Чтение онлайн

– Если она так обо мне заботится, - мрачно проворчал Евгений, - то странно смотрится, что она дала кому-то ключ от моих комнат!

– Совсем не странно!
– тут же ответила Юля.
– Думаю, если бы я попыталась ограбить тебя, она с удовольствием пресекла бы эту попытку и потом долго вспоминала бы о ней.

Евгений невольно улыбнулся: да, это было похоже на Василевскую!

– Между прочим, - заметил он, - на "миссис Хадсон" она обижается.

– Да, она видит в этом намек на возраст. Это я уловила. Между прочим, героиня Конан-Дойла вовсе не такая дряхлая старуха, как она себе представляет!.. Ты ужинать будешь?
– безо всякой связи с предыдущим добавила она.

Евгений посмотрел на нее немного недоверчиво:

– Ты что, приехала, чтобы меня накормить?

– Не только, - откликнулась Юля.
– Еще и узнать кое-что об этой мрачной истории с двумя трупами. На нас там чернуху лепить не пытались?

– Нет, - коротко ответил Евгений.
– Официально вас никто не подозревает.

Пауза, повисшая после этих слов была какой-то излишне многозначительной, и Евгений понял вдруг - просто проникся уверенностью что и Ананича, и Виллерса убил кто-то из эсперов. Интересно, только ли из-за Сэма?.. Или еще что-то сотворили эти двое - что-то, чего нельзя было простить! Что же, поднявший меч от меча и погибнет! Чем ждать справедливости, лучше добиться ее самим. Только не слишком ли рисковали обитатели "Лотоса"? Если СБ начнет следствие...

Однако Евгений был почти уверен: не начнет! Слишком явным было желание замять эту историю. К чему выносить сор из избы? Виновники происшествия мертвы, к тому же - Евгений был совершенно в этом убежден едва ли не каждый его коллега скажет, что эсперы были правы в своем желании отомстить...

Они взглянули друг на друга, но так же как Инга и Дэн, ничего не сказали вслух. Телепатия мало помогла Юле - образы Евгения были слишком стремительны и неуловимы. Но ощущение уверенности друг в друге передалось обоим, и через несколько секунд они смогли довольно внятно продолжить разговор.

– А как дела в "Лотосе"?
– спросил Евгений.

Юля грустно улыбнулась:

– А ты как думаешь? Мало поводов для веселья, честно говоря. В каком-то смысле я просто сбежала...

Евгений посмотрел на Юлю внимательнее: да, она заметно изменилась с их последней встречи - словно бы повзрослела, но одновременно стала выглядеть еще более хрупкой и беззащитной. Теперь в ней было меньше той отчаянной энергии, которая сразу привлекала внимание. Интересно, такая Юля стала бы прыгать с вертолета на вершину?..

– Ты на вертолете покататься хочешь, что ли?
– немедленно откликнулась Юля.
– Поздно уже...

– Нет, я просто вспомнил кое-что, - улыбнулся Евгений.
– Ты слишком вольно интерпретируешь образы...

Они быстро накрыли стол и сели ужинать, но еда ненадолго отвлекла от грустных мыслей и тревожных вопросов. Первым не выдержал Евгений: поинтересовался, пришел ли в себя Сэм, понял ли, что стал жертвой жестокой провокации, а друзья ни в чем перед ним не виноваты...

– Трудно сказать, - ответила Юля.
– Вслух больше никого не обвиняет, похоже, умом даже понял, что был обманут, но...

– Но что?

– Не знаю... Он похож на отравленного: как бы там ни было, а удар достиг цели! Яд проник в душу, и кто знает, что теперь делать? Даже мстить уже некому, - горько усмехнулась она.
– Вот если бы нашелся настоящий дневник, Сэм, наверное, успокоился бы, - Юля с надеждой посмотрела на Евгения.
– Ведь правда? Ты тоже так считаешь?

– Считать-то считаю, - вздохнул Евгений: как же не хотелось ему признаваться в проигрыше, но делать было нечего.
– Считать можно что угодно, только дневник найти уже нельзя!

– Как?
– Юля даже побледнела: то, что поиски могут закончиться неудачей как-то не приходило ей в голову, максимум, чего она боялась, это слишком долгого ожидания.
– Как? То есть ты ничего не нашел?! И никогда не найдешь? Что это значит, черт возьми?!

Евгений коротко рассказал ей о безуспешных поисках вырванных страниц, о фактическом запрете дальнейшего расследования. Юля слушала молча, очень внимательно, с каким-то бессильным и в то же время яростным отчаянием - за эти минуты она словно бы второй раз пережила смерть своей подруги! "Я же была рядом с ней, - вертелось у нее в голове, - я же была тогда в квартире... Почему я даже не заглянула в ее бумаги?! Идиотская щепетильность... Ананич вот не постеснялся!"

– Почему я ничего не сделала!
– воскликнула она с отчаянием.
– Ну, почему?! Ведь я могла спасти ее записи!

– Не казни себя, Юленька, - мягко сказал Евгений.
– Если бы можно было все знать заранее, - не договорив, он усмехнулся.
– Я вот тоже не заподозрил неладное, когда Ананич пришел ко мне, а ведь должен был! А теперь...

Да, теперь оставалось только жалеть об упущенных возможностях и пытаться утешить друг друга. Правда, оставалась еще работа - незаконченная серия "треугольники", из которой Евгений уже пытался сделать кое-какие выводы. Юля была готова помогать ему дальше, и это было хорошо, и обещало результаты, но... Тонечкина-то работа пропала безвозвратно - и так невыносимо трудно было примириться с этим!..

Юля не преувеличивала, когда говорила, что в общине "мало поводов для веселья". После всего, что случилось, "Лотос" как будто оглушило - все притихли, замерли и словно бы отдалились друг от друга, не в силах оставаться прежними, и не зная, в какую сторону меняться. Впрочем, внешне все оставалось почти по-старому: работа, совместные ужины, прогулки... Вот только магические обряды как-то ненавязчиво отменились сами собой, и все удивились, как неожиданно много появилось свободного - пустого и тягучего!
– времени...

Поэтому Юля даже рада была сбежать из общины хоть ненадолго, особенно, когда - она была уверена в этом - Евгению требуется ее поддержка. Ее не удерживали: каждый понимал, что после всего произошедшего куратору их общины придется очень нелегко... К тому же очень хотелось узнать - не подозревают ли эсперов в связи с этой историей?

Только Юрген возражал - молча, но очень выразительно! А узнав, что Юля все-таки поехала к Евгению, он провел целый день запершись у себя в комнате и включив компьютер. Юрген был хорошим астрологом, и всегда гордился этим, однако сейчас он предпочел бы ошибиться! Однако он знал, что не ошибается. Эту вероятность он предвидел давно, и вот теперь она осуществлялась...