Чтение онлайн

В общем, решили с гастролями повременить. После такого стресса, да ещё и на фоне отсутствия транспортного средства… Я высказал идею, что хорошо бы нам приобрести собственный автобус, чтобы ни от каких АТП не зависеть. Даже заставил Гольдберга составить мне компанию во время визита к директрисе Дворца культуры, чтобы обсудить этот вопрос. Антонина Геннадьевна напомнила, что при ДК имеется как раз «ПАЗик», но он привязан к учреждению, выполняя большой объём работы, в том числе по перевозке творческих коллективов на гастроли по области. Впрочем, учитывая, что мы зарабатываем для ДК неплохие деньги (10 % отчислений от наших концертов, как сразу и договаривались, шли в казну Дворца культуры), то она обратится к руководству Пензенского отделения Куйбышевской железной дороги насчёт возможности приобретения хотя бы подержанного транспортного средства.

После той истории в Саратове Валя и Гольдберг стали поглядывать на меня… в общем, опасливо коситься, словно я и с ними мог проделать нечто подобное, типа закопать живьём. Понятно, в глазах этих двух представителей миролюбивого иудейского племени я чуть ли не гестаповец. Но, в конце концов, я же никого не убил и даже не покалечил. Я вообще выжал максимум возможного из столь щекотливой ситуации. Надеюсь, со временем эти косые взгляды в мою сторону исчезнут, и мы снова станем одной семьёй.

А пока суд да дело, страна отметила День космонавтики, и я, глядя по телевизору праздничный концерт, в очередной раз пожалел, что не дорос ещё до выступлений на таких ответственных мероприятиях. Тем не менее решил, что на следующей репетиции представлю своим архаровцам песню «Трава у дома». Текст по большей части я помнил, подобрать аккорды, думаю, не такая уж большая проблема, навскидку рабочей правой набросал ноты, покажу их Вальке, пусть по ним попытается сыграть, я подскажу в случае чего. Соло… Оно играется легко, но всё равно это я уже сам потом подберу.

А пока нужно готовиться к поездке на юбилей Аллы Борисовны. Приглашала она меня ещё до эпичной поездки в Саратов, и вот вдобавок и 13-го позвонила, напомнила, что ждёт. Конечно, приятно, что сама Пугачёва приглашает меня лично на свой день рождения, но, блин, ей же ещё и подарок нужно найти! И желательно песню. Хоть она в этот разу и не обмолвилась, но между слов прямо-таки сквозило, что от новой песни для своего репертуара она бы не отказалась. Вариантов-то много, но какой выбрать?

Мучился сомнениями до тех пор, пока в первых числах апреля как-то мама не встала у окна, глядя на залитый солнцем двор, и не произнесла:

— Погода-то сегодня какая!

Тут-то меня и торкнуло. Память сразу выдала клип с Ларисой Долиной на песню «Погода в доме».

— М-а-ам…

— Чего?

— А ты можешь по старой памяти договориться, чтобы в типографии напечатали поздравительный адрес?

— Наверное… А кому?

— Помнишь, я тебе говорил, что Пугачёва приглашает на свой юбилей?

— А-а, понятно! Ну давай пиши, что там в адресе будет, а я отнесу кому нужно, в одном экземпляре напечатают без визита к начальству, только, конечно, заплатить придётся.

— Само собой заплачу, не вопрос.

Так что через день я держал в руках пахнувший свежей типографской краской поздравительный адрес с портретом Пугачёвой (где только нашли) и оттиснённые золотом ноты с текстом.

А с моими музыкантами мы записали минусовую фонограмму. С текстом я их тоже ознакомил, для общего сведения.

— Жаль, что такая хорошая песня снова уходит на сторону, — вздохнула наша клавишница, когда мы закончили.

— Это точно, — поддержали её парни.

— Народ, всё понимаю, но обещал Пугачёвой… Давайте я вам компенсирую ваши труды?

