Телохранитель. Личный. 24 часа в сутки.
Глава третья Вечер– Из Берлоги не выходить. Дверь не открывать. Условный сигнал ты знаешь. – это мне Второй перед уходом мозги промывал. – Буду через час-полтора. Тебе надо хоть какие-то вещи найти на первое время. Я работаю сегодня в качестве доброй феи.
– Угу. А я в роли Золушки – сиди, жди полуночи, пока моя голова не превратится в тыкву?
Второй расхохотался. С чувством юмора у него иногда перебор выходит. Дикие условия, дикие люди. У меня похоже тоже.
Я запер на дополнительный засов дверь, уселся в большое, явно новое кресло и включил ноут. Соскучился я по инету. Но Второй мне строго-на-строго запретил выходить в эфир. В пасьянсы можно, а в сетку ни-ни. Нарушать приказ я не собирался. Пока еще реально страшно было.
Мой мир перевернулся с ног на голову. И в эту голову столько всего впихнули, что новая информация просто не лезла. Я действительно попытался пораскладывать пасьянс, потом забил на это. Побродил по содержимому рабочего стола. Попробовал копнуть чуть дальше, но у Второго на всем стояли пароли, а возиться сейчас просто не хотелось. Из легко добытых трофеев – фотка Второго с кареглазой девицей. Неплохая подборка порнухи и что-то типа заметок на полях. В заметки заглянул, каюсь не без греха. Но почти ничего не понял даже из первого блока, а посему решил пока не усложнять себе жизнь.
Походил по берлоге. Позаглядывал по шкафчикам и полкам. Такое чувство возникло, что я не в жилище нахожусь, а на армейском складе – оружие, ножи, инструменты. И соль в большом количестве. Из книг либо эзотерика, но Второй читающий подобную литературу у меня как-то в голове не укладывался, либо подборки Men's Health и АвтоРалли. Ну а чем еще настоящему мужчине развлечься в таком богом забытом месте.
Я наверное никогда бы не приволок в свои квартиру незнакомого человека. А тем более не оставил бы его одного. Не люблю когда в личных вещах роются. Это как в твою голову забраться и всех тараканов пересчитать.
Но у Второго и считать-то нечего. Слишком просто и предсказуемо. И безопасно.
В Берлогу меня конечно Второй привез. После нерадостного разговора, непонятного договора о непонятном сотрудничестве непонятно с кем. Старик мне так и не сказал кто именно они такие.
Честно, я вообще не понимал ни целей, ни мотивов. Какой-то отряд состоящий неизвестно из кого, взял на себя ответственность за судьбу человечества и пытается предотвратить угрозу заражения. Самостоятельно, не ставя никого в известность. Здорово, но совершенно не вписывается в реальность. В эту страну, в этот город, в растущую инфляцию, в ипотеку, в банковские проценты, в рутину обычной городской жизни, в планы на будущее, такие как семья и карьерный рост. Люди думают и живут не так. Люди не ходят с обрезами и ножами, люди не взрываются черным пухом и люди не кончают жизнь самоубийством просто так. А это все просто затянувшаяся компьютерная игра. Не моя реальность. Не мой мир. Не моя жизнь. Я вообще себя слабо представляю идущим в ночной рейд или вместе со Вторым выслеживающим очередную жертву. Я же другой. Я не из этой системы. Вот Второй очень здорово вписывается в городские бои и спасательные операции. Он словно написанный кем-то персонаж, прокачанный и готовый к любым неожиданностям Я побродил по берлоге в другую сторону (четыре метра на шесть), изучил коллекцию ножей, потрогал слой пыли на полках, оценил всю прелесть побеленного в прошлом веке потолка и стало мне, неожиданно, как-то слишком тоскливо. Второй похоже по поводу своего жилища вообще не парится – живет как живет, просто, без особых удобств. А на меня эти стены начали давить уже минут через 20. Чувство, что ты сидишь в бункере и пережидаешь ядерную войну. И была очень явная перспектива пережидать эту войну в этом месте всю жизнь. Не хочу. Не хочу. У меня было чувство, что меня обманули. Я пока не понял в чем, но обманули. Зря Второй ушел. Меня с такими мыслями в голове одного оставлять нельзя. Я с ума сойти могу. Сидеть на одном месте – не сиделось. Шагать по берлоге было особо некуда. Да как же он тут живет-то, этот Второй? Волком взвыть можно. Есть хотелось невероятно, со вчерашнего вечера ни крохи во рту. Я осмотрел крохотный закоулок отведенный под кухню, обнаружил пакет с картошкой и пару луковиц. Сковороду не нашел, но попалась на глаза объемная кастрюля, а в углу увидел сиротливую банку тушёнки. Вот и славно. Роль Золушки на сегодня мне даже нравилась. Второй появился четко в тот момент когда вся тушенка перемешалась со сварившимся рассыпчатым картофелем.– Обед? – Он даже удивился.
– Или ранний ужин. Иди очень поздний завтрак.– Ответил я ему в том же тоне. Взял у него несколько тяжелых пакетов. В одном друг об друга призывно звякнули бутылки.
– Пиво. К обеду хлеб, колбаса, сыр. Я не сильно специалист по готовке. Планировались просто бутерброды.
Во втором пакете все, что может пригодится до тех пор, пока я тебя самостоятельно в город отпускать начну. Нормальная 'аляска', обувь, ну и так по мелочам – полотенце, нижнее белье, футболки, зубная щетка. Расцветка и размер на мое усмотрение , если что, извини. Но ты вроде не девица-красавица, тебе, типа, все равно должно быть в каких труселях по берлоге ходить.
Я закашлялся. В определенные моменты желание двинуть Второго было просто огромным. Пиво светлое. Пара бутылок безалкогольного, пара обычного.
Накрытый стол. Накромсанные Вторым бутерброды. Кастрюля с дымящимся картофелем. Чем не идиллия. Если только забыть где и почему я нахожусь. И вместо Второго представить какую-нибудь особо привлекательную девушку, типа, Памелы Андерсон или Кармен Электры. Вот тогда бы была идеальная картинка.
– Безалкогольное мое. У меня вечером еще обход территории намечается.