Чтение онлайн

— Я согласна, только на один глаз.

— Почему на один глаз? — удивилась начальница.

— Если я отдам оба глаза, тогда я буду слепая, а по одному — будет честно.

Татьяна Станиславовна повернулась к врачам и грозно нахмурила брови:

— Что ж вы над ребенком издеваетесь? Выметайтесь отсюда, изверги!

Дядьки мгновенно выскочили из кабинета.

— А мы с тобой чайку с тортиком попьем и побеседуем, — улыбнулась докторша девочке. — Как тебя зовут, спасительница?

— Юля, а собачку я назвала Джессика.

— Юлечка, врачи глупо пошутили. При удалении катаракты, лазером делают маленький разрезик, и заменяют помутневший хрусталик искусственным, так что твои глазки останутся при тебе. И денег не нужно: все расходы я беру на себя — подарок вам к Рождеству. У нас студенты учатся делать операции на собаках, поэтому операция — не проблема. Завтра придешь в учебный корпус к восьми утра, найдешь меня — я провожу практику. И за 15 минут сделаем операцию твоей собачке. Потом в течение часа она останется под медицинским наблюдением.

— А кого мне спросить?

— Моя фамилия Федорова, этот институт основал мой отец, сейчас я директор.

— Спасибо вам огромное. Видите, даже Джессика поняла, что вы добрая волшебница, и повеселела.

— У нас в институте все волшебники. А что же ты торт не ешь? Мы и Джессике дадим малюсенький кусочек.

Юля успокоилась и, отломив кусочек торта, решила: «Все-таки есть на свете и добрые феи, и чудеса!»

А Татьяна Станиславовна подумала: «Да ты, детка, сама волшебница! Главное, чтобы твоя доброта и вера в чудеса не угасла с возрастом» и сказала:

— С наступающим Новым годом! Здоровья вам и исполнения желаний!

Малыш пришел из школы домой, и Альберг тут же принес ему тапки. Правда, один оказался папиным.

— Нет, — сказал Малыш, — в школе я пообедал, поэтому сейчас идем гулять.

Обычно щенок прыгал на Малыша и мешал ему переодеваться, выхватывая то ботинок, то носок. Или, наоборот, приносил игрушку и, грозно рыча, отбирал ее обратно. А сейчас только разочек подпрыгнул и побежал на кухню. Там он застыл перед фрекен Бокк, жалобно глядя на тарелку с плюшками и громко глотая слюну, с видом не кормленного неделю. Кошка Матильда презрительно фыркнула, неодобрительно посмотрев на спаниеля. Конечно, ее-то плюшки не интересовали!

— А можно мне плюшечку, уважаемая фрекен Бокк? — нерешительно спросил Малыш.

— Только если заберешь своего негигиеничного пса с кухни, — буркнула «домомучительница», не отрываясь от телевизора.

— Спасибо, мы уже уходим, — не поверил своему счастью Малыш и повернулся к щенку, — Альберг, ты опять жевал мои шнурки?

Щенок мгновенно проглотил свою половину плюшки и, облизываясь, уселся у двери, демонстрируя всем своим видом, что без него никто не выйдет. Малыш еще не успел выйти на улицу, а Альберг уже задирал лапку.

— Ай-я-яй, — сказал Малыш, чтобы все знали, что он этого не поощряет.

Пробежав по аллее, они повернули на собачью площадку. Большие псины сосредоточенно поднимались по лесенкам и яростно прыгали через барьеры. Маленького рыжего спаниеля они высокомерно не замечали. Он погонялся за бабочками, обнюхал все интересные места, поднялся на пять ступенек лесенки и заскулил в ужасе — «Высоко-о-о!» Как только его оттуда сняли, Альберг, забыв свой недавний страх, стал крутиться за хвостиком. Малыш призвал щенка к порядку, потому что собирался воспитать из него циркового артиста, специально взяв для поощрения кусочки сыра. Слопав весь сыр, Альберг решил больше не дрессироваться и начал выкапывать ямку у забора. Сначала Малышу было интересно, что же щенок там найдет. Но сообразив, что Альберг скоро доберется до прошлогодних захоронений, взял юного искателя сокровищ на поводок.