— В смысле? — не понял Юрец.

— Ну… Заплачу, — выдавил я из себя, краснея как опущенный в кипяток рак.

— Макс, да ты чё, мы и так благодаря тебе в шоколаде, — восклицает барабанщик. — Вот ведь как скажешь… А песни реально могли бы и мы исполнять, вон как у Лены здорово выходит… Но мы же всё понимаем, так что не обращай внимания на брожение умов.

Что они понимают — я догадывался, хотя никогда и не раскрывал условий сделки ни с Пугачёвой, ни с Ротару. Но мои ребята не дураки, конечно же, понимают, что не за просто так я отдаю песни звёздам отечественной эстрады. Хорошо хоть не завидуют, во всяком случае, откровенно. С другой стороны, прав Юрка, где бы они ещё такие бабки могли заработать?

Придя домой, представил, как вручаю кассету Пугачёвой… Нет, надо её красиво как-то упаковать, чтобы смотрелось нарядно. Точно, нужна красивая шкатулка! И я принялся искать в Пензе эту самую шкатулку. Вообще с ними какой-то странный напряг, из того малого количества, что удалось найти, не устроило ничего. Без слёз не взглянешь. С тоской вспомнил Ташкент, где на рынке Чорсу купил шкатулку из карагача. Сейчас в ней мама хранит всякие безделушки, фиг экспроприируешь. Знал бы наперёд — закупил бы ещё парочку. Теперь придётся побегать по Москве, там вариантов побольше.

День рождения Примадонны выпадало на воскресенье, и праздновать своё 30-летие она собиралась в этот же день, в ресторане «Узбекистан». Договорились, что у ресторана я должен появиться к 6 часам вечера. А на следующий день вечером спокойно уеду домой поездом, а может и с утра даже улечу, если подсуечусь с билетом на самолёт. Я подсуетился, так как мне не хотелось в очередной раз отпрашиваться у Бузова на целых да дня. Прогуляю занятия понедельника, один день — ещё куда ни шло. Николай Степанович попросил передать Пугачёвой привет от него.

— Не забудь, пусть знает, что благодаря директору училища Николаю Степановичу Бузову Максим Варченко смог побывать на вашем юбилее.

В общем, вечером 14-го сел на фирменный поезд «Сура». Поехал с одним дипломатом. Внутри — зубная щётка с тюбиком пасты, вафельное полотенце, памятное мне больше всего почему-то по армейской службе, а не по советским больницам, куда я пару раз попадал, мыло в мыльнице, портмоне, паспорт, электробритва, свежая белая рубашка, пара завёрнутых в газету бутербродов с колбасой и сыром (взятых исключительно по настоянию мамы), гэдээровские запасные трусы, смахивающие на плавки, пара носков, аудиокассета и поздравительный адрес. На случай, если мне сильно не повезёт, и дипломат по пути на праздник каким-то образом сопрут, дубликат аудиокассеты хранился во внутреннем кармане пиджака. Где, собственно, и часть денег.

На юбилей я отправился в сшитом на заказ костюме, посчитав, что среди «костюмированных» гостей в джинсах буду смотреться белой вороной. Уже мог травмированную руку осторожно всунуть в рукав пиджака, и следом в рукав куртки, после этого снова подвесив её на повязку-косынку.

На ночь брюки, пиджак и рубашку повесил на вешалку на двери двухместного купе спального вагона. Ехать довелось с директором Колышлейского молочного комбината Виктором Филаретовичем — мужиком простым, но, как мне виделось, по-своему хватким. Тот сразу выложил на стол разнообразную снедь, среди которой я не обнаружил никаких молочных продуктов, предложил угощаться и принялся рассказывать, что едет в Москву на совещание работников молочной промышленности РСФСР. Так как на подведомственном ему производстве показатели неплохие, едет он в столицу, можно сказать, с гордо поднятой головой.