Чтение онлайн

Евгений застонал и воздел глаза к небу - мысленно, конечно. Господи, ну до каких же пор это будет продолжаться! Как надоели эти бесконечные страхи по поводу "запретных", "таинственных" или "непознаваемых" областей, недоступных строгому научному анализу! Причем ведь самый большой шум всегда поднимают не тогда, когда начинаются исследования, а как раз когда удается что-нибудь узнать - и тем разбить миф о "непознаваемости"!

Юля удивленно притихла, пытаясь разобраться в этом неожиданно сильном всплеске странной эманации. Евгений взглянул на нее, усмехнулся про себя и, успокоившись, ответил:

– Ну, до потери монополии вам еще далеко! Можешь посмотреть, на каком уровне пока это все.
– Не поднимаясь, он достал из стола большую папку. Вот обычные ауральные картинки, нарисованные эспером, а вот соответствующие компьютерные модели... А потом - вариации на тему этих моделей.

– Тоже компьютерные?

– Да, конечно. Произвольно меняются различные параметры в формулах...

Юля внимательно рассматривала распечатки - их был не один десяток - и пыталась понять, нравятся они ей или нет. Что-то в них было не то...

– Послушай, - спросила она наконец, - чем дальше, тем сильнее варьируются коэффициенты, так?

Евгений кивнул.

– И чем дальше, тем больше вариации разных моделей походят одна на другую?

– Естественно... Или ты не согласна?

– Согласна... В том случае, если итоговой вариацией будет большое грязное пятно!

Евгений удивился: Юля неожиданно хорошо знала математику и мгновенно схватывала не только суть, но и методику моделирования. Рядом с этим несколько странно смотрелись ее быстрые, яркие и совсем не математические ассоциации - но может, так и должно быть?

– Но ведь так оно и есть, - ответил он вслух.
– Все сходится в ноль!

– Да, но должно-то не в ноль, а в ауру...
– отозвалась Юля.
– Ой, что-то я сама не поняла, что сказала!

Евгений еще раз подумал, что Юля действительно видит в его модели что-то, чего не различает он сам. И тут ее образный язык скорее помощник, чем помеха!

– Все ты правильно сказала. Действительно, если менять все параметры произвольным путем, то получится черт знает что. Поэтому для построения новых моделей используются искусственно введенные ограничения. В принципе, все равно, по каким именно параметрам... Я для своей программы выбрал ограничения по форме объектов.

– То есть?

– Ну, ты не обращала внимания, что каждая ауральная картинка как бы выдерживается в линиях одного стиля. Это достаточно легко записать математически, и ко всему прочему, можно использовать готовые формулы фракталов...

Юля покивала. Сказанное Евгением наконец-то "позволило себя представить", и задача сразу захватила ее масштабом и неожиданной глубиной. Тут же вспомнились первые занятия с Тонечкой, обучение в "Лотосе"... Внутренняя гармония аур всегда поражала ее, но она никогда не думала, что ее можно переложить на язык цифр!

Она посмотрела на Евгения с неподдельным интересом:

– В этом что-то есть!

– Ну, тогда перейдем к делу, - Евгений отложил листки и взялся за мышку.
– Начнем с наиболее проработанной и детализированной формулы - так называемая серия "Треугольник".

На экране появилась картинка, действительно, построенная из множества стилизованных цветных треугольников со слегка размытыми очертаниями. Она была очень яркой и привлекательной, но все-таки было слишком очевидно, что ее создала машина: строгая логика, полная четырехсторонняя симметрия.

– Они всегда бывают такими правильными?
– поморщилась Юля.
– Я еще ни разу не видела симметричной ауралки, разве что у глубоких шизофреников...

– Отнюдь, - успокоил ее Евгений.
– Я просто занулил коэффициенты, чтобы освободить тебе простор для творчества. Я же не могу знать заранее, в какую сторону тебя "потянет"!

– В таком случае меня тянет влево вверх. Туда надо сместить общий фокус картинки.

– Нет проблем, - улыбнулся Евгений.

Юля ожидала, что он сейчас вызовет таблицу коэффициентов, внесет какие-то коррективы и заново перерисует картинку - именно так Юрген подбирал варианты предсказаний на своем компьютере. Но Евгений просто нажал какую-то клавишу, в центре экрана возникло что-то вроде перекрестья прицела, и он просто передвинул его мышью вверх и влево, как просила Юля. При этом вся картинка ожила, преобразилась, буквально перетекла вслед за движением мыши! Края остались почти неподвижными, но фокус сместился, и изображение сразу же "заиграло" совсем по новому!

– Какая прелесть!
– восхищенно воскликнула Юля, и Евгений понадеялся, что хотя бы часть этого восхищения относится к нему лично, а не только к графическому интерфейсу.
– Как просто и здорово! А можно, я попробую?

– Конечно, можно, - засмеялся Евгений.
– Это действительно просто. Вот этой кнопкой захватываешь маркер, и, не отпуская, буксируешь его мышкой туда, куда тебе надо. А там просто отпускаешь кнопку. Попробуй сама!

Юля осторожно подцепила маркер фокуса, двинула мышку. Слишком резко! Маркер рванулся куда-то вверх, за пределы экрана, картинка мгновенно дернулась вслед за ним, аккуратные линии треугольников вздыбились, как разведенные мосты. От неожиданности Юля бросила мышку, и картинка замерла в новом положении, словно зафиксировав ее испуг.

– Не волнуйся, - Евгений нажал что-то на клавиатуре, и картинка вернулась в исходное положение.
– Еще раз, но не так быстро. И не бросай кнопку, пока не убедишься, что фокус действительно в нужном месте.

На этот раз Юле удалось справиться с мышкой. Она немного поигралась с фокусом, перемещая его в разные зоны экрана, а потом подобрала наиболее подходящее на ее взгляд место и остановила картинку:

– Вот так. Здесь может быть несколько вариантов, но пока, я думаю, хватит одного. Теперь вот что: эта цепочка треугольников должна быть более широкой в основании. И цвета... Надо уточнить цветовую гамму и оформление отдельных частей. Это возможно?

Разумеется, это было возможно! Евгений показал Юле еще несколько средств работы с экраном, кое-что сделал сам с ее слов, и рисунок довольно быстро приобрел вид, напоминающий "первую компьютерную копию" с настоящей ауральной картинки... если забыть о том, что никакого оригинала не было, что образ только что родился в этом самом компьютере!

– Как ты думаешь, - спросила Юля, с довольным видом рассмотрев получившееся, - что из этого может сделать художник?

– Ну, не знаю... Что-то летящее, разумеется. Любопытно, что кобальтовые тона считаются холодными, а здесь они смотрятся, как живые. Поэтому будет какая-то вариация на тему синих птиц...