Вернувшись домой, Малыш увидел на подоконнике Карлсона.

— Ну, я так больше не играю! — с обидой в голосе произнес Карлсон, взяв из тарелки очередную плюшку, — Ты все время возишься с этим глупым щенком. А как же я — самый лучший в мире друг?

— Мне нужно дрессировать Альберга, тогда он поумнеет, — Малыш посмотрел на спаниеля и серьезно добавил, — Когда я вырасту, пойду работать в цирк укротителем!

В прошлом году мы семьей ходили в цирк-шапито. Нас больше всего привлекали выступления собак, обезьян и прочих животных. Перед началом представления зверюшки зарабатывали на улице, и дочки с удовольствием сфотографировались с обезьяной, кроликами и пуделем, стоящим на задних лапках.

Я выбрал удобные места в первом ряду, не подумав о том, что этот ряд может использоваться для «подсадки». Всегда считал, что клоуны проделывают свои шутки только со знакомыми, тем более что в «большом» цирке зрителей не пускают даже к бортику манежа. И попал в смешную ситуацию, хотя в тот момент мне было совсем не до смеха.

Почти в самом конце представления выступал иллюзионист, он пристал ко мне, чтобы я ему ассистировал. Я отказывался, но дочки захотели увидеть папу в роли фокусника. Пришлось выйти на манеж «помогать» держать всякий инвентарь. И тут, как выяснилось позже, перед финальным выходом укротителя на арену выбежал клоун с розовым удавом и… повесил его мне на шею. Удав был жутко тяжелый (наверное, проглотил целую корову), я не мог пошевелиться, да попросту боялся шелохнуться. Катюша (старшая) засмеялась: «Какой у папы шарфик!», Лиза заплакала: «Он папу сейчас съест», жена — в ступоре.

Никогда не считал себя трусом, змей не боялся — правда, видел их только за стеклом в террариуме — поэтому не знал, что страдаю герпетофобией. [1] Но когда удав поднял голову и взглянул не мигая мне в глаза, то я почувствовал себя бандерлогом. [2] Первая мысль была: надо притвориться мертвым! Почему? Что-то промелькнуло из жизни животных? И еще вспомнил фильм «Логово белого червя», где огромному змею приносили жертвы.

Голос у меня почти пропал, смог только шепотом выдавить: «Снимите». Клоун мгновенно среагировал: обыграл мой беззвучный вопль о помощи, сделав вид, что меня фотографирует: «Снимаю, сейчас вылетит птичка!» Он забрал удава и привел на веревке маленького, но настоящего крокодила: «А вот и птичка». Это меня добило! Я сообразил, что лучше быть живым зайцем, чем мертвым львом и спасся бегством. Жена рассказала потом, что я несся скачками, как кенгуру. Публика смеялась и аплодировала моим трюкам, наверняка приняв меня за второго клоуна. Мы тут же ушли, но руки-ноги у меня долго тряслись. Дочек заверил, что совсем не испугался, а прыгал, чтобы их посмешить.

Если еще раз пойдем в цирк, то билеты возьму только на последний ряд!

Моя подруга Маруся собиралась поехать на заработки в Германию, но сломала руку, и уступила место мне. Она собиралась петь романсы в русском ресторане, а поскольку мы вместе окончили консерваторию, то я вполне могла ее заменить. Перед вылетом Маруся дала мне инструкции, к кому обратиться, и снабдила набором всяческих кремов. В аэропорту произошел странный инцидент: я покупала в автомате бутылочку воды, и когда повернулась к баулу, ремень оказался расстегнутым. Рядом никого не было, молния была закрыта, и я постаралась выбросить эту ерунду из головы.