Чтение онлайн

— Ермолай, а с кем ты запускал там астральный глаз? Универсалы в Реденле, Инга была здесь, а Вика, как и прочие, этого делать не умеет.

— Зато я умею. А черпать силу можно из любого члена группы. Инга, ясное дело, предпочтительнее, но там требовалась только ближняя разведка.

— Сам бы ты не справился? — поинтересовалась Баканова.

Юноша покачал головой. Собственно, он не пробовал, нельзя было исключить, что можно это сделать и в одиночку.

— Передохнули? Гала, на ту скалу, — он вытянул руку, — безопасно?

Они держались левее скальной гряды, по которой некогда проходила древняя дорога. Когда светило ушло на другую сторону, пришлось карабкаться по скалам наверх. Идти по остаткам дороги было нерезонно. И провалов с трещинами было — не счесть, и хищные белые цветы облюбовали дорогу для себя. Охотились эти растения на летающую добычу, подманивая её шевелящимися тычинками, которые сверху напоминали ползущую гусеницу. Но людям не стоило прикасаться даже к внешней стороне венчика, чтобы цветок не атаковал добычу острыми ядовитыми жгутиками.

Спустившись с правой стороны, они некоторое время шли по осыпающемуся косогору, где не было растений, но вскоре изодрали обувь и спустились ниже, подыскивая подходящие деревья, чтобы снять с них кору.

— А впереди-то обрыв, — заметил Сергей, опробовавший новые тапочки путём подъёма на относительно пологую скалу.

Да, возвышающийся вертикальной стеной обрыв простирался влево и вправо, насколько мог разглядеть глаз. В этот раз они так и не дошли до него. На дороге стало больше непреодолимых провалов, скалы внизу слились в сплошной частокол, в проходах колыхались фиолетовые отростки Земляных Глоток, к которым не рекомендовалось подходить ближе пяти метров. Они некоторое время придерживались склона гряды, по которой пролегала дорога, но вскоре косогор сменился крутым склоном и школяры были вынуждены спуститься.

— Нет, Мари, мы не сразу сдались. Мы с Серегой по очереди Земляные Глотки отключали. Он их крошил-рубил, а я просто усыплял, чтобы группа могла протиснуться мимо. Конечно, мы демаскировали себя такими действиями, — командир развёл руками. — Но я же знал, что мы вот-вот уйдём, да и Галка с Сашкой были на страже…

— В горах нас заметили, — пробормотал Сашка. — Я не успел предупредить, Ерёма сам скомандовал возвращение.

— Ну и чего вы своим геройством добились? — ядовито спросила Мариэтта, — кроме того, что засветились перед сточерами?

— Вышли на большую пологую скалу, метров сто можно двигаться по ней, да и дорогу сверху можно высмотреть.

Узоян тщательно записывала рассказы членов группы, посматривая в блокнот, где была записана сложная схема опроса. Во всяком случае, её вопросы не повторялись. Потом она спросила, на каком основании он принял решение о возвращении — ведь впереди был безопасный путь по скале. И когда командир признался, что поступил интуитивно, Мариэтта в отчаянии опустила блокнот.

— Харламов, если ты начнёшь поступать по интуиции, мы не сможем тебе помочь. Ты это понимаешь? Методика исследования миров отработана в деталях, но помогает она тогда, когда опирается на факты. Чего ты почувствовал? Угрозу? От кого?

Юноша поднял правую ладонь на уровень головы, прерывая вопросы. Откинулся в кресле, закрыв глаза и минуту сидел, недвижимый. Члены группы тоже замерли, стараясь не шуметь.

— Сточеры заметили нашу деятельность, заинтересовались. Я не стал ждать их дальнейших действий. Моей защиты не хватает, когда нас начинают целенаправленно искать.

Мариэтта махнула рукой и сказала, что его интуицию они обсудят потом. В молчании группа ожидала возвращения южной экспедиции. Но и у тех возникла серьёзная проблема: они достигли ровного глиняного участка, усыпанного острыми камнями. Можно было аккуратно поставить ногу между ними, не столь и плотно камни лежали, но двигаться таким образом — и утомительно и медленно. Вновь требовался запуск астрального глаза, может, неприятный участок можно было обойти. Так что в следующем погружении Ермолаю вновь нужно было погрузиться сначала на южной точке, а затем переместиться на северную.

— Слушай, с тобой можно поговорить? — подошла к нему после отчёта Виктория.

Что ему оставалось делать? Он согласился, они зашли в свободную комнату, оба закрыли мысли индивидуальными и групповыми защитами. Клюзова выглядела немного растерянной.

— Скажи, Сашка всегда был такой злой, или я его сама крепко достала? Его сексуальный подвиг в ритуальном комплексе, знаешь, это чересчур. Я его, конечно, не имею права упрекать, он человек свободный, но он мог хотя бы не рассказывать всем подробностей…

— Так он же не о тебе подробности рассказывал, — удивился командир, — если вообще рассказывал. На него это не похоже.

— Не он, так его шлюха — какая разница? А рассказы его половым гигантом выставляют, и девке этой вся школа теперь завидует.

— Для Маринки это единственная возможность попасть в историю. В группу она не входит, как исследователь — пригодна в единичных случаях. Вот она свой случай на все сто и использовала. Это всё по-человечески понятно, правда?

Вика вроде соглашалась, но обида на Сашку не проходила. Получалось, что Маринка отчаянным поступком отбила у Клюзовой парня, а к таким обломам Вика оказалась не готова. Сашку возвращать она не собиралась, сама хотела помаленьку дать ему отлуп. Но раньше оказалась в роли брошенной.

— А чего ты хотела? Парни тоже не жаждут быть брошенными, так что извини, если Сашка не сдержался. Но мне кажется, что инициатива принадлежала в данном случае Марине.

— Вечно вы, парни, друг за друга стоите. Он мог бы и вспомнить, что его отправили Камет исследовать, а для развлечений и в школе времени достаточно. Ты, руководитель, отчего позволил этой парочке развлекаться? — разъярилась пуще прежнего Клюзова.

Юноша начал объяснять, что он вообще не позволял, и был после сеанса прямого чувствования слишком ошарашен и увлечён раскопками, но его слова Вику уже не интересовали.

— В общем, скажи ему — если не извинится передо мной, то пусть не ждёт, что я с ним стану разговаривать!

Разъярённая девица — это ещё тот фрукт. Особенно Виктория, способности которой спасали её от чужого воздействия. Впрочем, разъярена она была не до той степени, чтобы не слушать доводов рассудка.

— Ясное дело, ты совершенно права с точки зрения обычных норм поведения, — понимающе промолвил командир. — Но в Камете ваши размолвки могут угробить всю группу разом. Месть получится страшная, но насладиться ей будет некому. Может, ты всё же изберешь другой вариант, не столь кровопролитный?