Чтение онлайн

– Эй? Здесь кто-нибудь есть? – спросила она медленно продвигаясь по прихожей.

Свет с лестницы достаточно освещал помещение, чтобы ненароком не споткнуться, но Эстер всё равно смотрела под ноги. Коридор заканчивался арочным проходом, занавешенным плотным золотистым тюлем, который едва заметно колыхался от слабого сквозняка.

Отдернув тюль, Рид тут же отшатнулась назад, как от удара, приложив ладонь ко рту, но напрасно. Ее вырвало тут же, прямо себе под ноги.

Упираясь рукой в стену, Эстер пыталась отдышаться, периодически сплевывая остатки желчи, но желудок скрутило с новой силой, вызывая второй позыв рвоты. На ощупь добравшись до кухни, Рид схватила графин с водой, который на ее счастье стоял возле раковины. Вода капала на куртку, пока девушка жадно глотала, чтобы хоть немного приглушить горький привкус блевотины. Остатками жидкости Эстер умыла пылающее лицо, а затем, не желая ни минуты находиться здесь, выскочила из квартиры.

Труп в комнате совсем не походил на те, что Эстер мельком видела на улицах. Создавалось впечатление, что женщина, обезумев, пыталась сорвать с себя собственную кожу: скопление гнойных язв, струпьев и ожоговых пузырей размером с грецкий орех.

Жертвы первой волны были похожи на вынесенные из огня тела, сильно обгоревшие и обугленные. Возможно, близость к взрыву сотворила с ними подобное – истинных причин Эстер не знала.

Вторая волна – плотный едкий газ, тучей накрывший город и близлежащие территории. Об этом Эстер узнала позже, когда смертельный туман рассеялся, собрав полагающуюся ему жатву. Многие умерли от болевого шока. Кто-то мучился еще пару часов, пока ядовитый газ разъедал их кожу и внутренности.

А некоторые, как Эстер и тысячи других выживших, казалось, уцелели лишь чудом и, очевидно, готовы были благодарить всех богов за свое спасение. Вероятно, та женщина была из их числа.

Но затем пришла третья волна.

Заражение прорывалось наружу. Не у всех. Слишком выборочно и хаотично. Пол, возраст, цвет кожи – ничто не играло роли, никакой логики. Вирус мог поразить любого. Когда угодно и где угодно.

Скованные страхом, жители ждали эвакуации. Кому-то и правда повезло выбраться из зоны поражения в первой череде экстренно направленных в город спасательных шаттлов, хотя с приходом зачистки позже мало кто верил в их счастливое будущее…

Воспоминания, вспыхнув на мгновение в голове, тут же отразились на аппетите, и Эстер поставила банку с объедками тунца на стеклянный столик возле дивана. После еды так и тянуло прилечь, отдохнуть и проспать ближайшие сутки.

Но не здесь. Не сейчас.

Эстер распахнула платяной шкаф и, не утруждая себя излишней аккуратностью, стала рыться в содержимом, время от времени прикладывая к себе ту или иную вещь, а то и вовсе кидая в кучу у себя за спиной. Закончив ревизию, Рид сбросила с плеч куртку, вслед за которой полетел свитер и майка. Из-за отсутствия отопления кожа быстро покрылась россыпью мурашек, когда сквозняк скользнул по оголенным спине и груди.

Зверски хотелось в душ. Эстер сразу различила запах пыли и сладковатого пота, что исходил от старой одежды и собственного тела.

Нужно раздобыть хотя бы немного воды.

Но где?

Не всегда хватало даже для питья, что тогда говорить о банальном желании помыться. Кое-какие запасы воды успели попасть в руки уцелевших, когда вера в спасение еще не угасла, а люди по ту сторону отчуждения пытались помочь. А потом их закрыли в пропитанном ядом городе, бросили умирать, лишив света, тепла и шанса упрямо сопротивляться уготованной участи. Вода, провиант и лекарства – уничтожению подвергались не только живые мишени.

Идея проверить бачок унитаза неожиданно ворвалась в голову, и Эстер снова метнулась в туалет. Подняв керамическую крышку, она улыбнулась – бачок был полон до краев.

Промочив позаимствованное в ванной полотенце, Эстер с удовольствием растирала тело энергичными движениями: шея, руки, живот. Затем, расстегнув лифчик и повесив его на ручку, она провела влажным полотенцем по груди, отчего соски затвердели еще сильнее. Вода в бачке была ниже комнатной температуры, однако приятно холодила, принося, пусть и легкое, ощущение чистоты.

Понимая, что следующий шанс может настать еще через неделю, а то и позже, Эстер решительно сняла с себя ботинки, джинсы, а затем и трусы. Как ни странно, но стоя голышом посреди чужой квартиры, она совсем не чувствовала неловкости. Обтерев ноги от самых пяток и уделив особое внимание деликатным частям своего тела, Рид подхватила висевший на двери лифчик и возвратилась в комнату. Свежая футболка, еще одна полетела в рюкзак, толстовка с логотипом факультета престижного университета города, чистое белье. Из старого только куртка, джинсы, любимая шапка и обувь.

Три минуты спустя Эстер вышла из дома, тихо прикрыв за собой дверь. Привычка не шуметь укоренилась быстро, хотя за прошедшие сутки она уже дважды сорвалась, но винила в этом Джонса даже сейчас.

В тишине внезапный шорох крыльев взлетевшего голубя раскатистым эхом отразился от стен дома и напугал Эстер, но пара глубоких вдохов быстро помогла выровнять учащенное сердцебиение. Не медля больше ни секунды, она поспешно пересекла внутренний двор, протиснулась между решетчатых створок ворот и, для верности оглянувшись, засеменила вверх по улице в направлении клиники.

Раз, два, три, четыре, пять, шесть…

Калеб мысленно не успел досчитать и до десяти, когда услышал топот одного из приближавшихся ликвидаторов. Слишком быстро. Но иначе они не умеют, так уж их научили.

Справиться со здоровым и вооруженным солдатом Калеб даже не мечтал. Помимо военной подготовки, которую каждый проходил до зачисления в отряд зачистки, ликвидаторы дополнительно всей группой тренировались в течение прошедших двух недель, так что Калеб был достаточно хорошо осведомлен о физической форме сослуживцев. Даже со здоровой ногой он имел шанс, только если бы удача благоволила ему – безоружному дезертиру, нарушившему строжайший приказ.